Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Часть первая 5 страница





когда оно тоже стало рас-качиваться на стене из стороны в сторону,

Ланселот понял, что ему не хватает воздуха и от этого у него кружится

голова. Он попытал-ся вздохнуть глубже раз, другой и вдруг разра-зился

раздирающим грудь кашлем.

Дженни побежала к столу, потом верну-лась, подсунула руку под его

подушку, при-подняла ее вместе с головой и поднесла к его губам стакан

с каким-то остро пахнущим питьем.

- Выпей немедленно, Ланс, тебе сразу станет легче. И не бойся

кашлять - это очень хороший кашель!

- Угу, - сказал он, выпив микстуру и отдышавшись, - кашель просто

замечатель ный. Я бы сказал, девятибалльный кашель.

- Доктор Вергеланн очень волновался, что у тебя был

"непродуктивный кашель", а теперь ты начал откашливаться, и это пра

вильный кашель. 101

- Кто такой доктор Вергеланн?

- Врач, который тебя лечит, доктор Олав Вергеланн. Он из Тронхейма

и каждый день приплывает сюда на катере. Неужели ты его не помнишь? Ты

ведь даже разговаривал с ним.

- Так вот кто это был! Доктор Верге ланн, глава Медицинского

центра в Трон хейме, я слышал о нем.

- Ну да, это он. В первые дни он от тебя не отходил, даже ночевал

здесь. Это он тебя спас! - И ты тоже, Дженни. - Я только выполняла его

предписания.

- А я в бреду недоумевал, почему это ты время от времени

превращаешься в симпа тичного старого гнома с бакенбардами?

- Доктор Вергеланн и вправду похож на гнома-переростка.

- Еще ты иногда превращалась в малень кого симпатичного ослика. -

Ослик - тоже правда. - Это твой Патти? - Ну да. - Как он-то сюда

попал?

- Очень просто - через открытую дверь, когда я проветривала дом.

Доктор гово рит, что свежий воздух - лучшее для тебя лекарство. - Я

очень рад, что ты привезла ко мне в 102

гости своего Патти, вот только не пойму -зачем?

- Ланселот! Ты знаешь, что в прежние времена одинокие люди

заводили себе со бак. Как ты думаешь, если такой собаковла-делец ехал

в гости далеко от родного дома, он брал с собой собаку?

- Гм, если он был действительно оди нок, то, конечно, брал. Я

где-то читал, что в старинных поездах и самолетах были даже

специальные места для собак, на них прода вались билеты.

- Вот видишь! У людей были кошки и собаки, а у меня - ослик Патти.

Считай, что это мой королевский каприз.

- Ладно, так и буду считать, мой король. Только держи своего Патти

подальше от моего огорода. Но как тебе удалось его сюда привезти?

Теперь ведь нет ни домашних животных, ни билетов для них.

- Он прилетел со мной на военном гру зовом вертолете.

- Где же ты нашла военный вертолет, Дженни? - Надо знать где

искать. - Расскажи!

- Потом, мой дорогой сэр Ланселот. Сей час ты должен выпить

лекарство.

Она встала, и только тут Ланселот тол-ком разглядел ее статную

фигуру с высокой 103

грудью и широкими бедрами. Он очень уди-вился: почему-то он был

уверен, что Джен-ни маленькая, и фигура у нее как у подрост-ка. Когда

она поднесла ему какие-то таблет-ки и стакан воды, он послушно принял

ле-карство и заметил на ее белоснежной с вес-нушками руке массивный

золотой браслет, явно старинный. Она производила впечат-ление

старомодной девушки, и ему это нра-вилось.

Выпив лекарство, Ланселот потребовал, чтобы Дженни немедленно

рассказала ему, как же она оказалась на его острове.

