Слайд 7.63

Требования к этике дискурса:

1) всеобщность, возможность для каждого участвовать в дискурсе;

2) авто­номия в процессе дискурса: все должны иметь право представлять и крити­ковать претензии на справедливость;

3) способность разделить, понять претензии других на справедливость;

4) нейтрализация, устранение силы вла­сти;

5) прозрачность, открытость целей участников.

___________________________________

Датский исследователь Б. Фливберг выделил пять требований к этике дискурса, присутствующих в работах известного своими представлениями о силе человеческих коммуникаций германского обществоведа Ю. Хабермаса:

1) всеобщность, возможность для каждого участвовать в дискурсе;

2) авто­номия в процессе дискурса: все должны иметь право представлять и крити­ковать претензии на справедливость;

3) способность разделить, понять претензии других на справедливость;

4) нейтрализация, устранение силы вла­сти;

5) прозрачность, открытость целей участников.

Но ему это кажется утопией. Здесь он на стороне французского обществоведа М.Фуко, который считает, что благостные надежды Ю. Хабермаса на гармоничный диалог неосновательны. Общественное развитие есть непрерывный процесс воз­никновения, обострения и лишь в части случаев разрешения конфликтов. Конфликты же — следствие несовпадения интересов различных групп. «Демократия, — утверждает М. Фуко, — существует не потому, что народ хотел ее и добивался широкого консенсуса по "базовым ценностям", а потому, что разные группы держали друг друга за горло, пока не осознали обоюдную неспособность добиваться господства и необходимость договориться». Однако Ю. Хабермасом обрисован идеал общения — то, к чему стоит стре­миться. К тому же никто из упомянутых здесь обществоведов не видит дело безнадежным: ведь по отдельным конфликтам договориться удается.

«Нерв» большинства общественных дискуссий — разница в пони­мании справедливост и. Она обусловлена тем, что представители раз­ных общественных слоев имеют несовпадающие социальные интере­сы, а это и есть объективная подоплека любого несогласия. На той же основе рождается и несовпадение представлений о том, как поступать «правильно», «справедливо», «по совести». Найти общее «зерно» в та­ких представлениях — задача не из легких. Но разница не должна заго­няться в тень: она все равно даст о себе знать. Плюрализм,таким обра­зом, есть необходимость, он дает принципиальную возможность гасить конфликты, принимать решения, хотя бы в какой-то мере устраиваю­щие разные стороны конфликта. В современной общественной жизни, особенно в конфликтных си­туациях, сам процесс обсуждения равен по значимости его результа­ту. Лучше, считают специалисты, обсуждение без результата, чем на­оборот. Участие в обмене мнениями повышает компетентность граждан, формирует практику организации диалога, совершенствование его форм, делает более вероятными следующие попытки договориться.

Ведение дискуссии в СМИ предполагает разработку соответству­ющей методики, правил, норм, приемов в передаче и оглашении инфор­мации, т.е. того, что в современной практике сетевого общения получи­ло название модерации. Практика эта не нова, она развивалась, прежде всего, в рамках научных дискуссий, но некоторые ее приемы «проникали» и в СМИ. Так, в «Литера­турной газете» советских времен, которая часто практиковала разнообраз­ные обсуждения, была весьма удачной их «оснастка»: предварительные опо­вещения читателей о намечаемых темах для обмена мнениями, публикация «словаря дискуссии», графические средства, помогающие понять суть и ход дискуссии. Верстка зачастую строилась на противопоставлении мнений, опубликованных на одной стороне страницы, по отношению к тем, что помещались на другой. Предпринимались обзоры почты дискуссии со ста­тистикой высказанных мнений, а также с цитированием суждений, относя­щихся к разным позициям, включались комментарии специалистов к вы­сказываниям читателей и т.п.

В гонке за оперативностью, в желании успеть за меняющимися со­бытиями СМИ зачастую забывают о начатой дискуссии. Так, П. Бурдье считал, что общественным дебатам мешает непоследовательность в

ведении темы, кампании, дискуссии. СМИ, по его мнению, страдают амнезией. Особенно привычным это стало на телевидении, где за день разворачи­ваются десятки дискуссий, ни одной из которых не удается продвинуться дальше обнаружения явной несводимости взглядов на проблему к одному-единственному (главное «прокукарекать», а там хоть не рассветай). Это было бы нормальным, если бы дискуссия имела продолжение в следующих пере­дачах. И по сути это вполне нормально, если относиться к такого рода передачам как форме развлечения. Но когда речь идет о вещах серьезных, то не­достаточность технологии обмена мнениями становится слитком явной.

Известно, что власть и СМИ предпочитают использовать обще­ственное мнение для подтверждения собственных идей. Тем самым не дают разворачиваться более важным функциям общественного мнения:критической, контрольной, конструктивной. В зарубежных ис­следованиях эмпирически установлено, что журналисты-телевизион­щики обращаются к людям на улице и в других местах, чтобы получить от них короткую экспрессивную одобряющую (чаще всего) или осуж­дающую реплику (иногда просто междометие или жест), а не разверну­тое суждение, — с тем, чтобы просто украсить, «оживить» репортаж. Как правило, такие реплики даются в конце сюжета. Это усиливает впе­чатление необязательности их включения, но у невзыскательной части; аудитории создается иллюзия внимания телевидения к «голосу» про­стых людей.