Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 5 страница




 

Отказ

 

Отказы в начале эксперимента встречаются, если испытуемый не понял инструкцию или отсут­ствует контакт с экспериментатором. Отказы на определенные картины свидетельствуют об особой значимости провоцируемых ими сюжетов.

 

Неупоминание отдельных частей или деталей картины.

 

Например, в рассказах на таблицу 3 ВМ может не упоминаться револьвер. Как правило, это ука­зывает на то, что ассоциации, возникающие в от­ношении этих деталей, вызывают тревогу.

 

Введение в рассказ дополнительных деталей или персонажей

 

Практически всегда такие дополнения говорят об особой значимости разработанной темы, ее бли­зости переживаниям испытуемого.

 

Перцептивные искажения

 

Испытуемый неправильно определяет пол пер­сонажа (например, па таблицах ЗВМ, 10, 12), воз­раст или искаженно воспринимает какие-то детали картины. Например, на таблице 1 некоторые видят мальчика слепым, скрипку сломанной и т. д. Даже если исключить символическое значение подобных искажений, они, как правило, являются следствием глубоких конфликтов.

 

Восприятие картины, как рисунка, фотографии, кадра из кинофильма

 

Иногда может рассматриваться как своеобраз­ное “отстранение” от травматогенной тематики рас­сказа.

 

§ 4. О НЕКОТОРЫХ ПОДХОДАХ К ИНТЕРПРЕТАЦИИ ТАТ:

СХЕМЫ С. ТОМКИНСА и М. АРНОЛЬД

 

В настоящее время существует около 20 схем интерпретации ТАТ, различаю­щихся как категориями анализа рассказов, так и теми параметрами личности, иссле­довать которые предполагается с помощью ТАТ. В клинико-диагностических, а не экс­периментальных целях используются лишь некоторые из них, а нередко психолог-прак­тик заимствует какие-то пункты из не­скольких систем одновременно. Ниже мы укажем еще две системы, в которых полу­чили разработку некоторые важные в ме­тодическом отношении принципы ТАТ.

Подход, развитый С. Томкинсом, в част­ности некоторые категории анализа расска­зов, широко используется при работе с ме­тодикой в самых разных психологических системах. С. Томкинс развил систему ана­лиза рассказов ТАТ, предложенную Мерреем, введя ряд новых категорий, повыша­ющих, по его мнению, достоверность ме­тодики [80].

1. Вектор характеризует психологиче­скую направленность поведения, влечении и т. д.

Томкинс рассматривает 10 векторов, со­гласно имеющимся в английском языке предлогам, например, вектор toward обоз­начает направленность на получение поло­жительной ценности от объекта; вектор against обозначает готовность к отрица­тельной оценке объекта.

2. Уровень характеризует “плоскость”, в которой разворачивается действие расска­за: описание объекта, события или поведе­ния персонажа; воображение; память; чув­ства и т. д. Например, события могут раз­вертываться в действенном плане, но так­же о них можно мечтать или вспоминать.

3. Условия — это любые психические, физические состояния разной валентности, которые сами по себе не выражают ника­кого желания пли побуждения. Например, герой несчастен (—) или герой разбога­тел (+).

4. Квалификаторы используются для указания на временные, пространственные и силовые характеристики предыдущих ка­тегорий.

По сравнению со схемой Меррея суще­ственно новым являются категории уровня и квалификаторы. Уровневый анализ по­зволяет определить преимущественный тип активности героя. Например, возможны два крайних случая:

1) во всех рассказах представлен толь­ко уровень поведения героя. Это характер­но для крайне экстравертированной лично­сти, у которой желания не знают “задерж­ки” и непосредственно разряжаются во внешнем поведении;

2) герой не столько действует, сколько чувствует, вспоминает или размышляет. Это характерно для интравертированной личности, для которой весь мир заключен в ее собственных переживаниях.

Томкинс рассматривает последователь­ность, частоту, вариативность различных уровней. Здоровой адаптированной лично­сти, по его мнению, присуще наличие всех уровней, причем в определенной последо­вательности: хочет — обдумывает — дей­ствует. Существенным для оценки харак­терологии или патологических симптомов может быть доминирующая фиксация на одном из уровней.

