Берлин. Ставка Гитлера. Высшее военно-политическое руководство Германии, обступив стол плотным кольцом, всматривается, на лежащую на нем оперативную карту

Высшее военно-политическое руководство Германии, обступив стол плотным кольцом, всматривается, на лежащую на нем оперативную карту, испещренную цветными значками и стрелами.

ГИТЛЕР: - Сейчас генерал Гудериан проинформирует нас о сложившейся на фронтах обстановке. Затем мы ее обсудим и примем решение как нам быть дальше.

Гитлер бросил недобрый взгляд в сторону начальника Генерального штаба сухопутных сил и сказал: «Начинайте, Гудериан!»

ГУДЕРИАН: - Группа армий «Курляндия» в Прибалтике ведет ожесточенные бои с превосходящими силами противника и ее положение на сегодняшний день достаточно устойчивое.

 

ГОЛОС ДИКТОРА: - Начальник Генерального штаба сухопутных войск, генерал-полковник Хейнц Вильгельм Гудериан (57 лет).

ГИТЛЕР: - Гудериан, от этой группы надо потребовать более активных действий. Ведь там почти 25% всех наших сил на Восточном фонте. А сейчас дорог каждый солдат и офицер.

ГУДЕРИАН: - Будет исполнено, мой фюрер! Позвольте продолжить?

ГИТЛЕР: Раздраженно.

- Докладывайте дальше, Гудериан!

ГУДЕРИАН: - Более тяжелая, на мой взгляд, обстановка складывается в Восточной Померании у группы армий «Висла». Войска 1-го и 2-го Белорусских фронтов Маршала Жукова и Рокоссовского дробя ее на части, стремительными ударами теснят к морю.

 

ГОЛОС ДИКТОРА: - Восточная Померания - историческая область на севере Польши у Балтийского побережья.

ГИТЛЕР: - Здесь тоже, Гудериан, нельзя не в чем уступать русским. Сил вполне достаточно, чтобы сохранить паритет. В группе армий «Висла» около 300 тысяч человек. Более того, все эти силы надежно прикрываются с тыла немецким флотом. О какой тяжелой обстановке может идти речь? Эта группа должна стоять как скала, сковывая силы русских, не давая им повернуть на Берлин.

ГОЛОС ДИКТОРА: - Гудериан был подавлен, но и на этот раз промолчал. После небольшой паузы начал докладывать о Земландской и Кенигсбергской группе войск в Восточной Пруссии.

ГУДЕРИАН: - На сегодняшний день в этом районе идут локальные бои. Новый Командующий фронтом, Маршал Василевский, делает основной упор на наращивание группировки, чтобы в назначенное время штурмом взять Кенигсберг, а за ним и Пиллау. Но не исключено, что удары на эти города он будет наносить одновременно.

ГИТЛЕР: Перебивая Гудериана.

- Мы вплоть до сегодняшнего дня укрепляли Кенигсберг и сделали его непреступной крепостью. Если русские вошли в Восточную Пруссию, то это не значит, что они поставили нас на колени. Кенигсберг им не взять! Вы слышите меня, Гудериан!?

ГУДЕРИАН: - Надо отдавать себе отчет в том, что мы имеем дело с сильным противником и опытными полководцами. С этим непременно надо считаться, мой фюрер. Сейчас не 41-й год.

ГИТЛЕР: - Вы, Гудериан, преклоняетесь перед Советскими Маршалами. Я постоянно от вас только и слышу: Жуков, Рокоссовский, Конев, Василевский.

ГУДЕРИАН: - Я, как Начальник Генерального штаба «Вермахта», обязан анализировать и оценивать обстановку на фронтах. Исходя из этого, я вижу, как стремительно и дерзко действуют эти Маршалы и нам под их натиском приходится отступать. Разве это не так!?

ГИТЛЕР: - Нет, Гудериан! Сегодня обычных подходов к организации отпора русским недостаточно. Нужно быть еще и тонким политиком и извлекать пользу из сложившейся обстановки. А вы этого просто не в состоянии делать.

Гитлер глазами ищет генерала Кребса и, встретившись с ним взглядом, обращается к нему:

- Вы, Кребс, работали заместителем военного атташе Германии в Москве и хорошо знаете этот народ. Вот вам я и поручаю выполнить историческую миссию, не только поднять утерянную честь «Вермахта», но и спасти Рейх.

КРЕБС: - Я это сделаю, мой фюрер! Еще не все потеряно и есть силы, чтобы сражаться.

ГИТЛЕР: - А вам, Гудериан, надо хорошо отдохнуть и подумать, почему удача уходит из ваших рук!? Надо понимать, что потеряв Кенигсберг, мы можем потерять и Германию. Так пусть он лучше будет костью в горле у русских, а Берлин станет для них непреступной крепостью.

- Тогда мы заставим Сталина и его союзников подписать выгодное для нас перемирие и сохраним престиж великой Германии. Надо только собраться с силами. Для нас еще война не проиграна! На своей земле мы должны быть во много раз сильнее, а немецкий дух должен воспрянуть над духом неполноценных народов и сломить их волю к победе.

 

ГОЛОС ДИКТОРА: - Уже после смерти Гитлера, генерал Кребс по поручению Геббельса попытается установить перемирие с советскими войсками.

В своей миссии Кребс рассчитывал на личное знакомство с Жуковым, которое состоялось у него еще до начала войны. Хорошо владея русским языком, он пытался вырвать у него такое согласие.

Но Маршал будет непреклонен и потребует безоговорочной капитуляции. Тем не менее, генерал останется до конца верным своему солдатскому долгу и в этот же день застрелится.

 

ПЕРВЫЙ ДЕНЬ

ШТУРМА КЕНИГСБЕРГА.