Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Объективная психология 7 страница




Доверь свою работу кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Во всяком случае, необходимо признать, что действие света на воспри­нимающие элементы сетчатки химико-физическое. По-видимому, необхо­димо допустить» что каждый луч света своим колебанием воэбуждает определенным образом периферические воспринимающие приборы, кото­рые это специальное возбуждение и передают к центрам. Иначе говоря, каждый элемент сетчатки в состоянии возбуждаться известным образом под влиянием того или иного луча, дающего впечатление определенного цвета.

Для уяснения процесса впечатления необходимо иметь в виду, что раз­дражения, действуя на периферию тела, возбуждают в периферических воспринимающих органах особый физиологической процесс. Последний, распространяясь в центростремительном направлении через подкорковые узлы и возбуждая рефлекторные явления приспособления со стороны воспринимающего органа, достигает определенных частей мозговой коры, где возбуждает новые рефлексы, приводящие к лучшим условиям внешнего воздействия. Под влиянием этого в коре возникает процесс впечатления, который отражаясь в соседних областях мозговой коры, сопровождается уже долговременными молекулярными изменениями мозговой ткани, полу­чающими название следов.

Таким образом, процесс впечатления предполагает прежде всего фи­зическое условие — непосредственное воздействие внешних раздражений на периферические воспринимающие органы. Мы не знаем ни одного внеш­него влияния, которое бы вызывало процесс впечатления в корковых цен­трах, не действуя на воспринимающие органы тела непосредственно или не вызывая перемен в окружающей среде, которые и служат в этом случае посредствующей причиной раздражения воспринимающих органов.

Из сказанного очевидно, что другим необходимым условием развития впечатления служит анатомическое строение периферических восприни­мающих органов с эпителиально-нервными приборами и связь их с цент­ральной нервной системой. Всякому понятно, что с разрушением воспри­нимающих органов и уничтожением эпителиально-нервных приборов, а равно и с разрушением связи между этими органами и центральной нервной системой прекращаются и процессы впечатления, а вместе с тем представляется невозможным и отложение каких-либо следов в центрах.

Дальнейшее существенное условие для возникновения впечатления заключается в том физиологическом процессе» который возбуждается при

внешних раздражениях внутри воспринимающих органов и который мо­жет быть назван первичной resp. Физиологической перцепцией внешних раздражений* возбуждающей, в свою очередь, нервный ток* идущий по центростремительным приводам к центрам.

Вместе с этим процессом первичной или физиологической перцепции и дается начало физиологическому процессу, распространяющемуся центростремительно по нерву.

Можно сказать, что раздражения, представляющие ту или другую форму внешних энергий и действующие на воспринимающую поверхность тела, трансформируются здесь известным образом, превращаясь в нервный ток определенного числа колебаний.

Само собою разумеется, что этот нервный ток по своему характеру не имеет ничего общего с внешними раздражениями, которые приводят в возбуждепиевоспринимающие органы, превращая таким образом внеш­ние энергии в нервную или нервно-психическую энергию.

Собственно, сущность нервного тока до настоящего времени еще недостаточно выяснена. Хотя и признавалась некоторыми возможность отождествления нервного тока с электрическим током ввиду известных электрических явлений, развивающихся в деятельном нерве при его прове­дении, но теперь вряд ли кто придерживается этого взгляда; большинство же авторов признает электрические явления побочным продуктом нервного тока, который одними авторами признается за ток химической натуры, другими авторами за ток физического характера.

Надо, однако, заметить, что данные в пользу исключительно химической теории более чем недостаточны. Мы полагаем со своей стороны, что при передаче нервного возбуждения дело идет о химико-молекулярных процес­сах собственно в нервных клетках, передача же возбуждения по волокну происходит в виде физических колебаний особого рода, происходящих в различных нервах с различной амплитудой и частотой и распространяю­щихся с одного неврона на другой путем разрядов |&.