В системе Томкинса уделяется большое внимание психологическому смыслу квалификатора “отдаленности”. Степень отда­ленности во времени или пространстве ха­рактеризует степень подавления потребно­сти. Например, в рассказе выраженная аг­рессия против отца указывает на отсутст­вие подавления и большую вероятность не­посредственной разрядки агрессивного влечения в поведении. Если же агрессия вы­ступает, например, в форме борьбы с ин­квизицией, а действие рассказа переносит­ся, скажем, в средние века, можно гово­рить о значительной степени подавления. Чем фантастичнее рассказ, чем более от­далено от реальности время и место дей­ствия, тем сильнее данная потребность испытывает подавление со стороны “супер-Эго”. Этот вывод согласуется с общим те­зисом психоанализа о компенсаторной ро­ли фантазии: потребности, которые вслед­ствие культурных запретов не могут быть удовлетворены в поведении, усиливаются в фантазии.

Среди других, разработанных Томкинсом методических приемов, укажем на тре­бование целостного контекстуального ана­лиза протоколов ТАТ. Это означает, в част­ности, что “тема” не выводима, как пола­гал Меррей, из рассказа на каждую изоли­рованную таблицу; ее можно определить только в контексте всей совокупности рас­сказов, путем выделения некоторых инва­риантных формальных структур. Приме­ним этот методический прием и рассмот­рим гипотетический рассказ, в котором ге­рой, работавший всю жизнь, внезапно те­ряет работу, становится пессимистом и кончает жизнь самоубийством. Такой рас­сказ сам по себе не дает оснований для каких бы то ни было выводов о его смыс­ле для личности испытуемого. Иное дело, если в других рассказах мы будем иметь дело с аналогичной или изменяющейся структурой формальных факторов. Например, данный рассказ может указывать на труд как на главную ценность, если в ос­тальных рассказах угроза другим ценнос­тям — любви, социальному положению — не приведет к серьезному неблагополучию с точки зрения героя, а угроза труду в лю­бом рассказе приведет к такому неблагопо­лучию. Рассказ может также интерпрети­роваться как повышенная чувствительность личности к угрозе любой потерн. В этом случае и в других рассказах должны встре­чаться потери — объектов, друзей, роди­телей, любви, которые приводят к песси­мизму и суициду, в то время как в расска­зах, не содержащих потери, герой будет оптимистичен, а исход благополучен. Или, например, можно предположить, что этот рассказ выражает общую неуверенную по­зицию личности и ожидание неуспеха во всех начинаниях. Тогда все рассказы, со­держащие желания или намерения героя, должны иметь неудачный исход. Оконча­тельная гипотеза о смысле этого рассказа складывается, следовательно, в результа­те анализа всей совокупности рассказов. Последующее заключение о личности ис­пытуемого составляется в терминах психо­анализа и так называемой динамической психологии. Особое внимание уделяется изучению материалов ТАТ, относящихся к переживаниям раннего детства, что в це­лом согласуется с положением психоана­лиза о решающем значении этого периода жизни для развития личности. М. Арнольд строит свою систему ана­лиза на отказе от некоторых постулатов “глубинной психологии”. Так, Арнольд отказывается от обязательных для системы Меррея постулатов об идентификации и о нереализованных глубинных влечениях как основном содержании рассказов. Материал рассказов отражает не столько эти тен­денции, сколько социальные установки лич­ности (аттитюды), т. е. представления о себе и своем социальном окружении, сло­жившиеся на основе индивидуальных или групповых систем ценностей. Эти установ­ки детерминируют сюжет и исход рассказа, или его значение. Значение представляет собой как бы “мораль” рассказа, в которой обнаруживаются привычные ценности, мо­тивы и способы достижения целей. Мораль может быть “хорошей”, если поступки ге­роя согласуются с общепринятыми норма­ми, и “плохой”, если герой действует напе­рекор им.

В результате анализа значений выво­дится так называемый мотивационный ин­декс (М. И.); он может быть положитель­ным или отрицательным. Люди с адекват­ными жизненными установками, конструк­тивным подходом к решению собственных проблем, опирающиеся на сотрудничество с другими людьми, получают положитель­ный М. И.; напротив, люди, склонные к импульсивным, деструктивным или непро­дуктивным действиям, — отрицательный М. И. В зависимости от знака М. И. прог­нозируется возможность успеха в том или ином виде деятельности. Так, обнаруживается позитивная корреляция между поло­жительным М. И. и успехом в обществе.