- Очень просто. Когда ты перестал отве чать на мои вызовы, я

поняла, что тебе совсем худо. Я знала, что твой остров нахо дится в

Тронхейме-фьорде и рядом на бере гу стоит город Тронхейм. Я нашла его

на карте в моем учебнике географии и стала думать, как мне до тебя

добраться. Тут как раз прилетел на военном вертолете один из моих

старших братьев - в отпуск. Я уговори ла его на обратном пути

захватить меня и Патти и доставить в город Тронхейм в быв шей

Норвегии. Маме мы сказали, что я лечу к нему в гости, потому что он

хочет познако мить меня со своим другом. Мама спит и видит поскорее

пристроить меня замуж, и она отпустила меня. - Надолго она тебя

отпустила? 104

- Да хоть насовсем! Я думаю, что сегод ня она уже не помнит, что у

нее где-то есть дочь: моя мать целиком занята собой и сво ей

Реальностью. Мы прилетели в Норве гию, мой братец высадил нас с Патти

на вертолетной площадке тронхеймских эко-логистов, пожелал мне счастья

и растаял в облаках. Я догадалась пойти в Центр пита ния, и там один

симпатичный чиновник рассказал мне, как найти твой остров. По его же

совету я обратилась в Медицинский центр к доктору Вергеланну, и доктор

сразу согласился навестить тебя. Он привез нас на своем катере.

- И давно вы с доктором Вергеланном меня лечите? - Две недели.

- Это выходит, я две недели был без сознания?!

- Больше, ведь я прилетела только че рез три дня после того, как

ты перестал выходить на связь.

- Понятно. Похоже, дорогой мой коро лек, ты спасла своего рыцаря

от гибели! Так я теперь твой вечный должник?

- Само собой. А теперь я должна пойти на кухню и приготовить тебе

куриный бульон.

- Еще одно чудо! Откуда на моем остро ве куриный бульон? Надеюсь,

ты не сварила его из чайки? 106

- Нет, не из чайки. Это я свистнула коробку бульонных кубиков из

военного ра циона моего братца. Доктор Вергеланн ве лел поить тебя

бульоном часто и понемногу. - Но я совсем не хочу есть, я не голоден.

- Сэр Ланселот, бульон - это не еда, а ле карство. И потом, почему

ты обсуждаешь мои приказы? Король я или не король?! - Ты - королек.

Иди, готовь свой бульон. Дженни ушла на кухню, а Ланселот лежал и

блаженно улыбался. На секунду мель-кнула мысль о том, в каком

безобразии зас-тала его девушка, прибыв на остров. От этой мысли его

бросило в жар, но он тут же успокоил себя: он инвалид, и все

человечес-кое ему чуждо. Гораздо интереснее узнать, почему это доктор,

зная его положение, не попытался применить к нему закон об эвта-назии,

пока он находился без сознания? Но и о странном докторе сейчас не

думалось. Ланселоту было хорошо, спокойно и не хо-телось ничего, кроме

куриного бульона.

Получив свой бульон и выпив полчаш-ки, Ланселот устало сказал

Дженни:

- Знаешь, я почему-то так и не выспался за время болезни. Ужасно

хочу спать.

- Это восстановительный сон. Спи на здоровье. - А ты что будешь

делать? - Сяду возле окна и буду вязать тебе фу107

файку из настоящей овечьей шерсти: тебе придется какое-то время

очень беречь лег-кие, когда ты встанешь с постели.

- Ага... Матушка тоже вязала... разные вещи... из шерсти...

- Угу. А теперь давай сюда чашку, пока ты ее не уронил, ведь ты

совсем спишь, -Дженни взяла из его ослабевших рук чашку, погладила его

по руке и тихо удалилась. Ланселот хотел спросить Дженни, как там с

"правилом двух вытянутых рук", но ему было лень окликать ее; он

повернулся на бок и с наслаждением уснул.

К вечеру они услышали за открытым окном звук мотора. Дженни вышла

на тер-расу и, вернувшись, сказала, что это доктор Вергеланн.

Ланселот был рад увидеть наяву своего спасителя. Невысокий,

полноватый, но крепко сбитый доктор был похож не столько на гнома,

сколько на шкипера со старинно-го судна, только трубки в зубах не

хватало. Осмотрев Ланселота, он сказал, что тот мо-жет в хорошую

погоду выходить на воздух, но должен избегать сквозняков и

переох-лаждения.

Дженни предложила доктору Вергелан-ну чашку чая, приготовленного

ею из листь-ев земляники и мяты. Дженни привезла с 108

собой свое руководство по уходу за боль-ными, а в нем были главы,

посвященные лекарственным травам, и теперь она при-лежно их

штудировала. Доктору чай по-нравился, но пил он стоя - торопился к

другому больному.

- Берегите лекарства, Дженни, - сказал он, - и больше поите его

разными травка ми. В Медицинском центре практически нет лекарств, к

нам почти ничего не посту пает из Осло, кроме средств для проведе ния

эвтаназии.