Далее основным условием впечатления является особое так называемое бодрственное состояние центрального органа, так как во сне обычные внешние раздражения не оставляют следов в нервных центрах. То же мо­жет быть и с человеком, находящимся и глубоком гипнотическом состоя­нии, в наркозе, в коматозном состоянии, в обмороке и т. д. Так как во всех этих случаях дело идет об особых состояниях кровообращения и питания мозга, то очевидно, что впечатление возможно при условии, когда крово­обращение и питание мозга не выходят за пределы известной нормы, харак­теризующей деятельное resp. бодрственное состояние центрального органа.

Специфичность внешних впечатлений

Обычно процесс впечатления приводит к развитию особой внешней реак­ции» которая состоит в соответствующей подготовке воспринимающего ор­гана в смысле приспособления его к внешнему раздражению и которую мы называем внешней реакцией сосредоточения ™*.

Так, световое впечатление вызывает поворот глаз и затем головы к источнику раздражения* известную игру зрачка, приспособление глаза и проч. З&уковое впечатление вызывает поворот головы и уха к источнику звука, сокращение мышцы стремени и т. и.

Впечатление от пахучих веществ вызывает сокращение мышц носа и губ с дыхательной инспирацией (внюхиваЕше).

14 Бехтерев В* М* Психика и жизнь. СПб.т 1902.

Далее впечатление от вкусовых веществ вызывает отведывающие и вкушающие движения языка, губ, челюстей и пр.

Впечатление от прикосновения вызывает соответствующее движение раздражаемой области тела, направленное к ощупыванию прикасающегося предмета. Более же резкие раздражения, например колющие, режущие и дрм как и все вообще резкие внешние влияния, действующие на различ­ные воспринимающие органы, возбуждают общие оборонительные движе­ния, клонящиеся к удалению части тела или всего организма от раздражаю­щего орудия.

Кроме этих двигательных реакций в периферических воспринимающих органах, должно иметь в виду еще сосудодвигательные к иные реакции, о которых здесь нет надобности распространяться подробнее.

Исследования, производившиеся у нас но методу сочетательных двига­тельных рефлексов, воспитываемых на составные раздражения (например, свет и звук), показывают, что и части составного раздражения — отдельно свет или отдельно звук — вызывают тот же рефликс, как и само составное раздражение (Бронн).

Если двигательные реакции во всех приведенных случаях представля­ются различными по месту своего развития и по характеру, то и самые впечатления, вызывающие эти реакции, должны быть неодинаковыми как по локализации, так и но своим физиологическим особенностям, Отсюда и является необходимость различать световое, звуковое, летучее |5*т пище­вое 16* и механическое впечатления |7*,

Независимо оттого, наблюдая реакцию при различных внешних раздра­жениях, действующих на данный орган, мы находим ее также не вполне одинаковою. Так, если мы действуем на глаз различными лучами спектра или отраженными лучами от различных предметов, мы получим: неодина­ковую реакцию со стороны зрачка и других мышц, обслуживающих

глаз.

Отсюда очевидно, что впечатления, вызванные при посредстве сетчатки

различными световыми раздражениями, представляются неодинаковыми. Тем же путем можно доказать, что и различного рода раздражения, дей­ствующие на улитку, кожные органы, сосочки языка и Шнейдерову оболоч­ку t возбуждают неодинаковые двигательные реакции, а следовательно, и здесь процессы впечатления должны представлять известные различия между собою.

Основная причина, в силу которой качествешт различные раздражения производят неодинаковые впечатления, требует, конечно, своего выясне­ния. Должно при этом заметить, что то же явления в области субъективной психологии приводили к созданию разнообразных гипотез. Так, первона­чально предполагали, что эти явления объясняются особым свойством каждого нерва, или erg специфической энергией, отчего и самый факт полу­чил название закона специфических энергий 1е*,

Но априорность такого взгляда сделалась очевидной с тех порт как выяснилось* с одной стороны, что в строении отдельных нервных волокон не существует никаких специальных различий и что сшивание различных по функции нервов дает в результате в известных случаях более или менее полное восстановление функций проведения- В силу этого стало склады­ваться убеждение, что собственно нервы везде и всюду представляют собою индифферентные проводники, специфичность же конечного эффекта может обусловливаться различием периферических и центральных окончаний.

