Потребность, силовые поля и когнитивная структура

Потребность и валентность. В ходе развития ребен­ка потребности постоянно меняются по интенсивности и степе­ни дифференциации. Так называемые кризисы развития — это периоды особенно важных или особенно быстрых изменений по­требностей. Кроме того, происходит изменение потребностей в более короткие периоды, соответствующие состояниям голода, насыщения и перенасыщения.

Потребности имеют характер «организации» поведения. Мож­но выделить иерархию потребностей. Одна потребность или ком­бинация нескольких потребностей могут создавать производные потребности (квазипотребности), эквивалентные конкретным на­мерениям.

Потребности тесно связаны с валентностями. То, какую ва­лентность имеет определенный объект или деятельность {Va[G)}, частично зависит от характера этой деятельности (G), а частич-.но — от состояния потребностей {f(G)} человека в это время {Va\G) = F{G_i t(G))}. Увеличение силы потребности (например, по­требности в отдыхе) приводит к увеличению положительной валент­ности некоторых видов деятельности (как, например, посещение кинотеатра или чтение книги) и к увеличению отрицательной валентности некоторых других видов деятельности (как, напри­мер, выполнение тяжелой работы). Любое утверждение, касаю­щееся изменения потребностей, можно выразить с помощью ут­верждения об определенных положительных или отрицательных валентностях.

В результате значительного увеличения положительной валентности, которое сопровождает сильное состояние голода,

области, обладающие отрицательной или нулевой валентностью, когда потребность в еде насыщена, приобретают положитель­ную валентность. Более голодный человек обычно довольствует­ся более скудной пищей (Katz D., 1937).

Валентность деятельности связана с ее потребительской цен­ностью для удовлетворения потребности. Однако не все виды деятельности, имеющие положительную валентность, также име­ют ценность удовлетворения в случае потребления; с другой сто­роны, виды деятельности, которые не имеют никакой валентно­сти или даже имеют отрицательную валентность, могут иметь ценность удовлетворения. Следует поэтому четко различать ва­лентность и ценность удовлетворения. Удивительно, как часто валентность и ценность фактически идут рука об руку. Д. Кац сообщил об увеличении валентности продуктов, содержащих ми­неральные вещества, недостаток которых был обнаружен в ку­рице. Когда недостаток был устранен, валентность снова снизи­лась. Похожие результаты были заявлены для детей. Опыт мо­жет изменить валентность, так же, как и значение, которое деятельность имеет для ребенка. Ребенок должен принять мно­го важных решений (например, в отношении занятия) на осно­ве валентности деятельности, а не на основе ясного знания ее ценности удовлетворения.

Потребность и когнитивная структура. На когнитивную структуру жизненного пространства оказывает влияние состоя­ние потребностей. Мюррей (Murray, 1938) обнаружил, что лица людей кажутся детям в состоянии страха более злобными, чем обычно. Стерн и Мак-Дональд (Stern, MacDonald, 1937) обнару­жили, что рисунки без определенного смысла ребенок будет по­нимать в соответствии со своим настроением.

Влияние, которое потребность имеет на структуру жизнен­ного пространства, зависит от силы потребности и от подвиж­ности соответствующих областей жизненного пространства. Дем-бо обнаружила подобные галлюцинациям исполнения желаний в чрезвычайно эмоциональных ситуациях. Если визуальное поле достаточно подвижное, его структура может быть значительно изменена намерением (квазипотребностью) (Gottschaldt, 1926; Lewin, 1938). Уровни ирреальности, будучи более подвижными, чем уровни реальности, в результате легче подвергаются влия­нию как желаний, так и страхов. Это причина того, почему сны и мечты отражают потребности ребенка. Это также объясняет, почему в воображении и сновидениях могут открыться потреб­ности, которые не допускаются в «общественную жизнь» соци­альными табу.

Слиосберг показала, что смысл объектов и событий более подвижен в игровых, чем в неигровых ситуациях. Так называемый игровой метод (Ericson E., 1940; Homburger, 1937) и другие проек­тивные методы (Murray, 1938) используют эту большую подвиж­ность игры, чтобы изучить более глубинные и подавленные жела­ния детей. (Следует упомянуть, однако, что игра часто отражает реальную домашнюю ситуацию, а не желания и страхи ребенка.)

Потребности оказывают воздействие на когнитивную струк­туру не только психологического настоящего, но, даже больше того, психологического будущего и прошлого. Это особенно важно для уровня притязаний. Если влияние потребностей на психо­логическое будущее особенно велико, говорят о нереалистичном человеке. Одна из форм влияния потребностей на структуру пси­хологического прошлого называется рационализацией; другими формами являются вытеснение и ложь. Часто кажется, что ложь ребенка в первые годы жизни имеет характер действительного изменения психологического прошлого в соответствии с потреб­ностями ребенка.

Существуют большие индивидуальные различия (Davidson & Klopfer, 1938) в том, как ребенок видит чернильные пятна (тест Роршаха). Неустойчивые, проблемные дети с большей вероятно­стью попадают во власть желаний и страхов, чем средний ре­бенок, вследствие их большей подвижности.