Корпорация

Третий и наиболее важный предмет чистой социологии — это соединение, или корпорация, обозначаемая и множеством других имен. Она не есть нечто природное, ее не следует понимать также как чисто душевный факт — она есть исключительно и по сути своей факт социальный, т. е. она существует лишь благодаря тому что ее вместе мыслят многие. Ее отличительной чертой является способность к единому волению и деянию — способность, которая наиболее явно представлена в способности к принятию решений: принимать решения может отдельный человек как мыслящее су-дество, если же речь идет о многих людях, то это возможно лишь эгда, когда между ними долго царит согласие, или так долго, что-они могли признать и считать действительной волю части их совокупности (Gesamtheit), выраженную в заранее установленных формах и при общем согласии как волю их всех, т. е. как волю кор­порации. Так, например, их воля может быть представлена одной-единственной естественной личностью, если подразумевается, что за ней стоит воля совокупности (Gesamtheit), т. е. всей корпорации в целом. Корпорация — при ближайшем рассмотрении этого тер­мина — может возникнуть:

1. Из естественных отношений, поскольку они стали соци­альными. Здесь кровно-родственные отношения всегда оказываются наиболее общими и самыми естественными узами, связывающими людей — их «совместной сущностью» (Zusammenwesen). Важней­шей образующейся на их основе корпорацией является союз, кото­рый у всех известных нам народов представляет первоначальную форму политической совместной жизни, как бы это древнейшее единство и единение людей ни называлось: кровным родством, родовой общиной, родовым союзом или кланом. Включаются ли при этом женщины в совокупность взрослых личностей или нет; завершаются ли советы соглашениями, которые получают мнимое одобрение божественной воли, или возгласами ликования в честь вождя и предводителя, которому все добровольно подчиняются, — как бы то ни было, именно здесь формируются зачатки того созна­ния, что возникает из простого чувства сплоченности и вырастает в принимаемое всей совокупностью постоянное «я».

2. Людей сплачивает, далее, общее отношение к земле, пер­воначально неотделимое от сознания или мнения кровных род­ственников: совместное проживание, соседство объединяет лю­дей, заставляя их созывать советы и через советы принимать решения; здесь опять-таки действует двойной принцип товари­щества и господства. Большим типом такой корпорации является Деревенская община (Dorfgemeinde): ее сущность заключается в практикуемом сообща искусном возделывании земли и владении, маркой*, или угодьями, которые рассматриваются как общая собственность;

* Марка (die Mark) — крестьянская община (в ряде стран Западной Европы в Средние века, в том числе Германии). — Прим. Перев

.

сельское товарищество (Markgenossenschafi) представляет собой единение многих деревенских общин, pacпoлoженных по соседству и возникших из некоего первоначального единства. Деревенская община часто неотличима от родовой об­щины (Geschlechtsgenossenscha.fi), но последняя постепенно утра­чивает характер кровного родства по мере того, как в нее начинают входить чужие. Земля и совместное проживание поначалу являют­ся узами, связующими людей и их семьи наряду с узами общности происхождения, однако постепенно первые все больше заменяют последние. Особенно сильно на этот процесс влияет оккупация — установление господства над территорией чужим родом-племенем и его вождями, если и поскольку прежние жители и владельцы зем­ли не истребляются и не изгоняются, но хотя бы часть их остаются жить и постепенно, став подданными новых господ, сливаются с ними в единый народ. В этом случае деревенская община как кор­порация обычно сохраняется, а именно в виде товарищества, одна­ко модифицируется властью и правом новых землевладельцев по типу господства.

3. Товарищество и товарищеское равенство приобретают новую сферу в более тесной и близкой совместной жизни города: совмест­ное проживание становится все более независимым от совместной сущности, т. е. в нем все больше скапливается чужих по крови, ибо изначально города представляли собой деревни или замки, обне­сенные крепостными стенами, жители которых были вынуждены взаимодействовать — под властью одного повелителя или как равноправные граждане, прежде всего чтобы защитить себя, а по­том и для того, чтобы установить или сохранять мир и порядок внутри собственной массы, а это вело к образованию политичес­кой общины (politisches pemeinweseri). Таково великое предназна­чение и достижение городской общины (Stadtgemeinde) — полиса, давшего современное имя и придавшего особый характер всему тому, что в Европе и ее отпрысках позднее сформировалось в лице государства в могущественнейшую организацию и единственную |в своем роде корпорацию, подобно тому, как его суверенное народ-собрание — die Ekklesia* — дало имя другой великой общине (Gemeinwesen) — церкви, возникшей еще в римскую эпоху и до сих тор излучающей свет на весь земной шар.

* Немецкое слово «die Ekklesia» (христианская церковь) происходит от латин­ского «ecclesia», которое имеет два основных значения: 1) народное собрание (от греч. ekklesia) и 2) христианская община; последнее метонимически преобразова­но в «церковь». — Прим. перев.

Эти корпорации и общины уходят своими корнями в ту изна­чальную сплоченность, которая в изложенном здесь понимании и есть общность. Несмотря на то, что первоначальная совместная сущность, выражающаяся в совместном проживании и взаимодей­ствии, модифицируется, она все же сохраняется и может обновлять­ся в духовных формах взаимодействия, а в дальнейшем и в совме­стной жизни вообще, в особенности политической, так что народ, тем более если он сплотился в государственный союз или только стремится к нему и если он чувствует себя связанным общим язы­ком, хочет как народная общность представлять собой единство, которое может возрастать в национальном сознании и националь­ной гордости, но при этом легко теряет свою первоначальную под­линность.