В) демидовы – российские промышленники

Нигде промышленность в эпоху меркантилизма не поощря­лась такими щедрыми раздачами земли, как в России. Когда правительству требовались земли и крестьяне для строительства заводов, Петр бесцеремонно отбирал у монастырей то, что тре­бовалось для этого строительства. В 1700 году при создании металлургических заводов на реке Каменке часть земли и неко­торое число Долматова монастыря были "отписаны на великого государя". Никите Демидову были пожалованы огромные леса "во все стороны" от заводов по тридцати верст. Хозяйство Де­мидовых - самый показательный пример меркантилистской политики времени Петра, со всеми ее противоречиями и уди­вительными успехами, на которые ссылаются при оценке той эпохи. Некогда по власти и богатству эту династию можно бы­ло сравнить лишь с царями. Да они и были царями - на Урале. Первым из Демидовых, обессмертивших свое имя, стал Никита Демидов Антуфьев. Был он зажиточным тульским оружейником и имел свою мастерскую. Имел золотые руки и назывался "кузнец - оружейного дела мастер". После знакомства с Пет­ром, о чем ходит много легенд, Никита стал поставлять в казну дешевое оружие (за ружье, например, брал 1 руб. 80 копеек, а иностранцы - по 10 - 12 рублей). Царь стал главным покрови­телем Никиты Демидова, он предоставлял ему разные льготы и привилегии и не только этим дал ему возможность развернуть­ся и пойти в гору, но и приучил к безнаказанности.

Сначала Демидов завел заводик на речке Тулице, но в 1701 году царь издал указ, что местный строевой лес должен идти только на строительство кораблей, этим демидовский завод был почти лишен топлива. Демидов "попросил" себе заводы на Урале. В 1702 году вышел указ о пожаловании Никите Демидову заво­дов на реках Нейве и Тагиле, с громадными пространствами лесов и земель, с горой Магнитной. Но условия Демидову были поставлены жесткие - откупить пожалованное в пять лет. Де­мидов расплатился за три года. Уральские домны сразу же начали давать чугуна в 2 - 3 раза больше, чем тульские. Железо выходило высокого качества, что отмечали и иностранные куп­цы. Никита поставлял водою изготовленные на Нейве припасы "куда указано будет правительством". Так был восстановлен водный путь по Чусовой, открытый 120 лет назад Ермаком. Иностранцы отмечали, что нигде в России не было лучше до­рог, чем на демидовских заводах. Между тем Демидов добивал­ся от правительства льготы за льготой: его освободили от разо­рительного постоя войска, он беспошлинно провозил железо, предназначавшееся казне. В своей области Никита стал круп­нейшим монополистом, оставив далеко позади частников-конкурентов, таких, как Нарышкины и Мемеры. Демидова ста­вили в образец всем частным заводчикам, а вскоре Петр лично указал, "чтобы на всех заводах цены железу и другим вещам противу демидовских верстаны были". Уже в старости полугра­мотного Никиту пожаловали в потомственные нижегородские дворяне. Умер этот поистине великий предприниматель в 69 лет, в 1725 году. Большую часть наследства он передал стар­шему сыну - Акинфию. Сын оказался достойным отца, он умел работать и правильно вести дела. Империя Демидовых при нем добилась наибольших успехов. В сохранившихся письмах к приказчикам Акинфий кажется жестоким и энергичным человеком, входящим в подробности каждого дела. Он не дове­ряет крепостным приказчикам, ругает их за "обманство и озорничество", называет "лежнями и трутнями". Похоже, что вся империя держалась на энергии самого Демидова.

В первой половине XVIII века заводы Демидовых быстро росли: в 50-е годы их было уже 34. Акинфий добился новых милостей, заводы стали его наследственной собственностью, ему покровительствовали и Анна Иоанновна, и Елизавета Пет­ровна. Демидов тайно пользовался трудом беглых каторжников и раскольников. Этим возмущался начальник казенных заводов на Урале, известный историк В. Н. Татищев. Но это прошло без последствий для Акинфия Демидова, даже более того - в 1740 году он получил чин статского советника "за размножение заводов", а в 1742 году - действительного статского с рангом генерал-майора. Постепенно Акинфий стал главой государства в государстве, он захватывал чужие рудники, сгонял их перво­открывателей. Демидов имел свое войско и чеканил свою моне­ту. Возможно, чеканили эту монету каторжники с вырванными ноздрями в подвале Невьянской башни, и когда приезжали ре­визоры, подвал заливали водой, скрывая следы преступле­ния, тысячи и тысячи старообрядцев из Выговской общины и Керженца переселились к Демидову, как рудознатцы, мастера-профессионалы самого высшего класса.

Акинфий Никитич умер в 1745 году в 67 лет по дороге на свои невьянские заводы. Общая цена недвижимого имуществаДемидовых составляла 2,5 млн. рублей. На их долю приходила четвертая часть производства чугуна в стране. Прибыль у Акинфия составляла 50 %, капитал оборачивался в два года. У Демидова было 22 завода, 210 сел в 10 уездах, 32,6 тысяч душ на вотчинах и заводах. Наследство поделили между тремя сы­новьями Акинфия. Потомки первых Демидовых были известны в основном своей благотворительностью и эксцентричностью. По­степенно следы демидовской династии потерялись во времени.