ГЛАВА 2. Раффи прижимается к стене.

Раффи прижимается к стене.

- Мы не хотим причинять вам вреда, - кричит он.

В ответ раздается еще один выстрел из окна наверху. Я вздрагиваю, нервы натянуты до предела.

- Я слышу вашу болтовню, - продолжает кричать Раффи.

Он думает мы глухие? Наверное, по сравнению с ангелами, самые что ни на есть.

– И ответ – нет. Сомневаюсь, что мои крылья сопоставимы по цене с ангельскими. У вас нет ни малейшего шанса меня одолеть, так что хватит тешить себя надеждами. Все, что нам нужно – дом. Будьте умнее – уйдите.

Входная дверь распахивается настежь. На улице появляются три плотных мужчины, они целятся из винтовок в разные стороны, не уверенные в том, где именно притаился враг.

Раффи взлетает, и саранча берет с него пример. Он рассекает воздух более чем впечатляющими крыльями, одним своим видом внушая страх, а после скрывается из виду, приземляясь за домом.

Саранча с жалами наготове устремляется в том же направлении, то пикируя вниз, то взмывая над макушками деревьев.

Мужчины обращаются в бегство сразу, как только понимают, чему планировали противостоять. Они несутся меж деревьев подальше от саранчи, огибают валун и бросаются в сторону пляжа.

Стоит мужчинам удрать, как из дома, словно побитая собака, выбегает женщина. Она припускает в противоположном от беглецов направлении, постоянно оглядываясь, чтобы проверить, где они есть, и, кажется, бежит от них, а не от крылатых созданий.

Женщина исчезает за холмами позади дома, в то время как мужчины отвязывают лодки и отплывают от берега.

Раффи обходит особняк по периметру, а после прислушивается, замерев напротив фасада. Он машет нам рукой, приглашая подняться на холм, а сам скрывается в доме.

К тому моменту, как мы достигаем Викторианца, Раффи кричит:

- Всё чисто!

Я кладу руку на плечо Пейдж, и мы вместе проходим во двор через калитку. Она прижимает к себе пушистые крылья Раффи, будто детское одеяльце, в поисках уверенности и ощущения безопасности, глядя на дом, широко распахнув глаза. На крыльце особняка бежевого цвета с красно-коричневой отделкой расставлена плетеная мебель. Он очень похож на кукольный домик.

Один из скорпионов сбрасывает Велиала на землю рядом с оградой. И тот остается лежать, словно кусок мяса. Его мускулистое тело по цвету и текстуре теперь похоже на сушеную говядину, а раны, нанесенные Пейдж, выгрызавшей куски плоти с лица и рук Велиала, по-прежнему кровоточат. Он выглядит ничтожным и жалким, но это первая жертва саранчи, которую мне не жаль.

- Что будем делать с Велиалом? – спрашиваю я Раффи.

- Я о нем позабочусь.

Раффи спускается с крыльца и направляется к нам.

Учитывая, сколько зла натворил Велиал, мне трудно понять, почему Раффи просто отрезал свои крылья, оставив его в живых. Быть может, он полагал, что того убьет саранча или нападение Пейдж в обители окажется для демона смертельным. Но даже сейчас, по прошествии нескольких часов, Раффи, кажется, не намерен его прикончить.

- Пейдж, пойдем.

Мы с сестрой поднимаемся по ступеням и проходим в дом.

Я готова была к пылище и грязи, но внутри на удивление мило. Похоже, гостиная прежде являлась выставочным залом. В углу я вижу женские платья начала 19-го столетия, а вблизи – составленные в ряд латунные стойки с музейными канатами: беречь экспозицию больше не от кого.

Пейдж, озираясь по сторонам, проходит к окну. По ту сторону треснутого стекла Раффи тащит Велиала к калитке. Он бросает его на землю и скрывается за домом. Велиал выглядит мертвым, но я знаю, что это не так. Ужаленные скорпионом остаются в сознании, но паралич настолько глубок, что несчастных легко списать со счетов. Такова кошмарная участь жертв саранчи.

- Пойдем осмотрим другие помещения, - предлагаю я Пейдж, но она, забывая моргать, продолжает глядеть в окно на сморщенное тело Велиала.

Снаружи снова появляется Раффи, в его руках груда ржавых цепей. Обматывая ими Велиала, он производит довольно жуткое впечатление: формирует петли на шее, столбе ограды и бедрах демона, а затем скрепляет их в центре его груди и защёлкает замок.

Не знай я Раффи так хорошо, пришла бы сейчас в ужас. Разделываясь с беспомощным демоном, со стороны он кажется жестоким и безжалостным.

Странно, что именно Велиал привлекает мое внимание. Есть в нем, закованном в цепи, что-то такое. Нечто знакомое.

Я отмахиваюсь от этих мыслей. Должно быть, я настолько вымотана, что уже начинаю бредить.