Промежуточные кластеры

Немодернисты. Этот кластер находится как бы «на перепутье» – нельзя сказать, что он настроен безусловно традиционалистки, но никакого отношения к сознанию модерна, по крайней мере в его классическом виде, его члены также не имеют. В целом для них характерно пребывание в начале пути разложения традиционалистской модели сознания в вопросах поведения личности и, одновременно, довольно далеко зашедшее размывание норм этакратической модели развития общества. Однако на место этих норм приходит не аномия, как в кластере «Разочаровавшихся традиционалистов», а достаточно четкая альтернативная система ценностей, где у человека есть право заявить о себе и своих проблемах, хотя и не в тех формах, как в западных моделях демократии.

Так, «немодернисты» убеждены, что государство всегда должно отстаивать интересы всего народа перед интересами отдельной личности, и что не так важно при этом, соответствует ли что-то закону или нет, – главное, чтобы это было справедливо. Одновременно в кластере очень велика доля тех, кто считает, что каждый гражданин в любой ситуации вправе отстаивать свои интересы при помощи забастовок и демонстраций, и что каждый человек должен иметь право защищать свое мнение, даже если большинство придерживается иного мнения. К этому стоит добавить, что, хотя это характерно не только для данного кластера, большинство в нем склонно ограничивать всевластие государства – почти 60% кластера и еще большая доля его ядра не готовы признать безусловное право правительства влиять на правосудие, а также ограничивать свободу прессы, даже если того требуют интересы государства.

Все это довольно мирно сосуществуют в кластере с толерантностью к «Западу вообще» и, одновременно, отрицанием необходимости демократии, эффективно работающей в ее рамках оппозиции, конкурентной среды. При этом члены данного кластера не уверены в своих силах и ждут помощи в решении своих проблем от государства.

Протомодернисты. К числу наиболее ярких особенностей этого кластера относится, прежде всего, последовательная прагматическая ориентация. Она проявляется в том, что материальному благополучию отдается предпочтение перед свободой, а зарплате – перед «интересностью» работы, а также в убеждении, что чего-то добиться можно, только действуя сообща. Характерны для «протомодернистов» также негативное отношение к индивидуализму, убеждение, что следование традициям важнее инициативности и поиска нового, что хорошие руководители для России важнее хороших законов. Яркой особенностью кластера выступает и отсутствие в нем толерантности к «не-Мы» – возможно, в силу очень ярко выраженной уверенности, что согласовать интересы разных групп общества невозможно.

Однако, в отличие от всех рассмотренных выше кластеров, «протомодернисты» в массе своей признают пользу конкуренции, являются сторонниками общества равных возможностей, а не равенства доходов, положительно относятся к модернизации и демократии. Они убеждены в праве человека отстаивать свое мнение, даже если большинство придерживается другого мнения, и не согласны с признанием права государства влиять на правосудие и ограничивать свободу прессы. Ядро этого кластера еще толерантнее относится к неравенству, при этом в нем ярче выражено убеждение, что успех – результат упорного труда, а не простого везения. Все это позволяет отнести «протомодернистов» к промежуточным кластерам, характеризующимся весьма противоречивым сознанием.

Сравнивая между собой два промежуточных кластера, нужно, прежде всего, отметить, что во многом они похожи. Я имею в виду признание необходимости главенства традиций, установку на конформизм, неуверенность в своих силах, отсутствие толерантности к «не-Мы», согласие с тем, что каждый человек должен иметь право отстаивать свое мнение независимо от позиции большинства и т.д. Однако при этом «протомодернисты», в отличие от «немодернистов», настроены скорее на доминирование в российской экономике рыночных начал, среди них заметно меньше распространены уравнительные настроения и больше – убеждение в необходимости активности «снизу» как факторе перемен в обществе. Характерно для них и гораздо меньшая роль, которая отводится государству в обществе вообще и в экономике в частности, а также признание необходимости оппозиции.

Вместе с тем, у «протомодернистов» нет характерной для «немодернистов» убежденности в праве человека отстаивать свои интересы при помощи забастовок и демонстраций безотносительно к ситуации. Возможно, это связано с четко выраженным у них априорным признанием невозможности согласовать интересы разных групп так, чтобы это устроило всех. Равно как и с ориентацией на приоритетность групповых интересов, которые не должны страдать в результате проявлений интересов индивидуальных – ведь, в отличие от «немодернистов», этот кластер характеризуется ярко выраженным негативным отношением к индивидуализму, готовностью к групповой солидарности и признанием важности законов как социальных регуляторов.