По этому объяснению, выставленному HelmholU'eM, нервный ток по­всюду должен быть один и тот же, но этот ток может производить самые различные эффекты, в зависимости от различного устройства перифериче­ских и центральных окончаний, к которым примыкает нервный проводник.

Это воззрение также не может быть признано безупречным, так как, хотя для различных воспринимающих органов мы имеем действительно неодинаковые по устройству периферические приборы, но в центральных областях мы уже не находим принципиального или, точнее выражаясь, качественного различия между теми областями, в которых оканчиваются приводы от периферических воспринимающих органов, если, конечно, не признавать за таковое различие неодинаковость распределения и неоди­наковость размеров и формы клеточных элементов мозговой коры.

С другой стороны, и индифферентность нервов как проводников не мо­жет быть признана абсолютною, так как опыт показал, что лишь родствен­ные друг другу нервы могут быть сшиваемыт тогда как нервы различного качества не срастаются друг с другом.

Далее известно» что механическое или электрическое раздражение та­ких специальных нервов, как зрительный или слуховой, возбуждает всегда специфические же впечатления.

Отсюда очевидно, что и проводники, передающие раздражение от воспринимающих органов к центрам, не могут быть признаны вполне индифферентными проводниками, как утверждали Helmholtz и W, Wundt Они, очевидно, приспособляются к проведению тех самых раздражений, которые являются обычными для данного органа и в конце концов при­способляются к определенным колебаниям нервного тока в такой мере, что уподобляются в этом отношений струне, дающей всегда при известном натяжении одно и то же число колебаний.

Из всего вышеизложенного ясно, что собственно причиной специфичен ского характера впечатлений являются не центральные окончания, а пери­ферические приборы, которые, оказываясь неодинаковыми по устройству в различных воспринимающих органах, являются в роли трансформаторов различных внешних энергий в нервную энергию или нервный ток, восхо­дящий по нерву 16, Эти периферические приборы как трансформаторы внешних энергий и определяют известный характер впечатлений в центрах, причем при различных внешних воздействиях они возбуждают нервный ток неодинакового в известных пределах ритма, благодаря чему и впечатления от воздействия на определенный воспринимающий орган в зависимости от различного рода раздражений оказываются не вполне одинаковыми.

Таким образом, в периферических приборах мы имеем такого рода трансформаторы, которые в известных границах действие внешних энергий приводят в один ритм нервного колебания, в других границах — в другой ритм нервного колебания. При этом и самые нервы приспособляются к колебаниям нервного тока определенного рода, благодаря чему даже и по удалении воспринимающего органа раздражение самого нерва дает спе­цифические впечатления, возбуждающие реакцию определенного , ка­чества.

Возникает теперь вопрос* в каких частях нервной системы мы должны локализировать впечатление. В этом отношении, обращаясь прежде всего к анатомическим данным, мьг убеждаемся, что центростремительные проводники на пути к коре больших полушарий прерываются в тех или других подкорковых ядрах, от которых отходят центробежные проводники к периферии, благодаря чему эти ядра являются центрами рефлекторных движений. Но происходит ли в них процесс впечатления, который завер­шается обязательным образом отложением следов, способных к ожив­лению?

Ответом служат соответствующие эксперименты на животных. Если мы

16 Подробнее по этому вопросу см.: Бехтерев В. М. Психика и жизнь. 1-е изд, СПб.,. 1902. Прим,, ред.

произведем у животных перерезку под продолговатым мозгом, как это легко сделать относительно лягушек, то оказывается, что, раздражая кож­ную поверхность, мы можем получить весьма оживленные рефлексы с реакцией, приспособленной к внешним кожным раздражениям, но это еще не может служить доказательством в пользу того, что дело идет здесь о таком процессе, который приводил бы к образованию следов, способных при известных условиях к оживлению.

