Сравнительно-исторического исследования

Как уже подчеркивалось, XX в. с его мировыми войнами, револю­циями, развитием средств массовой коммуникации показал челове­честву его тотальную взаимозависимость. В силу интеграционных про­цессов в развитии общества в новейшее время и историческая наука начинает преодолевать национальные границы ее объектом стано­вится «всеединое человечество». Отсюда одним из основных понятий в концепции А.С. Лаппо-Данилевского является «мировое целое».

Понимание исторического процесса как процесса культурного обосновывается ученым при определении объекта исторического по­знания, в качестве которого выступает человечество как часть миро­вого целого. Понятие «мировое целое» — одно из основных понятий в концепции Лаппо-Данилевского — не конструируется как эпистемо­логическая категория (например, как понятие общественно-эконо­мической формации в марксизме). Лаппо-Данилевский констатирует восприятие человеческим сознанием «мирового целого» как факт: «»с- торих представляет действительность в виде единого целого». Следова­тельно, речь идет об анализе восприятия действительности субъектом

познания:

«[Человеческому сознанию]...только мировое целое, единое и еди­ничное представляется в полной мере действительностью, каждая из частей которой лишь искусственно может быть извлекаема из реаль­ного единства для научного ее рассмотрения»".

Таким образом, понятие мирового целого — это предельное по­нятие. Историк вычленяет объект своего исследования — человече­ство как часть мирового целого, наделенную сознанием и в качестве таковой воздействующую на мировое целое.

Кроме понятия «мировое целое», Лаппо-Данилевский вводит по­нятие «эволюционное целое», как часть которого рассматривается от­дельный факт культуры (исторический факт). Поскольку факты куль­туры мыслятся как уникальные, неповторяющиеся во времени, «.по­ложение таких фактов в данном эволюционном целом... может быть только одно». Выстраивая «эволюционное целое», исследователь, оста­ваясь на позициях идиографии, должен иметь в виду не изменения, повторяющиеся в действительности (поскольку признание устойчи­вой повторяемости ведет к фиксации закономерности, что свойственно номотетике), а единичный процесс изменения, как таковой, взятый как целое.

Лаппо-Данилевский, отталкиваясь от современного ему деления наук на номотетические и идиографические, синтезирует эти поня­тия, рассматривая их как два подхода к единому объекту истории. Он пишет:

«С номотетической точки зрения историк изучает то, что есть общего между изменениями, с идиографической — то, что характеризует данное изменение, отличает его от других и, таким образом, придает ему индивидуальное значение в данном процессе»²⁵.

Необходимость сочетания номотетического и идиографического подходов в исследовании объекта культуры при ведущей роли идио-графического вытекает из самой природы идиографии. Интересуясь каждым единичным уникальным фактом, исследователь вынужден выбирать из них факты с историческим значением. При номотетичес-ком подходе критерием такого отбора выступает типичность, при идиографическом — ценность, определяемая в том числе и по силе воздействия на «эволюционное целое». Таким образом, Лаппо-Данилев­ский, синтезируя номотетический и идиографический подходы, по­казывает, что отличие выявляется на фоне сходства, а сходство в свою очередь выявляется при элиминировании различий.

²⁴ Лаппо-Данилевский А. С. Методология истории. СПб., 1910-1913. Вып. 1-2 С. 332.