Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Соединение со стихией Воздуха




Сядь на стуле, спина ровная, чтобы тебе было легче дер­жать энергию. Закрой глаза и на выдохе представь себя

стоящей на вершине снежной горы. Ты чувствуешь, как ветер касается твоего лица, и видишь, как напротив тебя огромный поток начинает формировать воздушную во­ронку. Внутри этой воронки появляется жрица стихии Воздуха. Она одета в голубоватый наряд, у нее белые во­лосы, холодный взгляд голубых глаз, она статная и строй­ная. Ее плечи развернуты, грудь поднята, ее голова ве­личественно устремлена к небу. Ее движения неспешны, в ней чувствуется спокойное величие. Она непредсказуема и независима, она свободна и не­доступна. Она все знает, все видит, все понимает. Слей­ся с ее вибрациями, стань сама жрицей стихии Воздуха. Почувствуй в себе отстраненность и самодостаточность, свою ценность и свое величие. Сделай вдох и на выдохе пропой звук «хо», усиливающий вибрации стихии Воз­духа. Поблагодари стихии Воздуха и возвращайся в ре­альность.

Стоило мне открыть глаза, как вошел Камилль. Увидев ме­ня, он повернулся к Ингрид и сурово спросил: «Мама, что вы сделали с Варей, она стала холодна, как лед?»

— Я не понимаю, что происходит. Ты стала холодна, как лед, — к концу завтрака сказал Фабиан. Запахи свежесваренно-го кофе и горячих вафель наполняли уютный ресторан датско­го замка. Я была предельно мила с официантом, но стоило мне Повернуться к Фабиану, как словно что-то во мне переключа-лось и от меня начинало веять холодом. Фабиан вначале пытался рассказывать какие-то смешные истории из жизни своей гости­ницы. Но наткнувшись на стену отчуждения, в конце концов не выдержал и спросил, что со мной происходит.

— Мне не понравилось, что ты заигрывал с Хельгой, — не­вольно вырвалось у меня, и я тут же прикусила язык, но было поздно.

— Как ты могла обидеться! Разве ее можно сравнить с то­бой? Кто ты и кто она! Разве ты так низко себя ценишь? Я про­сто проявлял элементарную вежливость.

— Нет, как раз я знаю себе цену, и если мужчина рядом со мной так позволяет себе поступать, то дело не во мне, а в муж­чине, — отрезала я и тут же увидела шествующую к нашему сто­лу Хельгу с молодым мужчиной, таким же высоким блондином, как и она.

— Я надеюсь, вам понравился завтрак. Мы делаем домаш­ний йогурт и варенье и сами печем все булочки.

— Да, все просто восхитительно, — рассыпался в компли­ментах Фабиан.

— А это мой брат — Харольд. Он приезжал погостить на не­сколько дней и сегодня после обеда уезжает в Гренландию за­ниматься хелибордингом.

— Можно я полечу с вами? — вырвалось у меня. — Ведь Гренландия — часть Дании, и значит, другая виза мне не нуж­на. За столом воцарилось молчание, и все удивленно посмот­рели на меня. — Я давно мечтала заняться хелибордингом, — постаралась я найти вразумительное объяснение своему вне­запному порыву. И хотя я каталась достаточно хорошо, в глу-

бине души не была уверена, что готова к хелибордингу. Но мое желание сделать что-то непредсказуемое было сильнее го­лоса приличия. Даже мысль, что я ставлю под угрозу свое уча­стие в проекте, не могла остановить меня.

Но, видимо, Хельга тут же молниеносно просчитала преиму­щества моего отсутствия и горячо поддержала мою идею.

— Да, у меня есть доска, ботинки и все обмундирование, я думаю, оно тебе подойдет.

— Мне кажется, это действительно интересная идея, — под­держал меня Харольд. — Едет группа новичков, так что склоны будут несложные. Жаль упускать такую возможность. Вертолет уже заказан, погода обещает быть прекрасной, и у нас как раз есть одно место. А разрешение для посещения Гренландии я смогу получить за один день. Так что препятствий не вижу.

Я внутренне перевела дух. Фабиан онемел от изумления и просто наблюдал за нашим ненормальным возбуждением. Я пы­талась найти какое-то разумное объяснение для Фабиана. «Но разве королева должна объяснять свои поступки?» — вдруг мелькнула у меня мысль, и я расслабилась.

— Разве королева должна объяснять, почему у нее измени­лось настроение? — пожав плечами, ответила я на вопрос Ка-милля о своей внезапной холодности.

— Необязательно, но я был бы благодарен, если бы ты рас­сказала правдоподобную версию того, что происходит.

— Камилль, не принимай все так близко к сердцу, — вмеша­лась Ингрид. — Позволь нам остаться одним и продолжить на-ше общение, а вечером мы постараемся рассказать тебе занима­тельную историю.

Камилль поцеловав Ингрид и, чмокнув меня в макушку, оза­даченный, ушел завтракать у себя в кабинете.