Далее, опыт покапывает, что если мы положим каплю кислоты на боковую часть спины лягушки и затем отрежем соответствующую лапкут которой она стремится стереть кислоту, после чего помажем кислотой боковую часть спины другой стороны, то лягушка прежде всего стирает свежую кислоту имеющейся задней лапкой, а затем той же лапкой стирает и прежде помазанную область другой стороны спины. Здесь, очевидно, еще не исчезло влияние прошлого раздражения на двигательную сферу лягуш­ки, чем и объясняется этот известный опыт,

У более высших животных мы можем удалить мозговые полушария целиком, оставляя сохраненными не только центры спинного мозга, но и все подкорковые образования головного мозга. Благодаря этому мы имеем у оперируемых таким образом животных чрезвычайно разнообразные и сложные рефлекторные движения, которые могут быть вызваны при внешних воздействиях на различные воспринимающие органы, но в этих движениях мы еще не имеем фактов, которые бы говорили с несомнен­ностью в пользу того, что при этом возможен процесс впечатления, при­водящий к образованию следа, способного к оживлению.

Однако недавние исследования О. КаНэсЬег'а не оставляют сомнения в том, что для некоторых раздражений, например звуковых, процессы впе­чатления происходят в подкорковых образованиях. Для своих опытов автор дрессировал собак, приучая их бросаться на куски мяса только при опре­деленном тоне (так называемый Fresston) и, напротив того, воздерживаться при другом тоне (Gegenton), Оказалось, что животные с разрушенными обеими улитками, как и следовало ожидать, не обнаруживали никакой реакции на упомянутые тоны. Но, если у животного удалялся так назы­ваемый слуховой центр коры в области височной доли и в то же время под­вергалась разрушению соответствующая улитка, то животное реагировало как на Fresstoa, так и на Gegenton* To же происходило и при удалении обоих височных центров и даже при разрушена к заднего четверохолмия, несмотря на то что животное обнаруживало глухоту для обыкновенных звуков.

Отсюда следовало бы заключить, что у собак следы от тоновых раздра­жений сохраняются еще при удалении мозговых полушарий. Таким обра­зом, если подтвердятся исследования Kalischer'a, то по крайней мере для столь простых звуковых раздражений, как тоны, процесс впечатления, оставляющий следы, происходит в подкорковых мозговых областях. Надо, однако, заметить, что эти исследования не избегли возражений, а потому естественно нуждаются в новой проверке.

Другие физиологические исследования не оставляют сомнения в суще­ствовании особых корковых центров, о которых речь была выше и удаление которых приводит к прекращению процессов сложного впечатления.

Если мы удалим, например, у обезьяны область fis. calcarma, то харак­терных для предметных впечатлений реакций, кроме сокращения зрачка, мы уже не имеем и животное перестает руководиться своим органом зре­ния, хотя простые световые впечатления еще не остаются для него без влияния. То же самое, mutata mutandum, наблюдается и при удалении остальных из упомянутых ранее областей мозговой коры.

Равным образом и патологические наблюдения у людей не оставляют

сомнения в том, что процессы зрительного, слухового, кожного, вкусового и обонятельного впечатлений развиваются в соответствующих областях мозговой коры.

Таким образом, не подлежит сомнению, что все более сложные процессы впечатления происходят в мозговой коре и именно в тех воспринимающих­ся корковых центрах, о которых речь была выше.

О внутренних или органических впечатлениях

Кроме вышеуказанных впечатлепий, следует различать еще внутренние или так называемые органические впечатления.

Уже ранее была указана особо важная роль в отношении невропсихики раздражений, исходящих из внутренних органов.

Эти раздражения обязаны своим происхождением состоянию внутрен­них органов, которое, в свою очередь, находится в зависимости, с одной стороны, от центральной иннервации и от большего или меньшего притока к ним крови, вследствие игры сосудодвигателей, с другой — от химического состава самой крови и вообще от обмена веществ в тканях.

В полых органах, кроме того, должно играть известную роль в смысле раздражения и содержимое этих органов.

