Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Тема 1.2. Диагностика работоспособности, текущий ремонт и обслуживание компонентов ПК 16 страница




 

Морган кивнул.

 

– Я не буду никому приказывать оставаться, но если есть добровольцы…

 

Патриция Вайнман немедленно поднялась, ненамного опережая генерала Киллсон.

 

– Шестой Круцисский полк останется, – сказала она. – Мои «Цаммские уланы» будут ждать Виктора здесь. Они не посмели бы подвести принца.

 

– Я могу попытаться найти вам дополнительную поддержку, – пообещал Морган. – Движение за освобождение Тиконова снова возрождается, возможно, я смогу убедить Трейхана Ляо поддержать нас «Свободной Капеллой». Я не знаю.

 

Он провёл пальцами по своей седой бороде, затем, кажется, пришёл к решению.

 

– Вот как мы сделаем это. Мы отойдём в течение одной недели. До того времени, я хочу, чтобы войска, остающиеся на планете, были приведены на самый высокий уровень материальной готовности, какой только мы можем обеспечить. Также нам необходимо подготовиться против боевого корабля Линды Макдональд, который движется из зенита, и, возможно, разбить немного нос генералу, чтобы убедиться, что она последует за нами. Генерал Санчез, – он посмотрел на командующего Первым кадет-ским полком Ново-Авалонского Института Наук, – есть ли ещё что-то, что вам нужно от нас?

 

– Да, есть, Морган, – голос Санчеза звучал немного огорчённым, но ответ у него уже был приго-товлен. – Дайте мне Туквилу и «Харкур Индастриз».

 

Он зловеще улыбнулся.

 

– Затем обеспечьте безопасность Виктора, и возвращайтесь, чтобы освободить нас.

 

Шаков видел, как Морган слегка кивнул, и знал, что это было больше, чем простое согласие. Это также было и личное обещание. Слово Моргана Келла.

 

– С удовольствием, генерал, – сказал он. – Ко всему вышесказанному.

 

 

Аванпост двадцать три,

 

Роклэнд, Тиконов,

 

Марка Капеллы, Федеративные Солнца,

 

21 февраля 3065 г.

 

 

Маленький военный аванпост Роклэнда никогда не мог бы понадеяться вместить и десятой части машин и запасов, принадлежащих союзным войскам, и местный космопорт был экспроприирован 23-м Арктуранским гвардейским полком генерала Киллсон. Рудольф Шаков запрыгнул на подножку медленно движущегося автозаправщика и подъехал оставшиеся сто метров до места, где войска принца получили несколько тысяч квадратных метров освобождённой земли. Он старался удержаться на своём узеньком помосте, держась одной рукой за грязную дверную ручку грузовика, а другой крепко прижимая штормовую куртку ну уровне горла, чтобы защититься от холодного утреннего тумана. Влага задерживалась в его волосах и время от времени конденсировалась в каплю, которая стекала по спине, ощущаясь словно прикосновение холодного медленно перемещающегося пальца.

 

Серое небо протянулось от горизонта до горизонта, и, по сообщениям, между Роклэндом и Тук-вилой лучше не станет. Не то чтобы это действительно было важно. Впереди перед лицом ухудшаю-щейся погоды мехвоины закупоривали себя в кабины, а экипажи танков задраивали люки. Пехота за-гружалась в разогретые транспортные средства. Это были в основном транспортники на воздушной подушке, но также и несколько АВВП.

 

Первые мехи выходили из района сосредоточения под открытым небом, формируя строй для бы-строго марша на юг. Разведывательное копьё осторожно прошло между двумя бронетанковыми отделе-ниями, внимательно следя за мельтешащими на земле людьми, затем набрало скорость и бегом напра-вилось в головную часть собирающейся колонны.

 

Спрыгивая с грузовика, Шаков насчитал пятнадцать боевых мехов, и немногим больше танков. Две отделения воинов в боекостюмах возглавляли замыкающий пехотный батальон. Это было всё, что осталось от 244-й дивизии комгвардии – что-то около 40 процентов боевого состава. Не считая аэро-космических истребителей, конечно, которые уже направлялись на перехват боевого корабля «Катрина Дэвион». Поддержка с воздуха сегодня будет осуществляться 6-м Круцисским уланским полком и некоторыми АВВП комгвардии. Этого будет достаточно. Этого должно быть достаточно.

