Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Задача психологического обоснования наук о духе




Объяснительная психология <...> хочет объяснить уклад душевного мира с его составными частями, сила­ми и законами точно так, как химия и физика объясняют строение мира телесного. Особенно яркими представи­телями этой объяснительной психологии являются сто­ронники психологии ассоциативной — Гербарт, Спен­сер, Тэн, выразители различных форм материализма. <...> Объяснительная психология, следовательно, стре­мится подчинить явления душевной жизни некоторой причинной связи при посредстве ограниченного числа однозначно определяемых элементов.

Объяснительная психология может достигнуть сво­ей цели только при помощи гипотез. <...> Было бы про­сто неразумно желать исключить из психологии гипо­тетические составные части; и несправедливо было бы ставить употребление их в упрек объяснительной пси­хологии, так как психология описательная точно так же не могла бы обойтись без них. Но в области естествен­ных наук понятие гипотезы получило развитие в более определенном смысле на основании данных в позна­нии природы условий. <...> Гипотезам принадлежит ре­шающее значение не только как определенным стади­ям в возникновении естественнонаучных теорий; нельзя предвидеть, каким образом, даже при самом крайнем увеличении степени вероятности нашего объяснения природы, может когда-нибудь вполне исчезнуть гипо­тетический характер этого объяснения. Естественно-научные убеждения наши нисколько от этого не колеб­лются. <...> Но так как объяснительная психология в область душевной жизни переносит метод естествен­нонаучного образования гипотез, благодаря которому то, что дано, дополняется присоединением причинной связи, то возникает вопрос: правомерно ли такое пере­несение?

Установим прежде всего тот факт, что в основе всякой объяснительной психологии лежит комбинация гипотез, несомненно отличающихся вышеуказанным признаком, ибо они не в состоянии исключить иные возможности. Против каждой подобной системы ги­потез выставляются десятки других. В этой области идет борьба всех против всех, не менее бурная, неже­ли на полях метафизики. Нигде и на самом дальнем горизонте не видно пока ничего, что могло бы поло­жить решающий предел борьбе. <...>

Итак, если мы желаем достигнуть полного причин­ного познания, мы попадаем в туманное море гипотез, возможность проверки которых на психических фактах даже не предвидится. Влиятельнейшие направления психологии ясно это показывают. Так, гипотезой такого рода представляется учение о параллелизме нервных и духовных процессов, согласно которому даже наиболее значительные духовные факты суть лишь побочные яв­ления нашей телесной жизни. Подобной гипотезой пред­ставляется и сведение всех явлений сознания к атомо-образно представляемым элементам, воздействующим друг на друга по определенным законам. Такой же гипо­тезой является и выступающее с притязаниями на при­чинное объяснение конструирование всех душевных яв­лений при помощи двух классов ощущений и чувств, причем имеющему столь огромное значение для нашего сознания и для нашей жизни хотению отводится место явления вторичного. При посредстве одних лишь гипо­тез высшие душевные процессы сводятся к ассоциаци­ям. Путем одних лишь гипотез самосознание выводится из психических элементов и процессов, происходящих между ними. Ничем, кроме гипотез, мы не располагаем относительно причинных процессов, благодаря которым благоприобретенный душевный комплекс постоянно влияет столь могущественно и загадочно на наши созна­тельные процессы заключения и хотения. Гипотезы, всюду одни гипотезы! И притом не в роли подчиненных составных частей, в отдельности входящих в ход науч­ного мышления (как мы видели, в качестве таких они не­избежны) , но гипотезы, которые как элементы психоло­гического причинного объяснения должны сделать возможным выведение всех душевных явлений и найти себе в них подтверждение.

