Люди, предпочитающие этот тип культуры склонны к интуитивному и целостному мышлению. Они быстро приходят к решению, проверяют его в уме на пригодность и если оно их не устраивает, переходят к рассмотрению другого варианта. Последовательный, пошаговый логический анализ не является их епархией и кажется им нудным занятием. Им импонирует непрерывная круговерть событий, и они стараются организовать свою деятельность так, чтобы она была максимально разнообразна. Они полагаются на "мягкие" данные, большей частью на личные впечатления (свои или тех, кто заслуживает их доверия), и не слишком ценят общепринятые "жесткие" данные представленные в отчетах и анализах. Они мыслят целостно, воспринимают и оценивают полную картину сразу, а не собирают ее по отдельным кусочкам. Интуиция и суждение - вот слова лучше всего описывающие их стиль мышления.
Люди, предпочитающие культуру власти не склонны к логическому, аналитическому и последовательному обучению, они учатся посредством проб и ошибок или моделирования. Они ожидают, что и окружающие способны обучаться аналогичным образом. Методы обучения и развития, которые культура власти обычно предлагает своим молодым сотрудникам, очень схожи с обучением подмастерья у мастера: ученик работает рядом с мастером, смотрит на его работу, когда мастер сочтет нужным, он поручает ему самостоятельную работу. В этой культуре вы обнаружите персональных помощников шефа или услышите о подающих надежду его протеже. Этим возможным наследникам обычно в качестве испытания предлагается управление небольшим подразделением организации, чтобы они могли продемонстрировать свои способности, не причинив при этом серьезного вреда всей организации. Выбор собственной модели поведения и собственной системы ценностей, которые приведут к успеху в выбранной вами профессии или организации - вот на что в первую очередь направлено обучение в понимании приверженцев культуры власти. Люди, предпочитающие этот тип культуры - люди действия и при изучении новых методов работы их обычно мало интересует теории, лежащие в основании того или иного подхода, больше интересует, что именно делают конкретные люди. Они черпают новые модели для собственного развития скорее из неформальных бесед во время ленчей на конференциях и семинарах, чем в самом ходе этих мероприятий. Представители культуры власти предпочитают перенимать опыт у похожих на них людей, а чужаки мало чему могут их научить. Кроме всего прочего, то, что руководитель-Зевс учится, обычно держится в секрете, поскольку для него признание потребности в обучении равноценно признанию собственной неполноценности.