Подход М. Арнольд, несмотря на несколько наивное и прагматическое пони­мание условий преуспевания человека в об­ществе, содержит ряд моментов, в значи­тельной степени игнорировавшихся други­ми авторами. Это в первую очередь отно­сится к требованию контекстуального ана­лиза рассказов ТАТ. В отличие от Меррея, она рассматривает рассказ не как агрегат тем, а как целостный продукт реорганиза­ции впечатлений прошлого опыта, имею­щий свой смысл, не раскрывающийся при анализе отдельных тем. Интерпретацию должен определять контекст, поэтому ана­лизировать необходимо все рассказы как единое целое [38]. Так же чрезвычайно ин­тересным представляется указание М. Арнольд на роль социальных установок в де­терминации сюжета рассказов. Как бы ни подчеркивали сторонники психоанализа направленность ТАТ на выявление неконвенциональных, якобы присущих самой личности способов апперцепции внешнего мира, трудно предположить, что эта аппер­цепция свободна от влияния усвоенных личностью систем ценностей и нормативов. Подход М. Арнольд, при всех его несовер­шенствах, указывает путь для более адек­ватной разработки подхода к анализу и ин­терпретации ТАТ.

Для решения каких же практических задач используется ТАТ? Как и другие проективные методики, наибольшее приме­нение ТАТ находит в клинике неврозов и пограничных состояний. Как известно, не­вроз развивается в результате столкновения личности с обстоятельствами, препят­ствующими или угрожающими удовлетво­рению наиболее важных, значимых для нее потребностей. В клинической картине не­вроза существенное место занимает аффек­тивный конфликт и спонтанно складываю­щиеся у больного способы его разрешения, не всегда осознаваемые самой личностью. В этих случаях ТАТ может дать информа­цию о ряде моментов, существенных как для диагностики невроза, так и для после­дующей психотерапии. Этими конкретными задачами определится и направление ана­лиза проективного материала. В частности, для клинициста будут представлять особый интерес следующие особенности аффективной сферы личности и мотивации, диаг­ностируемые ТАТ:

1. Ведущие мотивы, отношения, ценно­сти.

2. Аффективные конфликты; их сферы.

3. Способы разрешения конфликтов: по­зиция в конфликтной ситуации, использова­ние специфических механизмов защиты и т. д.

4. Индивидуальные особенности аффек­тивной жизни личности: импульсивность — подконтрольность, эмоциональная устойчивость — лабильность; эмоциональная зре­лость — инфантильность.

5. Самооценка; соотношение представ­лений о Я — реальном и Я — идеальном; степень принятия себя.

Понятия “конфликт”, “защита” не име­ют для нас специфически психоаналитиче­ского значения. Вслед за Ф. В. Бассиным, мы рассматриваем психологическую защи­ту как явление преобразования “значений”, направленное на предотвращение кон­фликта “значащих переживаний”. Сам же конфликт может быть порожден столкно­вением любых аффективно окрашенных пе­реживаний, а не только борьбой “созна­тельного” и “бессознательного”. Психоло­гическая защита выступает в виде пере­стройки психической деятельности, смены психологических установок [3, 4].

Говоря о диагностической ценности ТАТ, необходимо подчеркнуть, что все вы­являемые этой методикой закономерности и явления — не более чем потенциальные возможности, тенденции, установки лично­сти. Поэтому неправомерен прямой пере­нос данных ТАТ на характеристику лично­сти и самого поведения без учета клиниче­ского материала и объективных условий жизни испытуемого. Категоризованный протокол ТАТ — не зеркальное отражение личности пациента, а материал для гипо­тез исследователя.

В настоящее время классический вари­ант ТАТ широко используется в клинике неврозов. Наряду с ним, в социальной детской, профессиональной и других областях прикладной психологии популяры разнообразные модификации ТАТ (вариант Мак-Клеланда и Аткинсона для исследования мотива достижения, детский ТАТ Беллака и другие). С классическим вариантом ТАТ их объединяет ряд формальны признаков:

1) аффективная насыщенность изобра­жений;

2) их релевантность изучаемым пере­менным личности;

3) неопределенность тестовых условий;

4) инструкция, требующая придумать рассказ.