 

Проходя мимо «Даиси» Виктора, Шаков сильно ударил правой рукой по рукаву другой руки, безуспешно пытаясь стереть маслянистый налёт, подхваченный на автозаправщике. Мех обладал впе-чатляющей конструкцией, даже на фоне других олицетворений войны, которые окружали его. Смерто-носный и величественный, и останется позади, напомнил он себе. После того, как поле опустеет, какой-нибудь техник использует сервисный режим, чтобы оттащить боемех в космопорт и загрузить его на борт стыковочного корабля, готового к отлёту.

 

Затем он увидел Виктора, и на какое-то мгновение у него появилось основание для надежды.

 

Принц стоял у ноги своего меха, разговаривая с главным техником по вооружению дивизии. Плотный туман оседал капельками на его зеленом долгополом пальто из непромокающей ткани, а пе-сочно-светлые волосы начинали темнеть и распрямляться под влагой. Двое агентов безопасности дер-жались на расстоянии с одной стороны, обмениваясь неопределёнными взглядами. Двое стоящих по-близости мехвоинов и трое техников были более осторожными. Они стояли вместе, как будто обсуждая какие-то последние проблемы, возникшие в их машинах, но также явно выжидали, чтобы узнать, поче-му принц вышел к битве. Шаков быстро подошёл, присоединяясь к разговору Виктора и главного тех-ника.

 

– Неважно, что вам говорили о моём мехе, – сказал Виктор, его терпение, очевидно, было на ис-ходе. – Я забираю его.

 

Надежда Шакова умерла в ту же секунду, которая потребовалась, чтобы оценить физическое со-стояние Виктора. Принц слегка переминался с одной ноги на другую, постоянное движение, без сомне-ния, предназначалось для того, чтобы отогнать изнеможение. Его глаза, запавшие на вытянутом лице, говорили о большем, чем могло сказать любое медицинское исследование. За ними всё ещё была сила – то, что Виктор всё ещё был на ногах, после всех испытаний, которым он подверг своё тело на протяже-ние последних нескольких месяцев, было достаточным доказательством его настойчивости – но не бы-ло желания. Не было острой решительности, страсти, которые свидетельствовали о том, что Виктор был готов к битве. На нём даже не было боевого костюма, он всё ещё был одет для командного центра. Однако если он хотел выйти на поле боя, кто мог бы ему сказать нет?

 

Кроме главного техника дивизии, разумеется.

 

– Да, ваше высочество. – Человек кивнул, соглашаясь, хотя и вставил возражение приказу Вик-тора. – И это будет много значить для солдат, если вы поведёте их. Но ваш «Даиси» не готов.

 

– А как по мне, так готов, – сказал Виктор. Он опознал присутствие Шакова коротким кивком, всё ещё не желая отвлекаться от спора. – Снаряжён и вооружён.

 

– Не полностью вооружён, ваше высочество. Когда нам сказали, что ваш мех не понадобится, мы сняли с него весь боезапас, а также фокусирующие линзы с двух импульсных лазеров, чтобы при-вести другие машины в полную боевую готовность. – Он посмотрел на Шакова, а затем на стоящих рядом мехвоинов. – Мы подумали, что вы захотите, чтобы солдаты были настолько хорошо подготовлены к сражению, насколько возможно.

 

– Я и хочу, – ответил Виктор, в его голосе начало зарождаться сомнение. В правой руке он всё ещё продолжал сжимать цубу, которую дала ему Оми Курита, потирая её так, словно это могло принес-ти ему удачу или отвагу. – Разумеется, я хочу. Но боекомплект можно быстро загрузить…

 

– Прошу прощения, ваше высочество, – прервал его техник, – но нельзя. Не сегодня. Герцог Келл приказал, чтобы все излишки боезапасов были переданы Первому кадетскому полку Ново-Авалонского Института Наук и Шестому уланскому полку. Мы опустошили наши склады. Начисто.

 

Виктор выглядел готовым спорить и дальше, и все вокруг, казалось, затаили дыхание, ожидая взрыва. Они ожидали, что он прикажет, чтобы боекомплекты и запчасти сняли с других мехов, или чтобы эти запасы были доставлены из Шестого уланского полка. Затем он неожиданно пошатнулся назад с носка на пятку, безразлично кивнул.