— Мы не обидели его? — забеспокоилась я.

— Нет, думаю, наоборот, заинтриговали. О, это великий та­лант — интриговать мужчин, рассказывая им истории.

— Как связаны истории и состояние Королевы?

— Разве ты не помнишь сказку о Шахерезаде? Ее ожидала смерть, но она смогла стать любимой женой, поддерживая ин­терес падишаха.

— О чем же мне рассказывать истории?

— О том, что интересно ему, и о том, что интересно тебе.

— Какие темы интересны мужчине?

— А как ты думаешь сама?

— Думаю, о его работе и его увлечениях.

— Да, ты права, и ты должна прекрасно разбираться и в его работе, и в его увлечениях, даже порой лучше, чем он. Это рас­ширяет твой кругозор.

— А если мне это неинтересно?

— Если тебе неинтересен мужчина и то, чем он занимается, тогда зачем оставаться с ним?

— А ему будет интересно то, чем я интересуюсь?

— Если ему неинтересно то, чем занимаешься ты, то зачем оставаться с ним?

— Ингрид, как у вас все просто! А как же чувства?

— Королеве неведомы чувства. Она все оценивает на уров­не интереса: интересно — неинтересно. Ментальная власть —

это информация, и она ею прекрасно владеет. И сама старается поддержать этот интерес, прерывая свои истории на самом ин­тересном месте.

— «А об этом я расскажу завтра, мой повелитель!»

— Да, незаконченное действие запоминается сильнее все­го. Но эти истории не должны быть о тебе. Они могут ка­саться разных тем, будящих воображение, — истории, полити­ки, философии. Поэтому столь огромное внимание в знатных семьях всегда уделялось образованию. Ты должна прекрасно разбираться во многих вещах. Ты берешь мужчину через ум. И если ты побеждаешь в поединке умов, тогда тебе не будет равных.

«Посмотрим, кто победит в этом поединке», — размышля­ла я, пока мы ехали в такси в аэропорт. Я все-таки отказалась от снаряжения Хельги, и мы, заехав в спортивный магазин, ку­пили мне доску, костюм и защиту. Всю дорогу я была подозри­тельно для самой себя молчаливой и собранной.

— А вы очень решительная и бесстрашная девушка! — об­ратился ко мне Харольд, когда мы сели в самолет.

— Да, иногда во мне просыпается желание действовать им­пульсивно.

— Как я понимаю, в данной ситуации это желание появи­лось не без участия моей сестрицы, — как бы между прочим за­метил Харольд.

Я заинтересованно повернулась к нему.

— Почему вы так решили?— Я знаю свою сестрицу. Редкая стерва. Явно решила отбить у вас Фабиана.

— Фабиан просто мой партнер, ничего личного, — как мож­но равнодушней сказала я.

— Конечно, — понимающе улыбнулся Харольд. — Но не сер­дитесь на нее, просто ей катастрофически не везет с мужчинами. Их привлекает ее красота и недоступность, но потом они понима­ют, что им не растопить этот холод, и исчезают.

— Я бы хотела уметь так по-королевски держаться, как дер­жится ваша сестра.

— Мне кажется, вся проблема в том, что вы не цените себя, не чувствуете своего превосходства.

— У тебя должно быть внутреннее знание, что ты королева. Внутреннее непоколебимое ощущение, что ты умна, хороша и уникальна. И тебе все равно, что о тебе подумают другие, пото­му что глубоко внутри себя ты знаешь, что ты — это ты, что тебе многое дано. Нет двух одинаковых людей, и поэтому бес­полезно себя с кем-то сравнивать. Каждый имеет нечто, что де­лает его уникальным. И когда появляется это чувство, пропада­ет конкуренция, тогда появляется королевское достоинство, — объясняла Ингрид, ведя меня в дворцовую церковь. Галерея вто­рого этажа была украшена множеством гербов дворянских фа­милий и рыцарских орденов.

— Посмотри на эти гербы и девизы. Эти гербы отображают нечто великое или выдающееся, что совершил владелец этого герба и что прославило его. Когда человек смотрит на герб дру

гого, то может понять, с кем он имеет дело. Ты готова создать свой собственный герб и выбрать свой девиз, отражающий твое представление о себе и о жизни?

— Как это может мне помочь ощутить себя Королевой?

— Когда ты сможешь ответить на вопрос: «Кто я такая?», только тогда ты почувствуешь свою ценность. Я приготовила для тебя лист бумаги, на котором ты будешь рисовать свой герб.

Я увидела акварельные краски, кисточку и огромный лист пергаментной бумаги, на котором был нарисован французский щит, разделенный на четыре части — три вверху и одна внизу.

— В левой части ты пишешь свои главные достижения в жизни и рисуешь символ, отражающий эти достижения. В сред­ней части — то, как ты себя воспринимаешь, и символ себя. В правой части — свою цель в жизни и символ, выражающий твою цель. И внизу — твой главный девиз в жизни.