 

ГЛАВА IV

Методика чернильных пятен Г. Роршаха

 

Тест чернильных пятен — одна из наи­более популярных проективных методик — создан швейцарским психиатром Германом Роршахом в 1921 г. Есть сведения, что чернильные пятна использовались еще Леонардо да Винчи и Ботичелли для “воз­буждения фантазии”; в психологию их ввел А. Бине, исследуя с их помощью некото­рые особенности интеллекта. Роршах одним из первых отметил связь между фантазио-подобной продукцией и типом личности. В ходе клинического и экспериментально­го исследования групп здоровых и психи­чески больных испытуемых, путем сопо­ставления клинических характеристик и особенностей ответов Роршах выделил два типа восприятия: “B-тип” и “Fb-тип”, т. е. “двигательный” и “цветовой” тип [73]. Ока­залось, что одни испытуемые склонны вос­принимать пятна в движении, в продуци­руемых ими образах людей, животных или предметов акцентируется прежде всего ди­намический аспект; другие испытуемые, напротив, фиксируют в своих ответах цветовой аспект. Тип восприятия или “тип пе­реживания”, по Роршаху, характеризует преимущественно интраверсивные или экстратенсивные тенденции личности. Прово­дя аналогию с типологией Юнга, Роршах подчеркивает тем не менее и отличие со­ответствующих терминов. Согласно его воззрениям, экстра- и интраверсия — не противоположные и взаимоисключающие свойства личности, а тенденции, в большей или меньшей степени присущие любому че­ловеку. Они указывают не столько на сте­пень эффективности адаптации, сколько на реализующие ее индивидуальные механиз­мы. Неправомерно также противопоставле­ние интра- и экстраверта как “мыслитель­ного” и “чувствующего” типа личности, поскольку адекватная адаптация предпо­лагает участие как аффективных, так и познавательных процессов. Если нормально интраверсивный тип характеризуется лишь преобладанием кинестических ответов над цветовыми, то патологически интраверсив­ный тип — полным отсутствием цветовых. Точно так же различают нормально и па­тологически экстратенсивный тип. Кроме перечисленных двух типов личности Рор­шах выделяет еще “суженный”, для кото­рого характерно малое количество отве­тов, связанных с движением и цветом или полное их отсутствие, и “амбиэквальный”, связанный с большим, но равным количе­ством и цветовых и кинестетических отве­тов. Указанные типы переживаний корре­лируют с определенными компонентами интеллекта, аффективной динамикой, чертами характера и видом психической па­тологии.

Роршах разработал основные принци­пы анализа и интерпретации ответов, в по­следующие годы работа велась главным образом в направлении уточнения значения тех или иных показателей, разработки все более тонких способов шифровки, поиска патогномоничных показателей, а также по­пыток теоретического обоснования методи­ки. В настоящее время наиболее популяр­ным является подход, сформировавшийся под влиянием исследований “Эго-психологии” и экспериментов New Look. Перцеп­тивный ответ рассматривается как продукт взаимодействия двух факторов: объектив­ных свойств пятна и субъективных потреб­ностей, конфликтов и механизмов их регу­ляции. В свете этого подхода тест Роршаха направлен на диагностику, главным обра­зом, экспрессивного аспекта поведения или присущего личности индивидуального сти­ля {42; 44; 57; 77].

 

§ 1.ОПИСАНИЕ МЕТОДИКИ И СХЕМА ЭКСПЕРИМЕНТА’

 

‘ Здесь и далее использовались руководства по тесту Клопфера, Бома, Лузли-Устери, Рапапорта (57; 7; 63; 71).

 

Материал теста состоит из 10 стандарт­ных таблиц, выполненных в черно-белых, черно-красных и пастельных тонах. Каж­дая таблица представляет собой копию с оригинала, полученного при складывании пополам листа бумаги с нанесенным на нее чернильным пятном. Хотя рисунок пят­на произволен и не поддается однозначной интерпретации, опыт работы с методикой показывает, что отдельные таблицы нерав­нозначны в отношении эмоционального воздействия на человека. Например, табли­цы 1, 4, 6 чаще всего ассоциируются со страхом и тревогой, а таблицы 9, 10, на­против, вызывают ощущения радости, праздника. Красные плоскости таблиц, на­поминая кровь или огонь, вызывают беспо­койство; это относится и к восприятию мел­ких деталей, расположенных вокруг верти­кальной оси, часто ассоциирующихся с об­разами сексуального содержания.