 

– Понимаю. Никакие препирания не приведут к результату, верно?

 

Он снова посмотрел в сторону «Даиси», задумчиво и без обычной силы.

 

– Тогда мне следует вернуться в командный пункт, помогать Моргану координировать.

 

Принц обменялся кивками и приветствиями с присутствующими, пожал руку Шакову и пожелал ему удачи. Агенты безопасности последовали за ним, когда он, наконец, покинул территорию войск.

 

– Я хочу файл с этими документами к концу дня, – сразу сказал Шаков технику, заставив того вздрогнуть. Он потянул его за собой, направляясь к своему «Экстерминатору». – Все перемещения и разрешения относительно снятия с «Даиси» основных элементов.

 

Главный техник был сбит с толку.

 

– Сэр?

 

– Я не хочу, чтобы это происшествие стало проблемой. – Они зашли под физическую защиту боевого меха Шакова, и туман немного ослаб. – Давайте сделаем это настолько открыто, насколько возможно.

 

– Вице-регент Шаков, я не знаю, что вы имеете в виду, – сказал техник, но Шаков по его глазам понял, что тот врёт. – Не было никакого происшествия. Ничего не случилось.

 

Он посмотрел через плечо Шакова на уходящего Виктора, затем посмотрел под ноги и в сторону.

 

– Принц Виктор никогда здесь не был, – сказал он значительно более тихим голосом.

 

Шаков обдумал это, нашёл истину, и затем кивнул другому человеку на своём пути. Забираясь на ногу своего меха, он дотянулся до цепной лестницы, которая приведёт его вовнутрь меха. Рука со-скользнула с первой перекладины, и он схватил её снова. Взбираясь по лестнице от перекладины к пе-рекладине, он добрался до кабины «Экстерминатора», угрюмо думая о том, что главный техник был прав.

 

Принца Виктора здесь не было.

 

 

Генерал Линда Макдональд перемещалась по своей комнате оперативного командования, расха-живая от компьютеров к данным, отображаемым на настенных мониторах, а затем обратно к компьюте-рам. Уже этим утром она наблюдала за четырьмя отдельными схватками, когда Иностранный Легион Виктора Дэвиона и часть силой в батальон из 23-го полка Арктуранской гвардии произвели сильные удары против сил лоялистов на Тиконове. Она уже поговорила с капитаном Сиддигом на «Катрине Штайнер», который уведомил её об агрессивных атаках, изводящих боевой корабль.

 

Она уже знала, что это были ложные атаки перед значительно более крупной операцией.

 

Крупномасштабные операции, как она быстро открывала для себя, сильно не отличались от сра-жения на тактическом уровне. Вы нейтрализовывали заставы и фланговые удары. Вы атаковали с рас-стояния, пытаясь вывести врага из равновесия. Хотя эти стратегии и были явлением более мас-штабного порядка, с ними она уже была знакома. А когда вы не знали состава атакующих сил, вы вы-жидали.

 

Ожидание было самой трудной частью.

 

– На поле, пробормотала она вслух, – мне следовало бы ждать в мехе, с обозначенными целями и большим пальцем на гашетке.

 

Техник оторвал взгляд от экрана.

 

– Что это было, генерал?

 

Генерал. Здесь она была командующим, не просто над одной битвой или одним полком, но над целым миром. Старая леди. Макдональд поморщилась, вспоминая, как часто она называла так Марию Эстебан, точно так же, без сомнения, и её офицеры и вспомогательный персонал думали о ней самой. Бывший мехвоин, который променял свою кабину на вращающееся кресло и обеспеченный выход в отставку. Что же, это было представление, которое она у них рассеет очень быстро.

 

– Я сказала, что хочу находиться в битве. – Она сделала свой голос достаточно громким, чтобы он разнёсся по комнате оперативного командования. – Может кто-то найти её для меня? Потому что я гарантирую вам: мы ещё не видели их главного удара.

 

Боевой генерал. Вот кем она будет. Эстебан постоянно говорила, что когда ты получаешь слово, ты открываешь свой собственный командирский стиль. Потребовалось отсутствие её наставницы, что-бы Макдональд обнаружила свой. Она хотела сочетать ответственность командующего с удовлетворе-нием личной победы. Не быть героем, потому что герои чаще всего погибали быстро и жестоко, и с бо-лее низкими званиями. Но она не хотела просто обладать уважением. Она хотела погрузиться в битву и запачкать руки, и завоевать уважение.