Я растерянно смотрела на Ингрид, пытаясь осмыслить ее слова.

— Но я не умею рисовать!

— Это не так важно, главное — задуматься над тем, кто же ты такая, и выразить себя.

Я оставлю тебя поразмышлять в одиночестве и надеюсь, что, когда вернусь, увижу историю твоей жизни, закодированную в нескольких символах.

— Расскажи мне историю твоей жизни, — обратился Харольд ко мне. — У нас еще есть два часа до посадки, да и самолет — прекрасное место для таких откровений. Есть одно преимущество — отсюда не убежать!

— Зачем? — внутренне сжалась я, не чувствуя в себе готов­ности открываться перед незнакомым мужчиной.

— Я занимаюсь брэндингом компаний и личным брэндин-гом, и мне кажется, я смогу помочь тебе ощутить себя Короле­вой, если буду знать твои достоинства.

«Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь, — подумала я, — мир искренне старается мне помочь найти себя, и каждый че­ловек, которого я встречаю на пути, готов стать моим учителем».

— Про достоинства рассказывать легче. Я несколько лет ра­ботала в рекламной компании, но потом случайно нашла днев­ники моей прабабушки, рассказывающие о поисках женской си­лы, о древнем обруче женской силы, о могуществе женщин и их возможностях. И моя жизнь изменилась, я увлеклась жен­скими практиками и поисками священных камней обруча. И я уже собрала три камня из четырех, проходя различные испыта­ния и открывая в себе то, о чем я и не подозревала.

— Я надеюсь когда-нибудь услышать эти истории.

— Хорошо, как-нибудь расскажу. Фабиан предложил мне создать в его замках программу тренингов по различным со­стояниям, — продолжала я, — и мне показалось, что у меня это получится.

— А почему ты думаешь, что у тебя получится создать та­кие программы?

— Потому что я умею создавать структуры, у меня систем­ное мышление. Я мечтала пойти после школы на физфак и в математике была одной из лучших учениц, но родители реши-

ли, что мне лучше учиться на психологическом факультете. Мо­жет, они были правы, психология меня тоже завораживает.

— И какие способности и возможности у тебя есть еще, что позволяют тебе быть уверенной в успехе твоих программ?

И хотя мне было трудно хвалить себя, но с тяжелым вздо­хом я продолжала:

— Еще я очень творческая, образованная, умею работать с информацией, анализируя и обобщая, авантюрная, воодушев­ляющаяся, активная, легкая на подъем, увлекающаяся, искрен­няя. — Я поймала себя на мысли, что меня понесло.

— Еще решительная, бесстрашная и очаровательная, — до­бавил Харольд. — Вот видишь, как много в тебе талантов.

— Как говорят мои подруги, твою бы энергию да на мир­ные цели!

— Так на какую же цель ты готова ее направить?

— И на какую цель ты готова направить свои таланты? — спросила Ингрид, разглядывая мои художества и слушая мои объ­яснения. Ингрид вошла как раз в тот момент, когда я собиралась рисовать обруч женской силы, символизирующий мою цель.

— В области моих достижений я нарисовала сердце, симво­лизирующее мою способность дарить всем любовь. В средней области я нарисовала гусиное перо, отражающее мой творческий подход к жизни, мою легкость, многогранность, стремитель­ность, жизнерадостность и спонтанность, мое умение вдохнов­лять и мой талант писать стихи и в то же время управлять, так как пером можно подписать указ, определяющий будущее развитие событий. И я собираюсь рисовать обруч женской силы... Пока моя цель — собрать священные камни для обруча женской силы. — Я рассказала Ингрид о древней легенде и силе, которую дает обруч, если собрать все камни.

— К тому, ради чего ты хотела бы собрать все эти камни, мы вернемся позднее. Ты еще забыла про девиз.

— Он важен?

— Очень! Девиз мотивирует и вдохновляет тебя каждый день и каждый момент, позволяя тебе продвигаться вперед к своей цели, и особенно в моменты разочарования и неудач. То, что позволяет в предельно лаконичной форме описать свой взгляд на мир и на себя.

— А какой у вас девиз?

— «Лучше сделать один стежок, чем в ста словах рассказать о нем».

— Очень поэтично.

— Я долго искала свой девиз, но найдя его, я словно обрела стрежень, поддерживающий меня каждый день.

— Можно я еще поищу? Что-то сразу ничего мудрого не придумать.

— Поищи, это действительно очень важно для Королевы иметь некое убеждение, ведущее ее, ее стержень. Твой щит — это твой персональный код, люди должны считывать твой код, узнавать тебя по твоему коду. Вот как его можно включить.







Дата добавления: 2015-07-04; просмотров: 199. Нарушение авторских прав


Рекомендуемые страницы:


Studopedia.info - Студопедия - 2014-2020 год . (0.006 сек.) русская версия | украинская версия