Доктор оставил Дженни все предписа-ния и скудный набор лекарств.

Она прово-дила его до причала, и там он еще раз под-твердил, что

кризис миновал и Ланселот пошел на поправку. Он сказал, что теперь

будет реже посещать больного, но без на-блюдения его не оставит.

Когда Ланселот окреп и перебрался из постели в коляску, он сразу

же начал понем-ногу выезжать из дома. Он познакомился с Патти.

- Правда же, он немного похож на Инд-рика? - спросила Дженни.

- Правда. Особенно в профиль, когда его уши находятся на одной

линии - тогда они один к одному рог единорога. - Сэр Ланселот! 109

- Я не шучу, сама погляди сбоку. Можно мне его погладить?

- Нет. Патти разрешает это только зна комым.

- А мы с ним сейчас познакомимся. Иди сюда, ушастик!

Патти подошел к Ланселоту и подставил ему темя, приглашая

почесать.

- Смотрите-ка, он тебя сразу признал! Знаешь, Патти объедает всю

траву на твоем острове. И цветы тоже... Ты не в претензии?

- Ну что ты! Правда, тут ее маловато и она довольно жалкая, но на

одного ослика, пожалуй, хватит. Я знаю, где на соседних островах самая

сочная трава. Вот я поправ люсь, мы туда сходим на моем катамаране, и

он там попасется на приволье.

- Я видела твоего "Мерлина" и весь его облазила. Ты там оставил

ящик с креветка ми, они протухли и жутко воняли: пришлось мыть и

проветривать трюм.

- Спасибо, королек! Из тебя, пожалуй, выйдет настоящая рыбачка.

- Надеюсь! Нам ведь по дороге придет ся рыбачить для пропитания,

да, Ланс? - По дороге? Нам?

- Ну да. Мы, как я понимаю, скоро от правимся по воде в Иерусалим.

- Ты что, собираешься сопровождать меня в этом паломничестве? 110

- Самой собой. Кто-то должен пригля дывать за тобой в дороге, ты

же перенес такую пневмонию! - Ну-ну...

Подобное решение ему и в голову не приходило, но было в нем нечто

лучезар-ное. Брать королька в столь опасное и дальнее паломничество,

разумеется, никак нельзя, но помечтать о плавании с Дженни в

Иеру-салим, а главное из Иерусалима, когда он станет на ноги, - почему

бы нет? Мечты о паломничестве вдвоем - это что-то вроде путешествия в

Реальности, только куда бе-зопаснее. И они принялись вдвоем

фанта-зировать о том, как поплывут в Иерусалим, что возьмут с собой в

плаванье и что будут делать в пути. В этих мечтах даже Патти занял

свое место на палубе катамарана.

Ланселот быстро шел на поправку. Те-перь он больше времени

проводил на возду-хе, а кашлял все меньше. И вот наконец они решили

устроить пикник и втроем отправи-лись на катамаране на один из

соседних лесистых островов.

Это был низкий островок, поросший веселым смешанным лесом. На его

опушках розовели подушки вереска, огромные гра-нитные валуны были с

южной стороны по-крыты нежно-лиловым тимьяном, а солнеч111

ные поляны в лесу поросли удивительно зеленой, какая бывает только

на островах, и уже довольно высокой травой. И конечно, весь остров был

покрыт весенними цвета-ми: мелким желтым чистотелом, белыми и синими

анемонами, первоцветом, ветрени-цей, мать-и-мачехой. Ланселот знал,

что поз-же появятся и морошка на маленьком бо-лотце, и земляника на

прогретых каменис-тых пригорках, и малина по краям лесной дороги, а

потом пойдут и грибы. Может быть, Дженни все это еще увидит.

Они прошли по лесной дорожке в глубь леса, где Ланселот с детства

знал раскинув-шуюся среди прозрачного березняка боль-шую поляну с

особенно густой и сочной травой, и там они пустили счастливого Пат-ти

пастись на воле. Дженни расстелила на траве плед и поставила в центре

корзинку с припасами для пикника. Ей пришлось по-мочь Ланселоту

перебраться из коляски на плед, и она сделала это, не дожидаясь

просьбы. Она только покраснела при этом ужасно. Ланселот это заметил и

усмехнулся. Потом они сидели каждый на своем краю пледа, пили чай из

термоса и ели бутербро-ды, разговаривали и наслаждались теплым

деньком.