 

Она хотела, как сама неожиданно поняла, того, что уже имел Виктор Дэвион. Той же силы, которая позволила ему разжечь этот мятеж. Это встревожило её. Уважать – и даже восторгаться – вра-гом не было неправильно, но это было всё равно тревожно. В основном потому, что когда-то в прошлом Виктор был достоин служения ему, это напомнило ей о том, что она сама была его приверженцем непосредственно до того момента, когда он пересёк черту между правителем и будущим захватчиком.

 

– Наши разведывательные самолёты всё ещё показывают бурную активность в районе Роклэнда, – сказал ей лейтенант Франклин. Аналитик разведывательной службы, он часто был более быстр в до-несении сведений, чем в их анализе. – Активность стыковочных кораблей, равно как и перемещения пехоты.

 

Макдональд покачала головой.

 

– Всё искусство войны основывается на обмане, – сказала она, цитируя один из своих любимых военных текстов . – Я не буду настолько облегчать им дело, веря во всё, что они нам показывают.

 

Где же Виктор будет атаковать? Здесь, в Туквиле, или в Хань-Тане, или в Волобусе? Он или один из его командующих задумал что-то хитрое.

 

– Вэнс, – сказала она, обращаясь к своему новоназначенному заместителю. – Где бы напал ты? Что может навредить нам прямо сейчас?

 

Бревет-полковник Вэнс Эванс размышлял над вопросом так же старательно, как он выполнял и всё остальное. В его пользу говорили не показной блеск и бесстрашие, а непоколебимость. Ещё одна причина, по которой Макдональд решила перевести его обратно в его собственный мех, оставляя её саму пилотировать «Кинг Краб». Если она оступится, она хотела, чтобы был кто-то, кто бы мог собрать осколки.

 

– Самая большая производственная площадка на планете – это комплекс «Церес Металз» в Ара-но Бэй. Мы позволили движению за освобождение Тиконова Сунь-Цзы удержать его, в качестве симво-ла статуса, но это не значит, что эта площадка недостаточно защищена.

 

Она кивнула.

 

– Это также удар на большое расстояние, требующий, чтобы транспортные корабли сделали бал-листический прыжок, или трёхдневной переброски войск через один из пяти перевалов. Я не вижу, как они смогли бы провернуть это так, чтобы мы не узнали.

 

Она провела пальцами обеих рук через волосы, неудовлетворённо дёргая их. Возможно, она за-давала неправильный вопрос.

 

– Где бы ты не стал нападать?

 

– Туквила, – ответил он без колебания. – Это наша самая наисильнейшая позиция вблизи Рок-лэнда. Здесь мы имеем эквивалент двух полков, с силами поддержки.

 

Он покачал головой.

 

– Вы не атакуете противника там, где он наиболее силён.

 

– Но только не имея превосходящих сил, – добавила она, – или фактора неожиданности. Чёрт побери, Вэнс, это именно то, что они задумали. Ударить нам в зубы.

 

Конечно, они возвращаются в долину Туквилы. Людям Виктора был нужен моральный подъём, и здесь было место их последнего поражения.

 

Макдональд повернулась к ближайшему офицеру связи.

 

– Отзывайте все ближайшие патрули и ограничьте все воздушные разведчики радиусом пятиде-сяти километров. Я хочу своевременного предупреждения о любом приближении, и чтобы ничто скрытно не прошло, пока мы не соберёмся.

 

Затем она повернулась обратно к своему заместителю.

 

– Подготовьте и разверните наших людей.

 

Потом она схватила личное переговорное устройство и натянула его на голову, направляясь к двери. В комнате оперативного управления она закончила. Здесь уже не было ничего, чего она не могла бы сделать на расстоянии. И чем раньше она вернётся на поле боя, тем лучше. Она хотела дополнительного времени – ей было необходимо дополнительное время – чтобы подготовить тёплый приём для союзных войск Виктора.

 

– И как только они войдут, мы захлопнем двери, – сказала она.

 

– Генерал? – послышался голос в её головной гарнитуре. Она говорила достаточно громко, что-бы слова подхватились микрофоном, активируемым голосом.