Представители объяснительной психологии для обоснования столь обширного применения гипотез обычно ссылаются на естественные науки. Но мы тут же в самом начале нашего исследования заявляем тре­бование наук о духе на право самостоятельного опре­деления методов, соответствующих их предмету. На­уки о духе должны, исходя от наиболее общих понятий учения о методе и испытывая их на своих особых объ­ектах, дойти до определенных приемов и принципов в своей области совершенно так, как это сделали в свое время науки естественные. <...> Первейшим отличи­ем наук о духе от естественных служит то, что в по­следних факты даются извне при посредстве чувств как единичные феномены, меж тем как для наук о духе они непосредственно выступают изнутри как реаль­ности и как некоторая живая связь. Отсюда следует, что в естественных науках связь природных явлений может быть дана только путем дополняющих заключе­ний, через посредство ряда гипотез. Для наук о духе, наоборот, вытекает то последствие, что в их области в основе всегда лежит связь душевной жизни как пер­воначально данное. Природу мы объясняем, душевную жизнь мы постигаем. Во внутреннем опыте даны так­же процессы воздействия, связи в одно целое функ­ций как отдельных членов душевной жизни. Пережи­ваемый комплекс тут является первичным, различение отдельных членов, его — дело уже последующего. Этим обусловливается весьма значительное различие методов, с помощью которых мы изучаем душевную жизнь, историю и общество, от тех, благодаря коим до­стигается познание природы. Из указанного различия вытекает для трактуемого здесь вопроса вывод, что в области психологии гипотезы никоим образом не мо­гут играть той же роли, какая им присуща в познании природы. В познании природы связные комплексы ус­танавливаются благодаря образованию гипотез, в пси­хологии же именно связные комплексы первоначаль-но и постоянно даны в переживании: жизнь существует иезде лишь в виде связного комплекса. Таким обра-зом, психология не нуждается ни в каких подставляе­мых понятиях, добытых путем заключений, для того, чтобы установить прочную связь между главными группами душевных фактов. Определенному внутренним опытом, основному причинному расчленению це­лого она может подчинить описание и расчленение и таких процессов, в которых ряд действий хотя и обус­ловливается изнутри, но все же совершается без со­знания действующих в нем причин, как, например, при репродукции или при влиянии, оказываемом на созна­тельные процессы изгладившимся из нашего созна­ния приобретенным душевным комплексом. <...> Ги­потеза не является неизбежно ее основой. Поэтому, если объяснительная психология и подчиняет явления душевной жизни ограниченному числу однозначно оп­ределяемых объяснительных элементов преимущест­венно гипотетического характера, мы никак не можем согласиться с представителями названного течения, утверждающими, что такова неизбежная судьба всей психологии и выводящими заключение из аналогии с ролью, которую гипотезы играют в познании приро­ды. С другой стороны, в области психологии гипотезы отнюдь не проявляют той полезности, которой они об­ладают в естественном познании. <...> В граничащих областях природы и душевной жизни эксперимент и количественное определение оказались столь же по­лезными для образования гипотез, как и при познании природы. В центральных же областях психологии по­добное явление не наблюдается.

<...> Объяснительная психология, поскольку она может основываться лишь на гипотезах, неспособных возвыситься до степени убедительной и исключающей все прочие гипотезы теории, необходимо должна сооб­щить свой недостоверный характер опытным наукам о духе, пытающимся опереться на нее. <...> Всякая по­пытка создать опытную науку о духе без психологии также никоим образом не может повести к положитель­ным результатам. <...>

Как культурные системы — хозяйство, право, ре­лигия, искусство и наука — и как внешняя организа­ция общества в союзе семьи, общины, церкви, государ­ства возникли из живой связи человеческой души, так они не могут в конце концов быть поняты иначе, как из того же источника. Психические факты образуют их важнейшую составную часть, и потому они не могут быть рассматриваемы без психического анализа. Они содержат связь в себе, ибо душевная жизнь есть связь.

Поэтому-то познание их всюду обусловливается пони­манием внутренней связности в нас самих.

И подобно тому как развитие отдельных наук о духе связано с разработкой психологии, так и соединение их в одно целое невозможно без понимания душевной связи, в которой они соединены. Вне психической свя­зи, в которой коренятся их отношения, науки о духе представляют собой агрегат, связку, а не систему. <...> Все, что можно было требовать от психологии и что со­ставляет ядро ей свойственного метода, одинаково ве­дет нас в одном и том же направлении. От всех изло­женных выше затруднений освободить нас может лишь развитие науки, которую я, в отличие от объяснитель­ной и конструктивной психологии, предложил бы на­зывать описательной и расчленяющей. Под описатель­ной психологией я разумею изображение единообразно проявляющихся во всякой развитой человеческой ду­шевной жизни составных частей и связей, объединяю­щихся в одну единую связь, которая не выводится, а переживается. Таким образом, этого рода психология представляет собой описание и анализ связи, которая дана нам изначально и всегда в виде самой жизни. Из этого вытекает важное следствие. Предметом такой психологии является планомерность в связи развитой душевной жизни. Она изображает эту связь внутрен­ней жизни в некотором роде типическом человеке. Она рассматривает, анализирует, экспериментирует и срав­нивает. Она пользуется всяким возможным вспомога­тельным средством для разрешения своей задачи. Но значение ее в скале наук основывается именно на том, что всякая связь, к которой она обращается, может быть однозначно удостоверена внутренним восприятием, и каждая такая связь может быть показана как член объ­емлющей ее в свою очередь более широкой связи, ко­торая не выводится путем умозаключения, а изначаль­но дана. <...>

Нельзя не пожелать появления психологии, способ­ной уловить в сети своих описаний то, чего в произве­дениях поэтов и писателей заключается больше, неже­ли в нынешних учениях о душе, — появления такой психологии, которая могла бы сделать пригодными для человеческого знания, приведя их в общезначимую связь, именно те мысли, что у Августина, Паскаля и Лихтенберга производят столь сильное впечатление благо­даря резкому одностороннему освещению. К разреше­нию подобной задачи способна подойти лишь описа­тельная и расчленяющая психология; разрешение этой задачи возможно только в ее пределах. Ибо психология эта исходит из переживаемых связей, данных первич­но и с непосредственной мощью; она же изображает в неизуродованном виде и то, что еще недоступно рас­членению. <...>


Поможем в написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой





Дата добавления: 2014-10-22; просмотров: 382. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.02 сек.) русская версия | украинская версия
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7