Мечтательным взглядом брожу от одного светлого окна кабинета к другому, изучая белоснежные жалюзи во время того, как мама почтительно пытается убедить молодого историка, что мне необходима оценка «отлично» по его предмету. Однако, вряд ли понятно Даниилу Евгеньевичу, ставшему почти для всех учеников гимназии просто Даней, сколько сил, времени, нервов было потрачено мною, а главное моими родителями на пути к золотой медали, которая маячила уже не за горизонтом.
— У Кристины возникали сложности с гуманитарными науками, но благодаря дополнительным занятиям — она все успешно усваивала, — заверяет мать равнодушно просматривающего классный журнал учителя. — Может быть, вы найдете время позаниматься с ней дополнительно?..
Даня тяжело вздыхает, захлопывая журнал и, кажется, что он сейчас достанет из кармана сигарету и закурит прямо в кабинете, пытаясь рассеять ощутимое напряжение, возникшее в комнате. Рассматривая его внешний вид, я с трудом напоминаю себе о том, что он учитель: джинсы и футболка, которая обтягивала мышцы довольно внушительных размеров придавали ему схожести с физруком, или же с тренером какого-нибудь фитнес-центра.
Хотя не могу отрицать того, что предмет свой он знал… Более того, активно пользовался этими знаниями, чтобы нашлепать мне за пару недель несколько «четверок», а по вчерашней самостоятельной работе поставить «три». Сказать, что моя мама находилась два дня в шоковом состоянии — это ничего не сказать… Как не просила я ее, как не умоляла в дверях школы помиловать, мама буром шла в атаку… Целенаправленно, прямо в кабинет историка, который сейчас надменно созерцал нас с ней своими темными глазами, будто придумывая наиболее беспощадную казнь на мою грешную голову.
— Ваша дочь не тянет на отличницу, вы же сами это понимаете… — тянет он, нагло отвечая на молящий взгляд матери. — И я думаю, не стоит мучить ни ее, ни учителей, которые вынуждены идти вам на уступки, натягивая мнимые «пятерки». Кристина постоянно забывает важные даты, путает их — память у нее далеко не идеальная, да и надо сказать — пишет она тоже с ошибками, я уж не знаю, как долго она занимается дополнительно с литератором…
— Ну что вы! — вспыхивает мать, хватаясь одной рукой сильнее за ручку своей сумки, а второй за сердце. — Она очень способная и усидчивая, просто расслабилась немного за каникулы! Уверяю, она возьмется за голову, нужно только немного помочь ей! Вот, к примеру, Зинаида Васильевна занималась с девочкой пару раз в неделю — и поверьте на слово, оценки Кристины по истории за прошлый год были полностью заслуженными, а не натянутыми, как вы выразились!
— У меня нет времени проводить дополнительные часы с каждым желающим! — Даня поднимается со своего стула, отходя к окну, всем своим видом показывая, что ему уже порядком надоел этот разговор. — Пусть больше читает, а то, что не понимает — учит наизусть. Вряд ли я в силах помочь чем-то большим.
— Моя дочь — будущий юрист! — мама властно делает шаг вперед, отчего на ее безапелляционное заявление Дане все же приходится обернуться. — Вы же понимаете, что для нее история — один из основных предметов, который она просто обязана знать! Если нам откажете вы — я обращусь к другому учителю, в другую школу, в конце концов, но Кристина выучит все необходимое для поступления в ВУЗ!
— Мама… — пытаюсь запротестовать я, но ее взгляд заставляет меня замолчать.
Выдержав все боевые удары матери, Даниил Евгеньевич еще раз тяжело выдохнул, задумчиво потер лоб, измерив, пространство между своим столом и окном несколькими шагами, затем посмотрел на нас каким-то усталым и напряженным взглядом:
— Хорошо, я подумаю какое время назначить Кристине для повышения уровня знаний истории…
— Если вам будет удобнее — она могла бы посещать вас и дома, — продолжала наступление мать, уже предчувствуя свою победу, на что Даня как-то резко бросил взгляд на меня, будто мысленно поражаясь предложению матери.
— Возможно, так и будем поступать, так как я не имею привычки задерживаться на работе… — не сводя с меня глаз, ответил он, опустившись на свой стул. — Но думаю, смогу выделить Кристине пару часов только раз в неделю! Знаете ли, у меня тоже есть личная жизнь, в которую я не хотел бы вовлекать работу…
— Конечно, конечно, — пролепетала мама, беря меня за руку и спиной отступая с поля боя к спасительным для меня дверям. — Кристина будет приходить, когда вам удобно! А об оплате…
— Все решим потом, — перебил Даня, начиная лихорадочно листать и без того изученный им журнал. — Главное, чтобы был результат…