Никаких предварительных сведений о цели эксперимента сообщать не рекоменду­ется, вместе с тем важно, чтобы испытуе­мый чувствовал себя как можно более не­принужденно. Иногда это достигается рас­сказом о том, как получено изображение таблиц; можно связать это объяснение с известной детской игрой “в кляксы” и тем самым несколько разрядить обстанов­ку. Целесообразно также подчеркнуть, что при выполнении задания испытуемый мо­жет давать любые ответы, ни один из ко­торых не будет оцениваться как правиль­ный или ошибочный. Таблицы предъявля­ются последовательно с 1 по 10 в стандарт­ном положении, указанном на обороте таб­лицы. Предъявление первой таблицы со­провождается инструкцией: “Что это та­кое, на что это может быть похоже? В даль­нейшем инструкция не повторяется, и ис­пытуемому предоставляется полная самостоятельность. После окончания спонтан­ных высказываний испытуемому можно задавать стимулирующие вопросы типа “Что Вы можете добавить?”, “Это все?” и т. д. У робких испытуемых и невротиков возможны значительные расхождения меж­ду объемом спонтанной и дополнительной продукции. Ответы, полученные во время опроса, не включаются в расчетные форму­лы или подсчитываются с учетом коэффи­циентов.

Как правило, исследование включает собственно выполнение теста и опрос;

Клопфер считает необходимым в ряде слу­чаев дополнять процедуру эксперимента фазой “определения границ чувствительно­сти”.

 

Опрос

 

В этой фазе исследования выясняется, как субъект пришел к формулировке того или иного ответа, т. е. опрос всегда ориен­тирован на уточнение локализации образа и его детерминант. Экспериментатор обя­зан избегать прямых или наводящих воп­росов и вместе с тем его задача — получить подробные сведения, облегчающие после­дующую шифровку ответов. Для выявления локализации ответа на таблице можно за­дать вопросы типа: “Где находится...?” или “Покажите мне...”. Во многих руководствах по тесту Роршаха для облегчения этой ча­сти опроса используют специальные кар­ты, с нанесенными на них и обозначенны­ми наиболее часто интерпретируемыми участками пятна. В отдельных случаях ис­пытуемому предлагают сделать зарисовку фигуры на отдельном листе бумаги. Для уточнения детерминант ответа иногда бы­вает достаточно простых вопросов: “Что Вас заставляет думать о...?”, “Опишите под­робнее то, как Вы видите...” и т. д. Полез­но использовать следующий методический прием: субъекту предлагается альтерна­тивный образ, отличающийся от фактиче­ски выбранного по одной или нескольким невыясненным детерминантам. Например, если испытуемый видит бабочку, но указы­вает лишь на характеристики, связанные с формой (усы, крылья), то можно спросить, может ли он это место пятна интерпрети­ровать как мотылек. Если испытуемый дей­ствительно не ориентировался на цвет, то он не увидит никакой разницы между эти­ми ответами.

 

Определение пределов чувствительности

 

В отличие от предыдущих фаз здесь экспериментатор сознательно оказывает давление на испытуемого, чтобы вызвать те реакции, которых тот избегает. С этой целью обычно используют различные при­емы: просят выбрать самую приятную таб­лицу, затем самую неприятную; привлека­ют внимание испытуемого к тем особенно­стям пятна, которые игнорировались им при спонтанных высказываниях; наконец, предлагают образцы возможных интерпре­таций, отличных от тех, которые дает сам испытуемый, и т. д.

 

§ 2. ОСНОВНЫЕ ПРИЕМЫ ШИФРОВКИ ОТВЕТОВ

 

Шифровкой называют обозначение и классификацию ответов с учетом пяти ос­новных категорий: локализации, детерми­нанты, содержания, популярности/ориги­нальности, качества формы.

Основная цель шифровки — установле­ние связи между ответом и элементом пят­на, а также формализация ответа для по­следующих операций анализа и интерпре­тации.

Ответом считают высказывание, соот­ветствующее целой кляксе или ее частям. Различают основные ответы (спонтанные) и дополнительные (полученные во время опроса); последние подсчитываются от­дельно и в расчетных формулах учитыва­ются со специальными коэффициентами.

