В СБ.: ИЗБРАННЫЕ

С. 76. «Возможность психологического объяснения ин­теллекта зависит от того, как мы будем интерпретировать логические операции: будем ли мы понимать их как отра­жение уже готовой реальности или как выражение под­линной деятельности. Избежать этой альтернативы позво­ляет, несомненно, лишь аксиоматика: реальным операци­ям мышления можно дать генетическую интерпретацию (полностью сохраняя при этом несводимый характер их формальных связей) только в том случае, если они анали­зируются аксиоматически... психолог изучает, каким обра­зом устанавливается фактическое равновесие действий и операций, тогда как логик анализирует само равновесие в его идеальной форме, т. е. каким оно должно нормативно быть в сознании при условии его полной реализации».

С. 176 — 177. «Ребенок должен освободиться от своего перцептивного и моторного эгоцентризма; только благо­даря ряду последовательных децентраций ему и удается воссоздать эмпирическую группу материальных перемеще­ний, располагая свое собственное тело и свои собственные движения среди совокупности других тел и движений.

Построение операциональных группировок и групп мышления требует инверсии в том же направлении, но пути движения в этой области бесконечно сложнее: здесь речь пойдет о децентраций мысли не только по отноше­нию к актуальной перцептивной центрации, но и по от­ношению к собственному действию в целом. Действитель­но, мысль, рождающаяся из действия, является эгоцент­рической в самой своей исходной точке, причем именно по тем соображениям, по которым сенсомоторный ин­теллект центрируется сначала на актуальных восприятиях или движениях, из которых он развивается. Поэтому по-

строение транзитивных, ассоциативных и обратимых опе­раций должно предполагать как версию этого начального эгоцентризма и систему отношений и классов, децентри-рованных по отношению к собственному «я», и эта ин­теллектуальная децентрация занимает практически все ран­нее детство...

Чтобы схватить механизм этого развития, форму ко­нечного равновесия которого образуют, как уже гово­рилось, операциональные группировки, мы выделим (упрощая и схематизируя) четыре основных периода, идущих непосредственно вслед за тем периодом, кото­рый характеризуется образованием сенсомоторного интеллекта.

С появлением языка или, точнее, символической фун­кции, делающей возможным его усвоение (от 1, 5 до 2 лет), начинается период, который тянется до ^ лет и характе­ризуется развитием символического и допонятийного мышления.

В период от 4 до 7 — 8 лет образуется, основываясь непосредственно на предшествующем, интуитивное (на­глядное) мышление, прогрессивные сочленения которо­го вплотную подводят к операциям.

С 7 — 8 до 11 — 12 лет формируются конкретные опе­рации, т. е. операциональные группировки мышления, относящиеся к объектам, которыми можно манипулиро­вать или которые можно схватывать в интуиции.

Наконец, с 11 — 12 лет и в течение всего юношеского периода вырабатывается формальное мышление, группи­ровки которого характеризуют зрелый рефлексивный ин­теллект».