Часть 3. Клиническая психология. Групповая психотерапия имеет прежде всего лечебные цели и в рамках

Групповая психотерапия имеет прежде всего лечебные цели и в рамках

конкретного психотерапевтического направления решает те же задачи, что и индивидуальная, но с помощью своих средств. Если психотерапия направ­лена на раскрытие и переработку внутреннего психологического конфликта и коррекцию неадекватных, нарушенных отношений личности, обусловли­вающих его возникновение и субъективную неразрешимость, то эта цель является общей и для индивидуальной, и для групповой психотерапии. Та­ким образом, индивидуальная и групповая формы психотерапии решают общие психотерапевтические задачи (раскрытие и переработку внутреннего психологического конфликта и коррекцию нарушенных отношений личнос­ти, обусловивших возникновение и субъективную неразрешимость конфликта, а также фиксирующих его), используя свою специфику.

Отличие индивидуальной психотерапии и групповой, при наличии общих задач, заключается в том, что индивидуальная психотерапия в большей сте­пени ориентирована и акцентирует внимание на историческом (генетическом) аспекте личности пациента, но учитывает при этом и реальную ситуацию вза­имодействия, а групповая — в большей степени на межличностных аспектах, но обращается и к историческому плану личности пациента. Иными слова­ми, групповая психотерапия раскрывает внутриличностную проблематику пациента преимущественно на основании анализа того, как она представлена и раскрывается в процессе межличностного взаимодействия пациента в группе. Однако «преимущественно» не означает «исключительно». В групповой пси­хотерапии внутренний психологический конфликт и коррекция нарушенных отношений личности раскрываются через их непосредственное отражение в реальном поведении пациента в группе. В то же время в групповой психоте­рапии, несмотря на доминирующую интеракционную направленность, не ог­раничиваются только актуальной ситуацией «здесь-и-теперь».

Адекватная коррекция нарушенных отношений личности может быть осу­ществлена пациентом лишь в том случае, если весь комплекс психологичес­ких особенностей, проявляющихся в процессе группового взаимодействия, соотносится с его реальной ситуацией и проблемами вне группы, позволяет реконструировать особенности взаимоотношений в ситуациях «там-и-тогда». Закономерная повторяемость, стереотипность конфликтных ситуаций, особен­ностей поведения и эмоционального реагирования в группе и вне ее, в насто­ящем и в прошлом, делают для пациента более наглядным и убедительным содержание обратной связи, получаемой в группе. Это способствует созда­нию устойчивой мотивации к самоисследованию и коррекции своих отноше­ний, позволяет вычленить то, что стоит за поведением в различных ситуаци­ях. Следствием представления, что процесс групповой психотерапии должен ограничиваться ситуацией «здесь-и-теперь», может быть лишь уменьшение эффективности психотерапевтического воздействия.

Глава 17. Основы психологического воздействия в клинике ■ 655

Один из важнейших механизмов лечебного действия групповой психоте­рапии — возникновение и переживание пациентом в группе тех эмоциональ­ных ситуаций, которые были у него в реальной жизни в прошлом и явля­лись субъективно неразрешимыми и неотреагированными (то есть такими, с которыми он не смог справиться), — предполагает переработку прошлого негативного опыта, проявляющегося в актуальной эмоциональной ситуации в группе, без которого невозможно достичь позитивных, достаточно глубин­ных личностных изменений. Адекватное самопонимание также не может быть достигнуто вне общего контекста формирования развития личности пациен­та. Как групповая психотерапия не ограничивается межличностным уровнем, так и индивидуальная психотерапия не сводится только к осознанию на ос­нове генетического (исторического) анализа.

В индивидуальной психотерапии, так же, как и в групповой, и реальное эмоциональное взаимодействие, и рассказ пациента о себе, своей жизни, сво­ем прошлом в определенной степени отвечает принципу «здесь-и-теперь». Во-первых, вербальная активность (или неактивность) обусловлена его актуаль­ным взаимодействием с психотерапевтом или группой: доверием или недо­верием, ощущением угрозы или безопасности, желанием вызвать сочувствие, найти понимание, контакт, сотрудничать или перенести всю ответственность за лечение на психотерапевта или группу. Во-вторых, рассказ пациента о своем прошлом, воспоминания зачастую вызывают сильные эмоции, сопоста­вимые с теми, которые возникали в реальной ситуации. Однако рассказ о прошлом может не только спровоцировать сильные актуальные переживания, но и способствовать адекватной и точной их вербализации и осознанию, а также помочь другим пациентам увидеть что-то (похожее или отличное) и в себе самих. Поэтому ограничение психотерапевтического процесса в инди­видуальной психотерапии только генетическим (историческим) планом, а в групповой — только межличностным, так же как и чрезвычайно узкое по­нимание термина «здесь-и-теперь», представляется необоснованным.

История групповой психотерапии — это движение от групповой тера­пии к групповой психотерапии, то есть к пониманию и использованию в те­рапевтических целях групповых эффектов. С начала существования меди­цины для оказания помощи больным целители применяли методы психоло­гического воздействия, широко пользуясь в этих целях группой. Проявляю­щиеся в группе ожидания, ориентации, эмоции, чувство надежды, вера в компетентность целителя и эффективность применяемых им процедур уве­личивали состояние аффективного напряжения, возрастающего по мере «эмо­ционального заражения» участников и способствовали податливости паци­ентов к его воздействию и влиянию. Воздействие заключалось, прежде все­го, во внушении, которое обращено к эмоциональной сфере больного и, ми­нуя его рациональное, критическое мышление, оказывало полезное влияние