 

– Я сказала, дайте мне капитана Сиддига на «Катрине Штайнер», – резко сказала Линда Макдо-нальд, покрывая свой промах приказом. Ещё один благоразумный военный обычай, прямо как старая максима о контроле над землёй с помощью контроля воздуха. – Соедините меня с боевым кораблём и удерживайте линию в состоянии готовности, когда получите.

 

В её голове уже вырисовывался план. С небольшой помощью удачи и некоторой огневой под-держкой с орбиты, место предыдущего поражения войск союзников также станет местом их последнего поражения.

 

 

Система Тиконов,

 

Марка Капеллы,

 

Федеративные Солнца,

 

21 февраля 3065 г.

 

 

Удерживая высокую позицию над Тиконовым, капитан Хэндал Сиддиг железной рукой управлял экипажем с капитанского мостика, в то время как боевой корабль «Катрина Штайнер» нырял сквозь новую волну вражеских аэрокосмических истребителей, словно акула среди барракуд. Эти истребители, которые не могли состязаться со свирепой мощью корабельных автоматических орудий и лазеров корвета, тотчас же уничтожались и превращались в горелую или выжженную шелуху. Постоянно преследуемый истребителями лоялистов, всё, на что мог надеяться противник, – это подкрасться, укусить корвет за бок и спастись бегством.

 

Тем не менее, эти небольшие укусы, которые принимал корвет, складывались. Сиддиг крепко держался за ручки своего кресла на мостике, ощущая каждый удар и каждое содрогание, которые под-нимались с настила палубы «Катрины Штайнер». Мостик представлял собой какофонию сигналов тре-воги, выкрикиваемых докладов, и редких команд – его команд – относительно того, как корвету типа «Фокс» следует бороться с наступательной стратегией ножниц и волн, применявшейся союзными аэро-космическими силами принца Виктора. Зигзагообразным построением копья истребителей зашли в брюхо боевого корабля, затем под углом отошли к корме, чтобы избежать бортового вооружения корве-та. Следующий заход на цель, чтобы пробиться сквозь щит из истребителей и штурмовых стыковочни-ков, всегда приходил сзади.

 

– Крен сорок пять градусов на правый борт, – приказал Сиддиг. – Делай его по пять градусов. На двадцати дай мне поперечную тягу и поворот на девяносто градусов лево руля.

 

– Крен сорок пять, поворот девяносто, – рулевой повторил приказ. – Есть, сэр.

 

Аэрокосмические истребители усердно работали над тем, чтобы пронзить технические секции, которые были сердцем боевого корабля, но в то же время были защищены самой толстой бронёй. Вра-щаясь и поворачиваясь, Сиддиг нарушал их векторы подхода и везде, где возможно, подставлял им не-повреждённую броню.

 

Это также позволяло пустить в ход больше оружия, чтобы противостоять новой волне истреби-телей. На своих экранах с правого борта Сиддиг наблюдал, как вытягивались полосы тёмно-красной энергии. Одна из них врезалась в нос нападающего среднего истребителя «Люцифер», пронзая его вплоть до термоядерного реактора. Вспышка перегрузки реактора на мгновение осветила экран. Один из сенсорных техников боевого корабля сфокусировал изображение с большим увеличением. Почер-невшие, искривлённые обломки, которые кувыркались под напором энергии, больше походили на смя-тую, полурасплавленную жестянку, чем на современный аэрокосмический истребитель. Несколько ост-рых краёв горели оранжевым, остывая до тускло-красного, по мере того как они оставляли после себя в окружающем пространстве небольшие капли расплавленного металла, и всё это летело вперёд по изна-чальному пути истребителя.

 

Направляясь прямо в бок «Катрине Штайнер».

 

Большая часть массы истребителя сгорела, но на таких скоростях даже пара тонн могла причи-нить серьёзные повреждения. Сиддиг напрягся, ожидая толчка. Охлаждающаяся масса нанесла сколь-зящий удар посередине корабля, разрывая броню и несколько отсеков, перед тем как отскочить обратно в открытый космос. Боевой корабль задрожал, но никаких сообщений о критических повреждениях не поступило.