Подобно всем внешним раздражениям внутренние или органические раздражения, достигая мозговых центров, определяют развитие соответ­ственных реакций, которые прежде всего характеризуются внутренними движениями.

Так, органические раздражения, обусловленные голодом и жаждой, при­водят к усиленному сокоотделению желудочного сока и движению желу­дочно-кишечного канала, спазм сосудов сердца выражается изменением сердечной деятельности, удушье приводит к усиленным вдыхательным движениям, половые раздражения сопровождаются значительным кро-воиаполнением и напряжением половых органов и усилением их секре­торной деятельности. Наконец, и другие общие оргаЕШческие раздражения также сопровождаются определенными изменениями сердечно-сосудистой системы и дыхания.

Благодаря расположенным в органах или в ближайшем соседстве с последними симпатическим узлам упомянутые раздражения приводят к развитию рефлекторного тонуса внутренних органов и вызывают местные рефлекторные движения, обусловленные сокращением гладкой мускулату­ры, содержащейся в органах.

Впрочем, здесь возможны в известных случаях и более отдаленные рефлекторные движения, примером которых могут служить рвотные дви­жения желудка, обусловленные раздражениями матки.

Только что указанные движения органов сами по себе должны быть источником органических впечатлений, передающихся от органов по цен-тростремительным волокнам к центрам.

Но все же главная сумма органических впечатлений для нормального состояния организма дана в большем или меньшем притоке крови к орга­нам, в сосудистом давлении и в составе самой крови.

Благодаря этому органические впечатления в большинстве случаев не представляются строго локализированными и обособленными. Напротив того, здесь должна быть принимаема во внимание вся общность условий, в которых в данный период времени находится организм. Причем для иор-мальных состояний наиболее верным показателем этих условий является деятельность сердца и сосудистое давление крови.

В силу вышеуказанных условий органические впечатления не могут

определять направление внешних реакций, как это мы наблюдаем в отно­шении впечатлений, действующих на внешние воспринимающие органы. Но зато органические впечатления в общей своей совокупности влияют самым непосредственным образом на характер внешней реакции.

Доказательство этому можно видеть из опытов над птицами, у которых удалены мозговые полушария.

Известно, что такие птицы относятся совершенно безразлично к питью и корму и, как бы они ни жаждали и ни голодали* они не прикоснутся к питью и корму, поставленному перед ними.

Но если голову такой птицы погрузить клювом в воду, то она начинает пить так же, как и совершенно здоровая птица, поднимая свою голову и клюв кверху. Таким путем, постоянно погружая клюв в воду, можно вполне напоить оперированную птицу.

Но после того, как птица достаточно напилась, дальнейший опыт с погружением клюва в воду и питьем уже не удается, так как птица уже отвергает воду и даже отряхивает воду с своего клюва.

Что же является раадражителем в этом опыте с питьем птицы, лишен­ной мозговых полушарий. Очевидно, что внешнее раздражение, получаемое клювом птицы от погружения его в воду, возбуждает питьевой рефлекс лишь до тех пор, пока птица испытывает общие органические впечатления от недостатка в желудке и тканях жидкости, С того же време­ни, когда птица пресытилась водой, питьевого рефлекса уже получить не удается и даже, напротив того, при тех же самых раздражениях можно наблюдать отвергающие движения по отношению к воде,

С другой стороны, у птиц с удаленными полушариями, если их оставить долгое время без корма, можно наблюдать бесцельное блуждание и клева­ние по воздуху или в поле.

Очевидно, что эти движения возбуждаются здесь в виде рефлекса со слизистой оболочки желудка и кишечника в период голодания подобно тому, как такого же рода движения возбуждаются при аналогичных усло­виях и у здоровых птиц, но в отличие от последних зги движения у них не руководятся соответствующими внешними впечатлениями.

Таким образом, и здесь дело идет о сложном наступательном рефле­ксе в виде клевания, который возбуждается голоданием оперированной птицы.

Наоборот, когда последняя сыта, она остается спокойною, сидит на одном месте и у нес не удается наблюдать упомянутых движений.

