У меня умер друг
У меня умер брат, У меня умер друг. Я ослеп и оглох, Потемнело вокруг. Занемела спина, Я сижу чуть дыша, В горле ком, в сердце боль, Тихо стонет душа.
Вот стакан, в нём вино, Сверху хлеба кусок. У свечи на столе Вдруг угас огонёк.
И как будто бы всё Изменилось вокруг: Я не чувствую ног, Я не чувствую рук.
Будто вижу я сон: Предо мною река, Берегов не видать – Широка, глубока. Дальний берег сокрыт За тумана стеной. Тихо лодка скользит По воде под луной.
В лодке нет никого – По верёвке идёт. А верёвку ко мне Кто-то тихо ведёт. Вот уткнулась в песок, Кто-то в лодку вошёл, И от берега тихо Челнок отошел. Заскользил по воде И в тумане исчез, Лишь вздохнул за спиной Заколдованный лес.
И тогда я прозрел, Пала с глаз пелена, И на берег лениво Вкатилась волна. Кто-то мне прошептал Под шипенье волны:
"Это друг твой уплыл В вечный край тишины. Не доплыть, не догнать, Не окликнуть его. Ты его проводил. Помолись за него".
Ах, какая напасть! Ах, какая беда! Если б ведать и знать Чуть вперёд иногда! Я б верёвку порвал, Я б его не пустил, В этой смертной ладье Я бы сам укатил!
За спиною моей Кто-то вновь зашептал, Будто в ухо моё Ветер мягко дышал: "Знать заранье судьбу Не дано никому. Не ропщи и не злись – Не поможешь ему. Всё имеет свой день, Всё имеет свой срок – И рожденье и смерть. И твой час не далёк".
Обернулся назад – Никого за спиной, Только лес подступил Непроглядной стеной. Предо мною течёт Нашей Жизни Река. Не осилить её – Широка, глубока.
Я один здесь стою. Брат – на том берегу. И к нему я попасть Сам собой не могу. А хотел бы догнать, И за плечи обнять, И утешить его, И, конечно, сказать:
"Не печалься, дружок, Не кручинься, браток, В новом мире твоём Ты не стал одинок. Вечно в сердце моём И в моей ты душе. Это место твоё Неизменно уже.
Не отнять, не изъять, Не занять, не забыть, И не может Река Ничего изменить. Ты навеки мне брат, Я навеки твой друг, Как всегда отыщу После долгих разлук.
Хоть в земной суете, Хоть в небесной дали Я тебя отыщу Даже в звёздной пыли. А быть может и ты Проберёшься ко мне По тропинке меж звёзд Посидеть в тишине".
А пока за окном Ярко светит луна. Я один за столом, И вокруг тишина. Вот стакан, в нём вино, Сверху хлеба кусок. Догорела свеча, И погас огонёк.
Мой стакан опустел. Разве снова налить? Может выпить ещё? Всё равно надо жить. Надо дом обойти: Всё ли ладно вокруг, Вдруг заглянет ко мне Мой братан и мой друг.
Может хлеба съедим, Может выпьем вина, Может тихо вдвоём Посидим у окна. Может песню споём, Может вместе всплакнём, Может вспомним, Как здорово было вдвоём.
Сонный берег реки И горел костерок, Запах крепкой ухи И сосновый дымок. Мягко таял закат И всходила луна: Не война и не мир, Лишь одна тишина.
Ничего, что ты в духе Заглянешь ко мне. Ничего, что мы горе Утопим в вине. Ну и что ж, что ты дух – Я приму за двоих, Только ты загляни – Сил не стало моих. Одолела печаль, Задавила тоска, В голове кавардак И трясётся рука.
У меня умер брат, У меня умер друг. Я ослеп и оглох, Всё померкло вокруг. Занемела спина, И сижу чуть дыша, В горле ком, в сердце боль, Тихо стонет душа.
Знакомый мотив
Я дом свой покинул, Ушёл воевать, Чтоб землю евреев Евреям отдать.
Тревожное время, Родная страна, Любая война Никому не нужна.
Но выбора нет, Память предков зовёт, На выручку нам Здесь никто не придёт.
Здесь наша пустыня И наши поля, Еврейскою кровью Полита земля. Здесь корни евреев, В неё лягу я, Чтоб крепче евреев Сроднила земля;
Чтоб сердцем прирос к ней Еврейский малец, Покоятся здесь Его дед и отец;
Чтоб в этих долинах И в этом саду Качала бы мама Его поутру;
Чтоб мягкой волною Вечерний прибой Ему прошептал: Засыпай, дорогой;
Чтоб замер от счастья Он в этих горах, Встречая рассвет Со слезой на глазах.
Пусть песня звучит На знакомый мотив, Пусть сердце поёт, Про беду позабыв.
Я дом свой покинул, Ушёл воевать, Чтоб землю евреев Евреям отдать.
|