Им повезло: сквозь обычную дымку не-надолго проглянуло солнце. 112

- Как я соскучилась по солнышку! - ска зала Дженни, сняв свитер и

оставшись в майке из натуральной ткани, выгоревшей и заштопанной во

многих местах: Ланселот узнал свою старую майку, и ему было прият но,

что она нашла ее, привела в порядок и носит, но вслух он ничего не

сказал.

- Поскорее бы нам отправиться в Иеру салим, - сказала вдруг

Дженни.

- Милый мой королек, я не надеюсь до августа заработать деньги на

исцеление. Бо юсь, придется все отложить до будущего года. Тебе к тому

времени пора будет возвра щаться домой, и ты не сможешь сопровож дать

меня в это паломничество, - сказал Ланселот, а про себя подумал: не

слишком ли они с Дженни увлеклись фантазиями о совместном путешествии?

Девочка, кажет ся, начинает принимать их всерьез.

- Ланс, выслушай меня, пожалуйста! Мы должны отправиться в путь

сразу же, как только позволит доктор Вергеланн. Мой брат, тот, который

нас с Патти сюда доста вил, по секрету сказал мне очень важную вещь:

среди военных ходят слухи, что вот-вот начнется война с Россией.

Планета, конечно, победит, но возможно, что из-за военных действий все

передвижения будут запрещены. Он сказал еще, что между быв шей Европой

и Скандинавией вот-вот уста113

новят кордон. Так что тянуть и рисковать не стоит.

- Твой брат, похоже, добрый и отваж ный человек, Дженни, и он так

любит тебя... Она хихикнула.

- Мой брат настоящий Макферсон и боль ше всего на свете любит

армию, свою карье ру и деньги! Он совсем не добрый, но зато теперь он

богатый. У нас был состоятель ный дедушка, которого я совсем не помню.

Он давно умер и оставил всем своим внукам наследство: братьям больше,

мне меньше, но всем с условием, что мы вступаем в права владения

только в двадцать один год. Братья уже давно получили свои доли,

оставалась я одна. Вот я и передала брату свои права на дедушкино

наследство - за то, что он устро ил мне маленькое путешествие в

Норвегию и положил на мой счет небольшую сумму. От наследства осталось

у меня только это, - она подняла руку с браслетом. - Это бабушкин

браслет, и он тоже был указан в завещании, но ношу я его с детства.

Теперь у нас есть деньги на исцеление, Ланселот, и мы можем хоть

сегодня перевести их на счет ММ. К сожалению, мне не удалось получить

с него больше, а то ты мог бы лететь на вертолете.

- И за сколько же ты продала свое на следство, Дженни? - За двести

планет. 114

- А велико было наследство? - Лучше не спрашивай, Ланс. - И

все-таки? - Двести тысяч планет.

- Да, твой брат провел недурную финан совую операцию!

- Представь себе, Ланс, мы с ним еще торговались! Пришлось мне

рассказать ему, на что мне срочно нужны деньги.

- И он согласился доставить тебя к не знакомому человеку и

оставить у него?

- Как раз это ему было безразлично. Зато он решил, что у тебя, как

у инвалида совсем нет денег, а то бы мне не удалось вырвать у него

даже эти двести планет. Если бы он знал, что у тебя уже есть половина

взноса, он бы со мной не так торговался! Но я пожадничала и схитрила -

я ведь тоже из семьи Макферсонов. Я решила, что нам са мим деньги

пригодятся в дороге, ведь при дется останавливаться в гостиницах и пи

таться в ресторанах.

"Нам", - сказала она, и опять у Лансело-та не хватило духа

признаться Дженни, что он никогда не принимал всерьез ее реше-ния

отправиться с ним в Иерусалим.

- Есть еще одна новость, которую ты проболел, - продолжала

девушка, - теперь батарейки Тэслауже не выдаются бесплатно, а стоят

пять планет штука. 115

- У меня есть в запасе четыре батарейки.

- Ты думаешь, этого хватит на дорогу в Иерусалим?

