Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

КРЫЛЬЯ СВОБОДЫ




— Дворец, превращенный в музей, — объявил Камилль, на­конец-то разрешив мне открыть глаза. До последнего момента Камилль так и не говорил, куда же мы едем. Редкий белый снег слепил глаза, пока мы добирались до небольшого городка на се­вере Дании. Но стоило нам выйти из гостиницы, как Камилль завязал мне глаза. Крепко вцепившись в его руку, я осторожно шла, боясь споткнуться и упасть.

— Варя, мне казалось, что ты уже научилась доверять миру и мне и что состояние Девочки для тебя не является чем-то страшным. Расслабься и позволь мне тебя вести. Поверь, что мир приготовил для тебя подарок, и тогда ты действительно его получишь.

— Я стараюсь, — прошептала я и расслабилась, перестав це­пляться. Наконец мы остановились, и Камилль снял повязку с моих глаз. На трех маленьких островах посреди озера раскинул­ся дворец. Увенчанный голубыми башенками, дворец поражал изяществом форм и в то же время величественностью.

— Что это? — спросила я, потрясенная его красотой.

— Когда-то этот дворец был основной королевской резиден­цией, и в нем до 1840 года проходила коронация всех королей, но после огромного пожара его отстроили заново и превратили в му­зей. Через несколько месяцев в этом дворце состоится всемирный совет — я называю его главной битвой моей жизни, — на кото­ром будет решаться судьба небольшого государства. Но это будет битва не войск, а битва интеллекта и энергии, эмоций и внутрен­ней силы. И если я смогу убедить совет, что суверенность этого го­сударства всем выгодна, то сохраню его независимость.

— А от чего зависит результат?

— От тебя, — серьезно сказал Камилль.

— От меня?

— Да, если ты будешь рядом и поддержишь меня, тогда я смогу победить. Мы прошли вместе большой путь, и ты силь­но изменилась. В тебе появились огонь энергии, сила уверен­ности и наполненность любовью. Когда ты обретешь внутрен­нею свободу и усилишь свое состояние Королевы, ты станешь самой могущественной женщиной на Земле и одно твое при­сутствие уже будет менять ход истории. Впрочем, историю все­гда меняли женщины, мужчины лишь следовали их желаниям и потакали их капризам.

— Как-то мне не верится в собственное могущество, — за­мялась я.

— У тебя достаточно времени, чтобы поверить в него, — не­возмутимо заметил Камилль.

— А разве нельзя провести совет в другом месте?

— Для меня очень важно, чтобы совет прошел именно здесь. Для меня это место силы. Его стены хранят память исилу многих веков королевской власти. Тебе предстоит ощу­тить эту власть, чтобы идти дальше.

— Доброе утро! — Я увидела моложавую женщину, устре­мившуюся к нам навстречу. Услышав ее низкий голос, сразу за­хотелось присесть в реверансе. Что я и сделала, наклонив голо­ву. Несмотря на простое приветствие, это был голос женщины, привыкшей повелевать и властвовать. И хотя было видно, что ей много лет, ее голубые глаза поражали ясностью и чистотой. Белоснежные волосы были убраны в высокую прическу. Скром­ное платье жемчужного цвета и белоснежная меховая накидка не могли скрыть величественной осанки.

— Как добрались? — с мягкой улыбкой обратилась она к Камиллю.

— Как добрались? — спросила нас Хельга, встретив в холле замка, когда мы с Фабианом наконец-то добрались до Зеленда, в котором был расположен замок Коккедал Слот. У меня жутко раскалывалась голова, и вообще я чувствовала себя плохо. Фабиан встретил меня в аэропорту в Копенгагене и всю дорогу был сдержанно холоден. В какой-то момент мне показалось, что он уже не рад, что пригласил меня с собой. Не понимая, что про­исходит, я решила, что нужно срочно войти в состояние Коро­левы. Как только происходит охлаждение, нужно увеличивать дистанцию. Но в том и вся проблема, что это состояние для ме­ня было самым трудным. Я прекрасно ощущала себя в роли страстной Любовницы, в роли доверчивой Девочки и в роли заботливой Хозяйки. Но вот роль Королевы, независимой и хо­лодной, мне была незнакома.