 

Обозначение локализации ответа

 

Локализация ответа характеризует тип восприятия или “ментальный подход” по Клопферу. Локализация ответа определя­ется путем соотнесения образа с той или иной частью пятна.

1. Целостный ответ — W (Whole) обоз­начается в том случае, когда испытуемый фиксирует внимание на пятне в целом и продуцируемый им образ охватывает всю кляксу.

Таблица V2. Летучая мышь — W.

2 Примеры взяты из сборника упражнений по тесту Роршаха [41].

Таблица VI. Растеленная шкура — W. Д. Рапапорт предлагает рассматривать целостный ответ с точки зрения степени дифференцированности и интегрированности составляющих его частей:

1) ясно выраженное, хорошо артикули­рованное единство — W+,

2) удовлетворительное единство — Wo,

3) плохо артикулированное единство, синкретическое впечатление от всего пят­на — Wv.

Эти дополнительные показатели позво­ляют в ряде случаев отдифференцировать целостные ответы, строящиеся на основе четкого анализа элементов пятна с их по­следующей интеграцией (хорошая артику­ляция) от целостных ответов, возникших в результате глобального, синкретического восприятия пятна (плохая артикуляция).

2. Почти целостный ответ (W) — ког­да испытуемый интерпретирует примерно 2/3 кляксы.

Таблица III. Двое мужчин с бородами в костюмах — W.

Таблица II. Два человека на корточках, танцующие какой-то танец, — W.

3. Конфабуляторный целостный ответ (DW) обозначается в том случае, когда це­лостный ответ строится на основании ин­терпретации какого-то изолированного фрагмента, без учета остальной части пятна.

Таблица V. Нога, наверное, идущее животное — DW.

4. Ответы на крупные обычные детали

(D). К этой категории относятся интер­претации относительно крупной части пят­на, которая легко отграничивается проме­жуточным пространством, оттенком или цветом от остальной части пятна.

Таблица VII. Ребенок показывает язык — D.

Таблица IV. Нога в громадном сапо­ге—D.

5. Ответы на мелкие обычные детали (а). Критерии выделения этой группы от­ветов те же, что и для (4). Отметим, что такой признак, как “обычность”, определя­ется эмпирически, как правило, использу­ются таблицы Э. Бома с обозначенной на них локализацией ответов.

Таблица III. Голова птицы (d). Таблица VI. Голова с усами, напоми­нающая кошачью (d).

6. Ответы на необычные мелкие дета­ли. Необычные детали (обобщенно обоз­начаются Dd) отличаются прежде всего редкостью их актуализации. Выделяют де­тали, относящиеся к внутренней части пят­на, бордюру и некоторые другие виды Dd.

7. Ответы на промежуточное белое про­странство (S) регистрируются, если само белое пространство становится “фигурой” на темном “фоне”. Когда испытуемый ис­пользует белое пространство в комбинации с темной частью таблицы, ответ обознача­ется как WS или DS.

Таблица II. Репа или лампа — 5. Занавеси, раздвинутые в сторону, в се­редине сцена — WS.

Основные детерминанты ответов

 

Детерминантами называют такие ха­рактеристики ответа, как форма, движе­ние, цвет, оттенки. Одни из них обуслов­лены свойствами пятна, другие (движение) являются сугубо субъективным дополнени­ем, проекцией испытуемого. Детерминан­ты, так же как и локализация, раскрыва­ют способ “видения” человека, его изби­рательность в отношении тех или иных ас­пектов окружающей среды и собственного внутреннего мира.

Форма (F)

 

Детерминанта F показывает, что толч­ком к возникновению того или иного обра­за служила форма пятна, его контуры.

Таблица V. Летучая мышь, распростер­тые крылья, уши — WF.

Таблица III. Голова птицы — dF.

Ответы категории F могут различаться по качеству формы (“хорошая” или “пло­хая”). При “хорошей” форме образ соот­ветствует конфигурации пятна, видимого четко во взаимоотношении отдельных своих частей (близко к W+}. Некоторые авторы предлагают статистический критерий — “хорошими формами” считаются те, кото­рые интерпретируются наиболее часто. Од­нако статистический критерий на практике применяется редко; для определения каче­ства формы в ряде случаев можно пола­гаться на список “хороших форм” (Бек, Лузли-Устери). Клопфер считает, что ответы типа “географическая карта”, “дым”, “облако”, “след” всегда шифруются как F~, так как не предполагают четкой опре­деленной формы. Категория формы часто выступает в комбинациях с другими детер­минантами ответа; некоторые из наиболее значимых “паттернов” будут рассмотрены ниже.