- Не уверен. Обычно в год катамаран сжигает одну батарейку, но

ведь в море я выходил не каждый день и ходил на катама ране самое

большое пять часов. Ладно, на батарейки хватит. А насчет гостиниц и

рес торанов, это ты, королек, зарвалась. Спать придется в каюте

катамарана, а еду гото вить на камбузе. Еще какие расходы предус

мотрел мой королек? - Самые важные. Непредвиденные.

- Да, обычно эти расходы как раз и оказываются самыми крупными. Ну

что ж, мое королевское величество, я беру у тебя в долг твои двести

тысяч в расчете на исце ление. Ну а уж как долго я тебе буду их

выплачивать, этого я пока не могу тебе сказать - Надеюсь, что очень

долго. _?

- Видишь ли, мне нравится твой остров, и я не покину его, пока ты

не вернешь мне полностью дедушкино наследство. - Это почему?

- Потому что я - из Макферсонов, а они все жадные, хитрые и очень

осторожные. Я буду свирепым кредитором и постараюсь глаз с тебя не

спускать. Знаешь, Ланс, я 116

всегда так тосковала, когда тебя не было в Камелоте!

- Дженни! Я не хочу больше ни единого слова слышать от тебя ни о

Реальности, ни о Камелоте! С Реальностью покончено, ты меня слышишь,

Дженни?

- Да слышу я, слышу... Пойду-ка я лучше вместе с Патти цветы

собирать, а то ты на меня кричишь. Ты пока подремли на сол нышке.

Ланселот так и сделал и даже уснул. Разбудила его Дженни, сунув ему в

лицо нагретые солнцем цветы.

- Понюхай, сэр Ланселот, как они пах нут! В Логрисе таких не было!

Ланселот чихнул и похвалил цветы. Дженни бросила всю охапку на

одеяло, села рядом и принялась их разбирать.

- Знаешь, моя мать не разрешает дер жать дома живые цветы ни в

горшках, ни в вазах. Считает, что это негигиенично. Но зато у нас

полон дом искусственных цветов. Перед Днем Месса и Хэллоуином все эти

букеты отдают в химическую чистку.

- Что такое "химическая чистка", Дженни?

- Это такое особое предприятие в сфе ре обслуживания Семьи. Те,

кому разреше но носить свободную одежду и пользовать ся коврами,

мехами и прочими старинны117

ми вещами, могут сдать туда эти вещи, что-бы их почистили.

- Дженни, так твоя семья имеет отноше ние к Семье?

- Разве я не говорила? Все мои старшие братья - члены третьего

круга Семьи, как и все офицеры, а мать как дочь генерала вхо дит даже

во второй круг и имеет еще боль ше привилегий. - А ты, Дженни?

- Я обыкновенная планетянка, но с не которыми привилегиями,

положенными мне как члену семьи членов Семьи... Фу, заговорилась!

- Не мудрено. Довольно запутанная иерархия.

- Угу... Мне разрешено носить любую одежду и длинные волосы,

пользоваться кос метикой и не пользоваться едальником. Ты пробовал еду

из Центра питания? Это такая гадость! Но все это уже не имеет

значения, потому что теперь все планетяне должны сами себя

обеспечивать и едой, и одеждой, и бесплатное удаление волос

упразднили, так что все планетяне начинают постепен но обзаводиться

прическами... Ланс, ты слу чайно не умеешь плести венки? Я хочу спле

сти веночек, но у меня ничего не получает ся. Оказывается, это гораздо

труднее, чем вязать на спицах. 118

- Когда-то мы плели венки с матушкой. Отбери цветы с гибкими

длинными стебля ми, одуванчики, например.

Ланселот не сразу, но все-таки вспом-нил, как плетутся венки, и

показал Дженни. Она очень старалась, и через полчаса венок был готов.

- Что это он у тебя такой растрепан ный? - спросил Ланселот. -

Такой фасон.

- Впрочем, твоим буйным кудрям имен но такой и подходит, другой в

них просто потеряется.

Надев венок, Дженни спросила Лансе-лота: - Хороша ли я, сэр

Ланселот Озерный? - Ослепительна!

- Теперь я больше похожа на принцессу, чем на короля, не правда

ли, сэр Ланселот? - Скорее на пейзанку. - А это еще кто такое?

- Пейзанка - это на куртуазном языке значит крестьянка. - А что

такое "куртуазный язык"?

- Это тот язык, на котором рыцарям приличествует разговаривать с

прекрасны ми дамами.