Я понимала, что если в душе я не стану истинной Короле­вой, то не найду сапфир и, самое главное, не найду любовь. Пока я размышляла мы доехали до белоснежного замка с тол­стыми стенами. Стоило войти в холл, как мы увидели моло­дую светловолосую женщину, поднявшуюся к нам навстречу. Голубоглазая и светловолосая блондинка с длинными ногами больше походила на скандинавскую королеву красоты, чем на владелицу замка. Я была поражена ее красотой и внутренней отстраненностью. Она поднялась к нам с грацией и достоинст­вом истинной королевы. И почему я решила, что Хельга будет старой?

— Ты сообщил Хельге, когда мы приезжаем? — повернулась я к Фабиану с вопросом.

— Нет. — Он выглядел удивленным, но и обрадованным. — Мы договорились созвониться только сегодня вечером.

— Я почувствовала, что вы приезжаете, и решила вас встре­тить, — мягко улыбнулась Хельга. — Сейчас мы пообедаем, и я расскажу вам историю замка.

— Я покажу вам дворец и расскажу его историю, — выслу­шав заверения Камилля в том, что дорога была чудесной, обра­тилась незнакомка ко мне. Я переводила взгляд с Камилля на Женщину и обратно и не могла отделаться от мысли, что что-то похожее угадывалось в чертах их лиц. — Но прежде, Камилль, может, ты все-таки представишь нас друг другу? — с мягкимукором обратилась она к Камиллю. Камилль засмущался, слов­но мальчик, которого пожурили за мелкую оплошность.

— Матушка, простите. Мне казалось, что вы давно знаете друг друга. — Повернувшись ко мне, он сказал: — Варвара, я хо­чу познакомить тебя со своей матерью — Ингрид. Она поможет тебе освоиться и многое расскажет.

— Как я счастлива, что Камилль вас нашел, Варвара! А то я голову бедному мальчику совсем заморочила — легко ли найти русскую девушку, владеющую знаниями о женской силе и го­товую познавать дальше? Но мой мальчик справился, не зря я его учила.

Я слушала, открыв рот, и растерянно переводила взгляд от одного к другому.

— Вы хотите сказать, что мы встретились не просто так? — недоумевая, спросила я Ингрид.

— Все случайности — проявление божественного. Любая встреча не просто так, но когда у тебя достаточно силы, ты мо­жешь сама создавать нужные тебе ситуации лишь силой своего желания и силой своих мыслей.

— И что же мне нужно делать, чтобы накопить столько силы?

— Три четверти пути ты уже прошла с Камиллем. — Ингрид с любовью посмотрела на него. — Женщина обретает силу, на­чиная снизу, накапливая энергию, простраивая тело, открывая сердце и только потом освобождая свой ум. Это мужчина идет сверху — меняя свои представления, раскрывая эмоции, нахо­дя точку опоры и, наконец, ощущая свою энергию. Так я учила Камилля. Но любой мужчина получает инициацию от женщины — матери, кормилицы, возлюбленной. Так было всегда и так

будет. Пришло время вступить в новую фазу преображения и обновления, освобождения от всех ненужных представлений о мире и о себе.

«Господи, как же мне освободиться от своих представле­ний, от своих сомнений в собственных силах, от мыслей, что у меня ничего не получится с Фабианом, о том, что он поте­рял ко мне интерес!» Я вертелась на роскошной кровати под балдахином в своем номере, больше похожем на королевскую опочивальню, чем на номер гостиницы, вспоминая, какими гла­зами Фабиан смотрел на Хельгу за обедом. В то же время я злилась на него: как он мог, притащив меня за тридевять зе­мель, полностью меня игнорировать, едва увидев Хельгу! Даже если она ему нравится, то можно хотя бы соблюдать правила приличия и не делать мне больно, откровенно интересуясь ею за обедом и всячески ее обхаживая. Я вспоминала его взгляды, его неподдельный интерес к любым мелочам ее жизни, как он подливал ей чай и предлагал попробовать свое блюдо, как будто бы она первый раз была в собственном ресторане.