 

Движение (М, FM, m)

 

Это одна из наиболее важных детерми­нант образа, непосредственно не вытекаю­щая из свойств самого пятна. Вместе с тем установлено, что конфигурация пятна, расположение светлых и темных промежут­ков на некоторых таблицах как бы прово­цирует динамические образы. Так, напри­мер, по Роршаху ответы “две человеческие головы” (таблицы I и II), “два человека” (таблица III) всегда включают элементы кинестезии, даже если испытуемый не дает ясного вербального указания. Воспринима­ет ли субъект пятна в статике или дина­мике, часто выявляется во время опроса, при этом считается, что диагностировать М можно только при наличии переживания движения, т. е. своеобразной идентифика­ции с движущимся объектом. Роршах по­лагал, что зрелая адаптированная лич­ность может идентифицировать себя толь­ко с движущимися человеческими фигу­рами, поэтому он рассматривал только од­ну категорию ответов движения — М. В настоящее время большинство авторов считают необходимым учитывать все виды движения, охватывающие виды деятельно­сти, позы, экспрессию независимо от того, приписываются ли они целым человеческим фигурам, ее частям, животным или стату­ям. В эту же категорию входят ответы с проекцией абстрактных сил, природных или механических воздействий, а также движе­ние неодушевленных предметов.

Шифр М обозначает ответы, в которых наличествует человеческая деятельность, даже если она приписывается животным, статуям или карикатурам.

Таблица VII. Это напоминает двух спо­рящих людей — WM.

Таблица I. Женщина с отрезанной го­ловой и два джентльмена по бокам, по­хожие на привидения, — WM.

Таблица V. Мефистофель с рогами и копытами, укрытый ниспадающим пла­щом, — WM.

Таблица X. Два сверчка, ссорящиеся друг с другом, — DM.

Следует заметить, что знак М включает в себя обозначение формы, т. е. форма имплицитно присутствует в детерминанте М, даже если форма неопределенная или неадекватная; последний случай обознача­ется как М~.

Шифр FM обозначает ответы, в которых фигурируют животные (или карикатуры, рисунки) в свойственной им деятельности. Этим же знаком обозначают поведение дрессированных животных.

Таблица V. Насекомое с усиками летит к нам, длинные ноги — WFM.

Таблица II. Танцующие медведи — DFM.

Шифр т обозначает движения предме­тов, действие механических, абстрактных, символических сил. Знак Fm показывает, что движущийся объект обладает четкой формой, mF характеризует объекты с ме­нее определенной формой и, наконец, т указывает на действие каких-то сил. Та­ким образом, различие между ответами, шифрующимися Fm, mF и т, определяет­ся степенью выраженности и четкости фор­мы.

Таблица IX. Эти штуки в середине по­хожи на палящие пушки — dFm.

Таблица X. Листья, падающие на землю (целое), — WmF.

Таблица X. Праздничная суматоха и беспорядок — Wm.

 

Оттенки (с, К, к)

 

Оттеночные детерминанты характеризу­ют ответы, в которых используются хрома­тические или ахроматические светотени. Использование эффектов светотени прида­ет образам новые тонконюансированные качества: передает качества поверхности или структуры, глубину или перспективу, а также обусловливает восприятие трехмер­ных объектов на плоскости.

1. Поверхность или качества структу­ры в зависимости от степени выраженности формы шифруются как Fc, cF, с.

Таблица I. Женщина в прозрачной юбке — DFc.

Таблица VI. Чешуйчатая поверхность— DcF.

Таблица IV. Комья грязи — We.

2. Глубина, перспектива, дистанция, в зависимости от степени выраженности фор­мы, шифруются как FK, KF, К.

Таблица VII. Оклахома, нефтяные выш­ки, одни дальше, другие ближе — DFK.

Таблица VII. Это облака, похожие на людей, — DKF.


Поможем в написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой





Дата добавления: 2015-09-18; просмотров: 376. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.06 сек.) русская версия | украинская версия
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7