Лежавшая у нее на коленях, соскользнула, коснулась ее ноги и стала
Подвигаться выше. Не надо, Джим, - сказала Лиз. Рука двинулась дальше. Нельзя, Джим, нельзя. - Ни Джим, ни тяжелая рука Джима не слушались Ее. Доски были жесткие. Джим что-то делал с нею. Ей было страшно, но она Хотела этого. Она сама хотела этого, но это ее пугало. Нельзя, Джим, нельзя. Нет, можно. Так надо. Ты сама знаешь. Нет, Джим, не надо. Нельзя. Ой, не хорошо так. Ой, не надо, больно. Не смей! Ой, Джим! О! Доски пристани были жесткие, шершавые, холодные, и Джим был очень Тяжелый и сделал ей больно. Лиз хотела оттолкнуть его, ей было так Неудобно, все тело затекло. Джим спал. Она не могла его сдвинуть. Она Выбралась из-под него, села, оправила юбку и пальто и кое-как причесалась. Джим спал, рот его был приоткрыт. Лиз наклонилась и поцеловала его в щеку. Он не проснулся. Она приподняла его голову и потрясла ее. Голова скатилась Набок, он глотнул слюну. Лиз заплакала. Она подошла к краю пристани и Заглянула в воду. С залива поднимался туман. Ей было холодно и тоскливо, и Она знала, что все кончилось. Она вернулась туда, где лежал Джим, и на Всякий случай еще раз потрясла его за плечо. Она все плакала. Джим, - сказала она. - Джим. Ну пожалуйста, Джим. Джим пошевелился и свернулся поудобнее. Лиз сняла пальто, нагнулась и
|