Но обвинения в адрес Фабиана не помогали, я чувствовала себя лишней и понимала, что эти дни мне придется терпеть их компанию или им — мою (резанула меня мысль). Во мне все клокотало от унижения и обиды. Я ворочалась, ворочалась и ворочалась. И самое главное, я не представляла как мне вести себя дальше. Наконец я поняла, что еще несколько часов та­ких размышлений и терзаний, и завтра на меня будет жалко смотреть. Я понимала, что уже поздно, но оставаться в номере боль­ше не могла. Быстро одевшись, я спустилась в бар. Пожилой дат­чанин принес мне чай и, видно почувствовав мое состояние, произнес:

— У психологических проблем нет решения. Твой ум созда­ет тебе проблемы, пугая тебя картинами будущего или вытас­кивая похожие ситуации прошлого. Но эти надуманные пробле­мы не имеют решения. Это только трата времени и энергии. Ре­шения имеют только реальные проблемы.

— Но он игнорировал меня весь обед! Он уделял внимание другой, — не выдержала я.

— О, ум любит обвинять других и себя, и ты задаешь себе вопросы «Почему я так страдаю?», «Почему это случилось со мной?». Все происходит только в твоей голове. Если ты будешь продолжать обвинять его, то как это поможет решить твою про­блему?

— Но, может, он все-таки начнет уделять внимание мне?

— Может, на краткий миг, из-за чувства вины, но разве ты такого внимания хочешь?

— Нет, — покачала я головой. — Я хочу любви.

— Желание любви — ненасыщаемое, и пока твой ум будет сравнивать, вешать наклейки на поведение, называть «это лю­бовь», а «это равнодушие», этому не будет конца. Вся умст­венная активность создает надуманные проблемы. Реальные проблемы не так страшны, как надуманные.

— А как мне отличить реальные проблемы от надуманных?

— Если при столкновении с проблемой ты чувствуешь раз­ные эмоции, это и есть психологическая составляющая проблем-

Эмоции мешают тебе принять правильное решение. Правиль­ное решение ты можешь принять только с холодной головой.

— Главное — сохранять спокойствие и холодный рассудок в любой ситуации, — рассуждала Ингрид. — Холодный рассу­док — вот одно из достоинств настоящей королевы. А холод­ный рассудок — это прежде всего свобода от эмоций. Мы с Ингрид и Камиллем сидели в аудиенц-зале, великолепно укра­шенном картинами, живописными плафонами на потолке и резной мебелью сливочного цвета с позолотой, и пили чай. Светлая мебель не казалась холодной и безжизненной, а на­полняла пространство светом и торжественностью. Камилль рассказал Ингрид о четырех состояниях женщины — Любов­ницы, Хозяйки, Девочки и Королевы. Ингрид указала взгля­дом наверх, и я увидела на потолке плафоны, изображающие четырех женщин: знойную африканку с укрощенным львом, величественную европейку в короне, воинственную американ­ку в головном уборе североамериканских индейцев и нежащую­ся азиатку в тюрбане. Мы стали обсуждать, что делает женщи­ну Королевой.

— Для меня состояние Королевы, — продолжала Ингрид, — это состояние независимости и самодостаточности, осознания своей власти и своего могущества. Это готовность принять бой и победить в этом бою. Это ясность мысли и острота ума. И са­мое главное — это внутренняя свобода.

— Но так трудно сохранять ясность мысли, когда перепол­няют эмоции! — заметила я.— Трудно, но возможно. Когда появляется какая-то пробле­ма или задача — мне не нравится слово «проблема», — замети­ла Ингрид, — отдели, что в ней действительно грозит твоему физическому существованию, а что является твоими страхами, чувствами, эмоциями, переживаниями.

—- К счастью, не так много проблем, которые бы грозили мо­ему существованию, — улыбнулась я.