- А кто не разрешает мне вспоминать о Реальности? - Дженни, ты же

не думаешь всерьез, 119

что рыцарство существует только в Реаль-ности? Оно и на самом деле

существовало. - Все-то ты знаешь, Ланс. - Не все, но многое мне

известно.

- Задавака. А вот знаешь ли ты, что бу дешь делать, когда

вернешься исцеленный из Иерусалима? - Знаю. Сделаю тебе предложение. -

Я согласна!

- Ну, Дженни, ты покладиста, как насто ящая пейзанка! К чему такая

спешка? Мы же говорим о будущем.

- Мы говорим о том, что ты собираешь ся сделать мне предложение.

Могу я зара нее дать свое согласие, чтобы потом не было недоразумений?

Или нет? - Можешь, конечно.

- Значит, с этого дня мы можем считать ся женихом и невестой?

- Считайся, пожалуйста. Можешь даже сказать доктору Вергеланну,

что мы обручи лись. Но учти, я верну тебе слово, если мое исцеление не

состоится.

Дженни резким движением убрала руки назад.

- Ну уж нет! Я свое слово назад не возьму, мое слово -

королевское!

- Ребенок ты, а не король. И знаешь, что я тебе скажу, невеста?

Пора нам соби раться и увозить отсюда Патти, а то как бы 120

он у нас не лопнул. Ты погляди, какое он себе пузо наел!

Патти и вправду стоял, свесив крепко набитое брюшко между

расставленными то-чеными ножками, и травкой похрупывал больше из

принципа, чем от голода. Он задумчиво жевал, а длинные стебли травы и

цветов свисали по бокам его хитрой морды, чрезвычайно ее украшая.

- Тиран ты и деспот, сэр Ланселот. Тут так хорошо, и солнышко

нет-нет да выгля нет, и Патти так доволен жизнью, и я хотела еще

травок лекарственных пособирать, а ты хочешь нас загнать домой...

- Скоро похолодает, и я могу просту диться.

- Ты нашел сногсшибательный аргумент! Собираемся.

Дженни помогала Ланселоту забраться в коляску, явно даже не

вспомнив о "прави-ле вытянутых рук". "Это она уже чувствует себя

невестой!" - подумал он. Потом она сложила плед и корзинку с остатками

еды в сетку, прикрепленную под сиденьем коляс-ки, и они отправились по

лесной тропе к берегу. Цветы она несла в руках, а Патти шел за нею и

время от времени через плечо поворовывал из ее букета цветочек-другой.

ГЛАВА 8

В зале заседаний дворца Мессии шел совет, но на этот раз за столом

сидели не члены мирового правительства, а маги, аст-рологи, пророки,

колдуны, ведьмы и экст-расенсы.

Докладывал главный астролог планеты Паоло Лоба. На столе перед ним

была рас-стелена астрологическая карта, испещрен-ная линиями, значками

и цифрами. Он за-канчивал доклад:

- Можно с уверенностью сказать, мой Мессия, что звезды на вашей

стороне: Марс -во втором доме, Венера - в четвертом, Мер курий - в

зените. Отсюда следует, что ни вам лично, ни благоденствию Планеты нич

то не угрожает. Трудности настоящего мо мента связаны с тем, что

Фаэтон все еще находится в пятом доме, но его власть уже подходит к

концу, и нас всех ждут счастли вые перемены!

- Ты, Лоба, помнится, примерно то же самое говорил и в прошлом

месяце. Где же предсказанные тобой перемены?

- Если Мессия позволит, я замечу, что перемены предвещаю не я, а

небесные све тила. Что же касается гороскопа минувшего месяца, то

должен заметить, что я никогда не обращаюсь к своим прошлым

астрологи122

ческим прогнозам, дабы они не влияли на меня при составлении

звездных карт насто-ящего и будущего - только таким образом можно

достичь непредвзятости. Я кончил, мой Мессия.

- И при этом надоел мне как никогда. Составь приличный прогноз для

прочтения в новостях, дай планетянам надежду на луч шее будущее и

уверенность в том, что звез ды на моей стороне, а больше от тебя ниче

го и не требуется. Пошел вон, болтун!

- Благодарю за внимание, мой Мессия, -сказал великий астролог,

свернул в трубку карту, поклонился и с достоинством удалился.