Из вышеизложенного очевидно, что слизистая оболочка желудочно-кишечного ка1Еала является одной из важных областей, служащих источ­ником органических впечатлений. Другой важной областью, служащей местом органических впечатлений, служит половая система, развивающая­ся в определенном возрасте организма.

Далее, должно иметь в виду также систему кровообращения, иначе говоря, область сердца и выходящих из него сосудов. Доказательством тому служат те обширные рефлекторные влияния, отражающиеся на всей сосудистой системе, которые могут быть вызваны с области сердца и выхо­дящих из него больших сосудистых стволов.

Между прочим, сердечно-сосудистая область в указанном отношении получает особое значение ввиду того обстоятельства, что на деятельности сердца и сосудистой системы более или менее непосредственно отражаются почти все внешние впечатления, а равно и работа мышечной и секреторной системы, составляющая обычную форму внешних реакций организма.

Далее, особо важной областью органических впечатлений являются легкие, служащие местом обмена тазов крови. Недостаток этого обмена — диспное или повышение его — апное служат источником резких органи-

ческих впечатлений, которые приводят к соответствующим рефлекторным явлениям и в сфере дыхания, и в сфере движения вообще.

Что касается других внутренних органов, то их особая роль в отношении органических впечатлений выступает* по-видимому, главным образом при необычных, точнее говоря, при ненормальных или даже патологических условиях (например, при поражениях печени и т. п.).

Основанные на органических процессах внутренние или органические впечатления, без сомнения, заявляют о себе с того времени, как начинает биться сердце плода. Они являются первыми руководителями внешних движений плода, которые могут быть обнаружены во второй половине беременности матери. Они же являются основными руководителями внеш­них движений и в позднейшие периоды индивидуальной жизни,

С рождением младенца на свет выступают с особенною силою органи­ческие впечатления в первый момент со стороны легких, а затем со стороны пищеварительного канала, которые являются главными возбудителями внешних реакций в первоначальный период жизни новорожденного су­щества. Лишь со временем выступают потребности, основанные на раздра­жениях иного характера; раздражения же со стороны половой сферы начи­нают заявлять о себе только с дальнейшим возрастом, с периода так назы­ваемой epocha pubertatis.

Что касается воздействия внутренних впечатлений на внешние движе­ния, то они влияют, как мы уже говорили, главным образом на характер внешней реакции, тогда как ее цель и направление определяются внешними впечатлениями под руководством первых.

Тем не менее внутренние впечатления, возникающие на почве обеспе­чения жизненных условий организма, должны быть признаны важнейшими из всех по их реальной важности для организма и потому естественно, что они всегда должны играть особую роль в жизни организма, существенным образом влияя на характер его движений.

Возьмем для примера состояние голода и состояние пресыщения. Хищ­ное животное под влиянием голода обнаруживает склонность к нападению на других животных и человека, тогда как то же животное, находясь в состоянии пресыщения, относится к ним совершенно безразлично и даже удаляется от человека. Здесь до очевидности ясно, что цель той или иной днигателынш реакции определяется внешними впечатлениями со стороны воспринимающих органов (зрения, слуха, обоняния), тогда как самый ха­рактер реакции, т, е, представляется ли она наступательною или оборони­тельною, обусловливается органическими впечатлениями, связанными с состоянием голода или пресыщения.

Вряд ли нужно пояснять, что органические впечатления получаются беспрерывно от всех вообще внутренних частей организма, не исключая даже и внешних воспринимающих органов, которые ведь тоже являются частями организма и в которых в зависимости от тех или иных причин условия питания могут быть благоприятными или неблагоприятными.

Отсюда очевидна та громадная роль в отношении влияния на характер двигательных реакций, которую должны обнаруживать органические впе­чатления, приводящие к развитию потребностей организма в каждый данный момент.