— И я о том же. Поэтому сядь удобно и вспомни ситуа­цию, которая тебя тревожит, или в сложной ситуации выйди на несколько минут, сделай десять вдохов и выдохов через пра­вую ноздрю, зажав левую ноздрю указательным пальцем, счи­тая дыхание. И представь, как каждая твоя мысль, каждое твое переживание, каждый твой страх, связанные с этой ситуацией, вместе с выдохом превращаются в облака и уносятся по небу прочь от тебя. Посмотри, насколько эти облака эфемерны и изменчивы. Также и твои переживания эфемерны и изменчи­вы. Делай это до тех пор, пока небо твоего сознания не станет чистым и ясным. Тогда ты можешь задать себе вопрос, как поступить в той или иной ситуации.

«Как мне поступить в этой ситуации?» — все еще размышляла я по дороге в свою комнату. Я убегала оттуда в растрепан­ных чувствах и слезах, а вернулась собранной и холодной. В принципе, мне не в чем было обвинять Фабиана, между нами был лишь легкий флирт и никаких обещаний, так что он впол­не может уделять внимание другим женщинам. Просто я сама

себе напридумывала прекрасные картины будущего и больше оплакивала именно будущее, которого не будет.

Я вошла в номер, и тут меня осенила мысль, что одно из ка­честв истинной королевы — непредсказуемость.

Как-то нас учили в коучинге: надо сесть и написать мини­мум пять вариантов того, что я могу сделать в этой ситуации, включая самые сумасшедшие.

Я взяла лист и стала писать:

— я могу завтра улететь домой;

— я могу притвориться больной и вынудить Фабиана уде­лять мне внимание;

— я могу стать холодной и деловой;

— я могу уехать одна на какую-нибудь экскурсию;

— я могу сделать вид, что ничего не заметила, и вести себя мило и мягко.

Последний вариант мне нравился меньше всего, а вот идея с экскурсией и королевской холодностью мне понравилась. И вообще мне понравилась сама идея стать непредсказуемой.

— Тебе пора научиться быть непредсказуемой, — заметила Ингрид за завтраком. Весь предыдущий день я ловила на себе ее изучающие взгляды. Рано утром Камилль уехал куда-то по Делам, и мы сидели вдвоем.

— Но мне трудно быть непредсказуемой, я слишком открыта.

— И это не слишком хорошо. Я наблюдала за тобой и Ка-миллем. Когда непредсказуема ты, предсказуем мужчина. Пока он тебя до конца не знает, он не может контролировать ситуацию, ситуацию контролируешь ты. Когда мужчина (или поддан­ные) могут просчитать твою реакцию, ты становишься марио­неткой в их руках.

— Но я не понимаю, как это проявляется в реальной жизни.

— Это когда вдруг в тебе включается холодность, а для это­го нет никак внешних причин. Еще вчера ты была мягкой и неж­ной, и вдруг ты просыпаешься утром и делаешь вид, что не за­мечаешь его, занята своими делами, мыслями далеко-далеко, хо­лодно с ним разговариваешь.

— Только я с тетушкой растапливала лед в моем сердце, а теперь опять превращаться в Снежную Королеву!

— Из огня да в полымя — в этом острота жизни. Когда ты ровна и спокойна, в этом нет жизни. Я же не говорю, что надо оставаться холодной все время. Нет, как истинная королева, ты можешь то приблизить, то оттолкнуть, в один момент ты мо­жешь одарить милостью, а в следующий — приказать казнить.

— Нет, я не хочу никого казнить.

— Пока от тебя это и не требуется. Пока просто войди в со­стояние Королевы. Разве ты не играла в принцессу, когда была маленькой?

— Играла, — согласилась я.

— Когда я была маленькой, я играла в жрицу стихии Возду­ха. Моя няня говорила, что стихия Воздуха управляет состоя­нием Королевы.







Дата добавления: 2015-07-04; просмотров: 249. Нарушение авторских прав


Рекомендуемые страницы:


Studopedia.info - Студопедия - 2014-2020 год . (0.006 сек.) русская версия | украинская версия