- Барон фон Тарсофф, единственный колдун с мозгами, ты выполнил

задание, выяснил, что произошло с моим предше ственником в России? -

Да, мой Мессия.

Барон фон Тарсофф сидел в кресле по-одаль от стола. Это был сухой

старик с мор-щинистым смуглым лицом и свисающими вдоль впалых щек

волосами цвета антраци-та. У его ног расположился огромный чер-ный

дог, и долгопалая, в старинных перст-нях, темная рука колдуна лежала

на крупной голове зверя. - И что же?

- Во-первых, мой Мессия, в России у тебя был не один

предшественник, а целый 123

триумвират - Троцкий, Ленин и Сталин, их настоящие имена -

Бронштейн, Ульянов и Джугашвили. Все трое были духовно руко-водимы

нашим Властителем, выполняли одно задание, но между собой состояли в

лютой вражде и один другому не доверяли. Им удалось лишить великую

державу ее скрепляющего и удерживающего стержня -самодержавия.

Императорскую фамилию они истребили и предприняли самые реши-тельные

меры для искоренения православ-ной веры и устранения всего, что мешало

установлению нового порядка. Они уничто-жили треть населения страны. -

Прямо как чума, - усмехнулся Мессия.

- Да, мой Мессия, они прошли по стра не как чума. Но затем один из

них, а именно Ленин, вдруг усомнился в своем особом пред назначении и

начал бояться грядущего воз мездия. Тотчас дух Властителя был от него

отнят, и Ленин окончил свои дни в инвалид ном кресле, потеряв дар

мысли и речи. Двое оставшихся вождей начали сражаться за власть, и

после недолгой борьбы Троцкому пришлось бежать из страны. Оставшийся в

единовластии Сталин позднее подослал к нему убийц, и Троцкий был убит

ударом ледоруба по голове.

- Надежное и неожиданное орудие убий ства: это должно было

произвести устраша124

ющее впечатление на конкурентов в борьбе за власть, не так ли?

- Произвело, мой Мессия. Конкурентов у Сталина после этого никогда

не было -только дрожащие от страха соратники.

- Удобное окружение. Так почему же этому Сталину не удалось

распространить свою власть на все человечество, если он так хорошо

начал в своей стране?

- Это была не его страна, мой Мессия: Сталин был родом из горной

страны на юге империи, он плохо писал по-русски и гово рил с ужасным

акцентом и даже не очень правильно. Именно поэтому он приказал считать

себя крупным специалистом в обла сти языкознания. - Остроумный

господин!

- Товарищ, мой Мессия. В России того времени было принято

обращение "това рищ", а "господин" - это было бранное слово. - И каков

же был конец этого товарища?

- Он тоже был ужасен, мой Мессия. Ста лин потерял уверенность в

себе и упование на Властителя, и дух Властителя вышел из него. Сталин

тут же превратился в дряхлого испуганного старичка. От страха перед

убий цами он запирался по ночам в клозете и спал, скорчившись между

стеной и унитазом. - Мания преследования? 125

- Да. Именно страх Сталина перед тай ными убийцами и спровоцировал

его при спешников на убийство: когда он заболел невинной весенней

простудой и слег в по стель, его просто-напросто придушили по душкой.

- Известно, кто это сделал?

- Все приближенные лица скопом: глав ный организатор проследил за

тем, чтобы на подушку по очереди навалились все участ ники убийства.

- И после этого попытки начать покоре ние мира с России больше не

повторялись, -задумчиво проговорил Мессия.

- Да, мой Мессия. И менее чем через полвека Россия вернулась к

своему ужасно му естественному состоянию - вновь стала православной

страной. Вы знаете, я сам бежал из России, и я могу вам твердо ска

зать, что искоренить христианскую сущ ность ее народа невозможно. Она

как сор ная трава: стоит прекратить прополку и химическую обработку на

самый короткий срок, как православие вновь дает обиль ные всходы по

всей стране. Ужасная стра на, ужасный народ! Его можно уничтожить, но

нельзя изменить.

- Ну что ж, не так - так этак. С Россией мне теперь все ясно. Если

уж сам Власти тель отступился, значит, все-таки - война. 126

Благодарю, колдун, можешь идти. Новое задание получишь потом.







Дата добавления: 2015-10-01; просмотров: 215. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.16 сек.) русская версия | украинская версия