Там же. С. 375

собственный предмет гуманитарных и общественных наук, что явля­ется основой их интеграции в рамках гуманитаристики. Одновременно продукт культуры как объективно данное, инвариантное запечатле-ние «одушевленности» своего творца является основой строгой науч­ности гуманитарного знания.

Мы можем констатировать, что культурологическая концепция Лаппо-Данилевского близка к немецкой «неокантианской» культуро­логии, один из основоположников которой Г. Риккерт писал:

Противоположностью природе... является культура, как то, что или непосредственно создано человеком, действующим сообразно оце­ненным им целям, или оно уже существовало раньше, по крайней мере, сознательно взлелеяно им ради связанной с ним ценности»34.

В концепции Лаппо-Данилевского мы также обнаруживаем про-тивополагание природы и культуры, понимание роли сознательного действия человека в культурном процессе, признание принципа цен­ности как критерия для включения отдельного факта в культурное це­лое. Среди этих факторов исключительную роль в культурно-историчес­ком процессе Лаппо-Данилевский приписывал волевому воздействию человека на социальную среду, разделяя взгляды другого видного не­мецкого культуролога В. Виндельбанда, который утверждал:

Философия культуры есть постольку имманентное мировоззре­ние, поскольку она по существу своему необходимо ограничивается миром того, что мы переживаем как нашу деятельность»35.

Но Лаппо-Данилевский обогатил культурологию XX в. учением о произведениях культуры как источниках гуманитарного познания, заложив основы строгой научности гуманитаристики и обосновав ре­альную основу интеграции знаний о человеке.

Воспроизведение «чужой одушевленности» достигается главным образом в процессе интерпретации исторического источника. Лаппо-Данилевский детально разрабатывает интерпретационные процедуры в фундаментальном труде «Методология истории». Он определяет ин­терпретацию как «общезначимое научное понимание исторического ис­точника»*⁶. Понимание автора в процессе интерпретации историчес­кого источника лежит в основе любого исторического исследования, поскольку, только правильно поняв источник, историк может уста­новить, «знание о каком именно факте он может получить из данного источника». В противном случае исследователь не может быть уверен в

⁵⁴ Риккерт Г. Науки о природе и науки о культуре: Пер. с нем. М., 1998. С. 55.

³⁵ Виндельбанд В. Философия культуры и трансцендентальный идеализм//Кул ь-турология. XX век: Антология. М., 1995. С. 67.