 

– Оружейник! – закричал Сиддиг своему офицеру наведения. – Ты лишь помог тому идиоту! Мы не собираемся этим боевым кораблём сделать Роберта на Тиконове только потому, что у кого-то чешутся руки, и он не может подождать разворота!

 

– Понял, – ответил оружейник, уловив смысл жаргона Сиддига. Никто не хотел оказаться членом экипажа ещё одного «Роберта Дэвиона», боевого корабля, который, как поговаривали, в начале гражданской войны сгорел в атмосфере Катила, протараненный сбитым стыковочным кораблем.

 

– Крен двадцать, – выкрикнул рулевой. – Поворачиваюсь.

 

Сиддиг склонился в развороте, в то время как термоядерный реактор выгонял энергию через рулевой двигатель с левого борта и осуществлял толчок в четверть силы тяжести к корме боевого ко-рабля. Спроецированное изображение Тиконова сместилось с левой стороны монитора, двигаясь вниз, но, когда боевой корабль завершил поворот, всё ещё виднелось бело-голубой дугой у задней кромки экранов. Над планетой висел далёкий белый шар, медленно перемещаясь по направлению к верхнему правому углу монитора. Это был убегающий транспортник, типа «Юнион», один из нескольких, кото-рые в течение последних четырёх часов осуществляли перелёты к надирной прыжковой точке и флоту прыгунов принца Виктора, защищённому боевым кораблём.

 

– Капитан, – пронзительно закричал связист, требуя внимания. – Вас вызывает генерал Макдо-нальд!

 

Сиддиг отмахнулся от вызова.

 

– Удерживайте, – ответил он. – Стрелок, мы можем достать тот стыковочник?

 

Капитану не было дела, для чего он предназначался – для снабжения, административных или связных целей – не было никаких веских причин позволять силам Виктора Дэвиона иметь беспрепятст-венное сообщение с другими мирами. В любом случае, генерал Макдональд приказала осуществлять блокаду и – что ещё более важно – Мария Эстебан была того же мнения.

 

– Он на предельном расстоянии, капитан. Никаких обещаний.

 

– Начинайте пристреливаться к нему сорокопятками и пятидесятипятками . Также пожертвуйте им две ракеты «Баракуда». Попытайтесь попасть в двигатели, если сможете.

 

– Ракеты ушли, – практически сразу отрапортовал офицер наведения. – Мне нужно ещё пять гра-дусов разворота на левый борт, чтобы лазеры могли его достать.

 

– Рулевой, сделайте это.

 

– Пять градусов лево руля, есть, сэр.

 

Лазеры корабельного класса изрыгнули сверкающий свет, уходящий из поля зрения в попытке повредить броню убегающего стыковочного корабля. «Катрина Штайгер» задрожала: ещё один истре-битель под углом пролетел внизу и оцарапал броню в нижней части корвета. Сиддиг глянул на связиста, кивнул, и повернулся в сторону к маленькому плоскому видеоэкрану, который он зарезервировал для звонков бревет-генерала.

 

Лицо Линды Макдональд было наполовину закрыто нейрошлемом, и из того, как видеоизобра-жение прыгало и затуманивалось серыми статическими помехами, Сиддиг сделал вывод, что она тоже находилась в гуще битвы.

 

– Времени немного, Хэндал, – проговорила она со сжатыми зубами. – Мне нужна обещанная ог-невая поддержка.

 

– Мы работаем над этим, генерал.

 

Макдональд не слушала оправданий или пустых обещаний.

 

– У меня здесь два полка медленно теснят нас обратно по направлению к Туквиле, Хэндал. Я хо-чу орбитальную поддержку. Теперь дай мне временные рамки.

 

Новая сирена присоединилась к фоновому шуму.

 

– Контакт, – офицер обнаружения перекричал большинство переговоров на мостике. – У нас здесь инфракрасный сигнал.

 

– Ракеты «Барракуда», – сказал оружейник. – Двадцать секунд до столкновения.

 

Капитан боевого корабля должен был быть специалистом по многозадачности. Хорошая ко-манда офицеров могла только прикрыть его от стольких вопросов. Хэндал Сиддиг сначала ухватился за самый главный, отворачиваясь от экрана, чтобы найти основную сенсорную станцию.

 

– Расстояние до этого инфракрасного сигнала и его интенсивность? – спросил он, его руки нервно подёргивались.

