Женщина, к которой я очень привязан, порвала вчера свое бархатноеплатье. Целый вечер длилась мучительная драма. Прежде всего, она не моглапонять, каким образом возникла эта широкая поперечная прореха. Онадопускала, что юбка была слишком узкой и при ходьбе... И все же до чегожестока судьба! Ведь то был ее самый очаровательный наряд, последний из тех,что она решилась заказать знаменитому портному. Беда была непоправима. -- А почему бы не заштопать его? -- Ох уж эти мужчины! Ничего-то они не смыслят. Ведь шов сразу броситсяв глаза. -- Купите немного черного бархата и замените полосу по всей ширине. -- Ну что вы говорите! Два куска бархата одного цвета всегда хотьнемного да отличаются по оттенку. Черный бархат, который побывал в носке,приобретает зеленоватый отблеск. Это будет ужасно. Все мои приятельницы тутже все заметят, и пересудам не будет конца. -- Микеланджело умел извлекать пользу из прожилок и трещин в глыбемрамора, которую получал для ваяния. Он обращал эти изъяны материала вдополнительный источник красоты. Пусть же и вас вдохновит эта дыра. Проявите изобретательность, пустите сюда кусок совсем другой ткани.Подумают, что вы сделали это намеренно, и это вызовет восхищение. -- Какая наивность! Деталь, противоречащая целому, не оскорбит взоралишь в том случае, если какая-нибудь отделка того же тона и стиля будетнапоминать о ней в другом месте -- на отворотах жакета, на воротнике или напоясе. Но эта одинокая полоса... Нелепость! И разве могу я носитьзаштопанное платье? Словом, мне пришлось согласиться с тем, что беда непоправима. И тогдаутешитель уступил место моралисту. -- Пусть так! -- Воскликнул я. -- И впрямь случилось несчастье. Носогласитесь по крайней мере, что это не худшая из бед. У вас порвалосьплатье? Примите заверения в моем глубоком сочувствии, но подумайте о том,что у вас мог быть пропорот живот или искромсано лицо во время автомобильнойаварии; подумайте о том, что вы могли подхватить воспаление легких илиотравиться, а ведь здоровье для вас важнее, чем одежда; подумайте о том, что вы могли лишиться не бархатного платья, а сразунескольких друзей; подумайте, наконец, и о том, что мы живем в грозноевремя, что может разразиться война и тогда вас могут задержать, бросить втюрьму, выслать, убить, разорвать на части, испепелить. Вспомните о том, чтов тысяча девятьсот сороковом году вы потеряли не какое-то там тряпье, а все,что у вас было, причем встретили эту беду с мужеством, которым я до сихвосхищаюсь... -- К чему вы клоните? -- Всего-навсего к тому, что человеческая жизнь трудна, бархат рвется,а люди умирают, что это весьма печально, но надо понимать, что несчастьябывают разного рода. "Я охотно возьму в свои руки защиту их нужд,-- говорилМонтень, -- но не хочу, чтобы эти нужды сидели у меня в печенках или стоялипоперек горла". Он подразумевал: "Я, мэр города Бордо, охотно возьмусьисправить ущерб, причиненный вашей казне. Но я не хочу губить свое здоровье,убиваясь по этому поводу". Эти слова вполне применимы и к вашему случаю. Яохотно оплачу новое платье, но отказываюсь рассматривать утрату какнациональную или вселенскую катастрофу. Не переворачивайте же вверх дном, о моя незнакомая подруга, пирамидугорестей и не ставьте на одну доску подгоревший пирог, прохудившиеся чулки,гонения на ни в чем не повинных людей и цивилизацию, оказавшуюся подугрозой. Прощайте. ____________________________________________________________