Воспринимающими аппаратами для органических впечатлений явля­ются разнообразные периферические окончания центростремительных волокон блуждающего нерва и симпатических нервных волокон, рассеян­ные во внутренних органах тела- В центральном направлении симпати­ческие волокна, которым принадлежат вышеуказанные окончания, дости­гают симпатических узлов, по другую сторону которых продолжения упо­мянутых центростремительных волокон направляются к спинному мозгу,

г>2

вступая при посредстве соединительных ветвей (гаmi comraunicantes) в задние и частью передние корешки.

В спинном мозгу продолжения этих волокон, как показали произве­денные у нас исследования (Г, Михайлов), частью поднимаются в перед-не-боковых столбахt частью в задних столбах и затем, присоединяясь выше продолговатого мозга к сетевидной формации и к петле, поднимаются вместе с ней, no всей вероятности, к наружному ядру зрительного бугра, а отсюда вместе с бугрокорковыми волокнами они должны подниматься к области центральных извилин мозговой коры, где, как можно заключить из опытов над животными, мы имеем не только воспринимающий корко­вый центр для кожно-мышечных раздражений, но и корковый центр для органических раздражений.

Что касается органических впечатлений в животном царстве, то оче­видно, что они, являясь наиболее общими впечатлениями, должны суще­ствовать на всех ступенях животной жизни, причем их присутствие у самых простейших видов должно обусловливаться питательными процес­сами протоплазмы.

О мышечно-суставных впечатлениях

Особо важную группу внутренних впечатлений, стоящую в полной зависи­мости от внешних реакций, составляют мыщечно-суставные впечатления, о которых необходимо сказать особо.

При всяком вообще сокращении и напряжении мышц, а равно и при пассивной сгибании членов в мышцах и суставах возникают особые раздра­жения, которые могут быть названы мыщечно-с уставным и раздражениями.

Значение мышечных импульсов было впервые выдвинуто еще ВеН'ем и затем Weber'osi 17. С другой стороны, Ducheune указал на важное значение сочленовых поверхностен на оценку движений. Тот же факт был подтвержден затем Lewinskf м на больных с атаксией ]&.

Позднее Bichat, Spiess и даже Sehiff высказывались отрицательно в отношении влияния мышечных впечатлений на движения, основываясьт между прочимf на отсутствии центростремительных нервов в мышцах. Но Sacks впервые открыл такие нервы в сухожилиях, а затем нервные окончания центростремительных волокон были открыты и в самих мышцах.

Таким образом, воспринимающими органами для раздражений, получа­ющихся от сокращения мышц, являются особые нервные аппараты, которые рассеяны в мышцах, в сухожилиях, и, очевидно, также в связках и в оболочках суставов. Отсюда ясно, что мы не должны придавать ограни­чительное толкование названию мышечно-суставных раздражений, а, напротив тот, должны иметь в виду, что в этом случае дело идет о раздра­жениях, которые преимущественно локализуются в мышцах и суставах, но ничуть не в них только одних.

Вряд ли нужно много распространяться о том, что значение мышечно-суставных впечатлений представляется особо важным в отношении внеш­них реакций организма, так как не только самый характер двигательной реакции (наступательный или оборонительный) находится в прямой

17 Bell С, Physiologische und pathologisehe Unter&uchungen des Nervensystems / Aus detn Engl. ОеЬетэ, Von Romberg. В., 1S36, S, 185; Weber E. <?♦ Ta&tsinn und Gemeingefohl: Hand-wdrterbuth der Physiologic* Leipzig, 1905. Bd. i. S. 5&3.

16 Duchertrte G. B. A. Physiologic der Bewegungen hach electrischen versucher und klinischen Reobachtuagen nait AnwenduAgen auf das Stadium der Lahmungen und Entstellungen / Uebers aus fr. vod Werrucke< BM 1S85, S. б2; Lewinski L. Oeber den Krafteinn. (См.: Шнейдер Ф. О памяти активных движений: Дис, ... д-ра медицины. Юрьев, 1394.— Прим, рсг'К).







Дата добавления: 2015-08-12; просмотров: 251. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.023 сек.) русская версия | украинская версия