Познание как творчество. Явное и неявное знание. Роль воображения и интуиции в познавательном процессе.

Процесс познания является сложным и многогранным явлением. Он всегда выступает как проявление индивидуальной активности человека, но в тоже время опосредован комплексом разнообразных исторических и социокультурных детерминиций. Исследование их диалектики составляет одну из важнейших задач теории познания. Вместе с тем познание интересно и как феномен творчества. Смысл творческой деятельности связан с созданием, изобретением, конструированием нового, т.е. чего-то такого, чего не было прежде. Полученное новшество может быть «новостью» для индивида (таким процесс познания выступает для учащегося), но не для общества. Тем не менее этот индивидуальный аспект творческой деятельности (решить задачу, написать сочинение, сочинить басню) принципиально важен в становлении личности, развитии ее креативных способностей. Инновация становится социальной ценностью, когда получает общественное признание.

Из истории известно, что в различные эпохи, в разных культурах существовало разное отношение к новому и творческой устремленности людей. Бывали эпохи творческие и нетворческие, хотя резких разграничительных граней между ними, конечно, нет. Творческие эпохи (а это те время, когда инновации признаются ценностью более высокого порядка, чем традиции) есть в истории культуры любого народа. И все же пальму первенства следует отдать Европе. А сегодня в повестке дня стоит задача интенсификации творческого процесса. Ставка на инновации является одним из важных направлений развития белорусского общества и государства.

Процесс познания с необходимостью включает в себя и механизмы творчества. Их исследование предполагает выявление и анализ как явных (чувства, ratio) структурных компонентов так и неявных. К числу последних относятся прежде всего интуиция и воображение. Однако их актуализация и предметные воплощения в существенной степени зависят не только от рациональных знаний человека, его умений работать с текстами, ставить эксперименты, но и от его неявных знаний. Наиболее глубоко в современной гносеологии эту проблему исследовал М. Полани. Неявное знание – это индивидуальный опыт данной личности. Он приобретается только в практических действиях и представляет собой знание о себе, своем теле. Последний момент особенно важен, поскольку наше тело есть тот инструмент, который мы используем в наших взаимодействиях с внешним миром. Неявное знание лежит в подоснове не только физической активности, но и умственных действий человека, его психологического самочувствия (уверенность в себе или, напротив, состояние тревожности).

Неявное знание тесным образом связано с феноменом гносеологической веры. Феномен веры не следует отождествлять с религиозной верой. Интеллектуальная вера включает абсолютную уверенность человека в своей правоте, причем такой правоте, которая обеспечивается путем синтеза рациональных знаний, понимания и переживания. Интеллектуальная вера не имеет ничего общего с фанатизмом. Вера в правоту своих идей и идеалов подвигает людей не только на духовные подвиги (бескорыстное служение науке, искусству), но и добровольное отречение от жизни (таковым был выбор Сократа, Дж. Бруно). Гносеологическая вера является также необходимым условием успешности исследовательской деятельности ученых. Великие открытия и изобретения – это часто сплав воли и веры. Т. Эдисон, например, прежде чем его лампочка накаливания загорелась, провел три тысячи безуспешных до того опытов).

Вместе с тем гносеологическая вера не исключает сомнения. В основе сомнения лежит, во-первых, понимание того, что любой фрагмент действительности, культурное образование, система знаний являются преходящими, во-вторых, понимание того, что наши знания о мире и человеке никогда не могут быть завершенными. Отсюда следует, что сомнение и связанная с ним критика открывают путь к появлению и утверждению нового. Вместе с тем абсолютизация сомнения, как мы помним, ведет к агностицизму.

Интеллектуальная вера и неявное знание проблематизируют процедуру интерпретации, т.е. истолкования. Дело в том, что знание получает статут феномена культуры лишь после того, как объективируется в той или иной языковой форме. Проблема интерпретации имеет свои особенности в различных областях знания – естествознании, математике, однако наиболее сложной и неоднозначной она является для социогуманитарных наук.