Поскольку человек способен жить лишь по эту или по ту сторону жизни, онподвергается двум искушениям: слабоумию и святости. Он бывает тонедочеловеком, то сверхчеловеком, но только не самим собой. При этом если онне очень боится стать меньше себя, то перспектива стать больше себя егоужасает. Привыкший к страданиям, он страшится их окончания: как ему решитьсяутонуть в бездне совершенства, ждущей его на пути святости, и в ней потерятьконтроль над собой? Сползать в сторону слабоумия или святости означаетсоглашаться выйти за пределы собственного "я". Странно, что потеря сознания,происходящая в случае помешательства, не пугает человека, в то время какперспектива приблизиться к совершенству -- очень. Мы выше Бога как раз всилу нашего несовершенства, а боязнь расстаться с нашим несовершенствомзаставляет нас бежать от святости. Мы страшимся такого будущего, при которомотчаяние покинет нас... и тогда, по окончании наших бедствий, появится ещеодно бедствие, нежеланное, бедствие, называющееся спасением; мы страшимсястать святыми... Тот, кто поклоняется собственному несовершенству, тревожится, что вконце его страданий наступит преображение. Что несовершенство исчезнет втрансцендентном свете... Уж лучше продолжать двигаться по направлению кабсолюту сумеречности, к прелестям слабоумия...