 

Инфракрасные импульсы были всего лишь свидетельством появляющегося корабля, способного совершать прыжки. Если союзники Виктора вводили сейчас новый корабль, то он предназначался или для встречи убегающего транспортника – а это значило, что тот был куда более важен, чем он думал, – или же для поддержки атаки истребителей против его корвета.

 

– Шесть тысяч километров. Прямо над нами. – Согласно межпланетным расстояниям, офицер обнаружения был недалёк от истины. – Он большой… он здесь! Прыжок внутри системы! Сто пять гра-дусов, рубеж восемьдесят.

 

Нет необходимости приказывать смещать сенсоры. Вспомогательный экран обозначил цель, считал его опознавательные коды «свой – чужой» и добавил соответствующие обозначения. Впрочем, Сиддиг заранее знал, что это будет. Крейсер «Мелисса Дэвион».

 

– Докладывайте, капитан Сиддиг. – Голос Линды Макдональд был достаточно принудительным, чтобы повернуть его обратно к переговорному экрану. Нахмуренные брови исказили её лицо. Она определённо слышала достаточно, чтобы заволноваться.

 

Как и он сам, но его долг находился где-то посередине между непосредственной заботой о ко-рабле и его обязательствами перед войсками на поверхности планеты.

 

– Рулевой, разворачивайте нас прочь от этого крейсера, – приказал Сиддиг. – Дайте мне сближе-ние с Тиконовым на максимальной скорости.

 

Он не стал дожидаться подтверждения получения приказа перед тем, как вернуться к Макдо-нальд.

 

– Генерал, вы получите свою огневую поддержку, и вы получите её в течение пятнадцати минут. Но я не могу гарантировать больше, чем десять минут на позиции. После этого, – сказал он, – вы сами по себе, а у меня есть крейсер, который нужно уничтожить.

 

– До того, – пробормотал он себе под нос, убеждаясь, что никто его не слышит, – как он успеет убить нас.

 

 

Изморось на Тиконове никогда не переходила в настоящий дождь, и мелкие капли, украшавшие бисером и стекавшие по щиту из армированного стекла Рудольфа Шакова, были словно слабым отра-жением пота, который пропитывал его самого. Испарина скатывалась с бровей, потоком ниспадая на лицо, скапливаясь в маленькой впадине, образуемой кожей и воротником охлаждающего жилета. Солё-ный привкус жёг губы. Несколько маленьких ручейков медленно проникли в его козлиную бородку, оставляя за собой зудящий осадок блестящей засохшей соли. Такие же белые чешуйки располагались на обратной стороне запястий, где пот не смывал их достаточно часто.

 

Это было отрицательной стороной усовершенствования средних лазеров «Экстерминатора» до класса повышенной дальности. Радиаторы удвоенной мощности меха могли справиться с увеличенной выработкой тепла, но лишь едва. Вместе с ракетной установкой и происходящим время от времени ис-пользованием прыжковых двигателей, накопление тепла было неизбежным. Но такое усовершенствование также дало его шестидесятипятитонной машине более острые зубы. Он уже вывел из строя «Старслэйер» ополчения Карлайсла и танк на воздушной подушке «Фалькрем» – никто из них не был готов к тому, что его радиус поражения вырос. Однако молва об этом распространялась, и неуклюже выглядевший «Найтхок», с которым он сражался в данный момент, проводил больше времени отступая назад на более дальнюю дистанцию, чем производя ответный огонь из собственного вооружения большой дальности.

 

Шаков сурово улыбнулся, сдерживая свой атакующий порыв. Его боевой компьютер создал го-лографическое изображение в широком диапазоне поперёк верхнего щита из армированного стекла «Экстерминатора», давая ему больше деталей, чем обыкновенный дисплей, который ограничивался вспомогательным монитором, или, того хуже, узкой лентой, нанесенной на внутренней стороне лицевого экрана нейрошлема. Но каким бы хорошим не было его изображение, получавшее информацию от сенсоров, оно всё равно было загромождено значками и маркерами опасности. Как бы то ни было, на первый взгляд казалось, что план, выработанный Морганом Келлом и полковником Вайнман, срабатывал.


Поможем в написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой





Дата добавления: 2015-08-31; просмотров: 394. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.051 сек.) русская версия | украинская версия
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7