Прабхупада читал лекции в здании муниципалитета Куала-Лумпура и в храме Лакшми-Нараяны, в основном для индийцев. Он объяснял, что люди должны объединиться на духовной основе.

— Посмотрите на ООН, — сказал он. — У них все больше и больше флагов. Но при этом происходит все больше войн. Движение сознания Кришны — вот что будет настоящим ООН.

Прабхупада привез с собой слайды о деятельности ИСККОН и попросил одного из учеников прокомментировать слайд-шоу, время от времени подсказывая, что говорить. Когда появился кадр с лондонской Ратха-ятрой на Трафальгарской площади, Прабхупада подсказал преданному:

— Нет больше лорда Нельсона. Теперь будет Лорд Джаганнатха.

Встретившись с четой, предлагавшей в дар землю, Прабхупада выяснил, что договор содержит несколько важных условий. Врач и его жена сказали, что они отдадут ИСККОН большой участок земли рядом с главной автомагистралью, а храм на нем построит их строительная компания. Однако если за эти два года компания не закончит строительство, врач с женой заберут землю обратно. Прабхупада всегда был готов рассмотреть любые серьезные предложения о пожертвовании земли, поэтому принял договор, даже с этими оговорками. Но он знал, что у таких предложений, как правило, слишком много условий. Врач и его жена уже намекнули, что управлять храмом будут «индийские брахманы», а ИСККОН отведут лишь алтарь с краю.

Как-то Прабхупада беседовал с врачом (тот был гинекологом), и разговор зашел о контроле рождаемости. Прабхупада объяснил, что это греховно и привел пример. Если кто-то отравит воздух в комнате, где они с врачом сидят, то у них выбор: либо покинуть комнату, либо умереть. Подобным образом, объяснил Прабхупада, использовать противозачаточные средства — значит отравлять чрево, лишая душу прибежища, принадлежащего ей по праву.

Как и хозяин дома, где остановился Прабхупада, врач ел мясо, хотя преданные настойчиво просили его от этого отказаться. Прабхупада был мягок.

— Попробуйте прекратить есть мясо, — вдохновлял он.

Встреча состоялась в экадаши, и Прабхупада решил полностью воздержаться от еды, вновь демонстрируя свое крайнее нежелание принимать пищу в доме мясоеда.

* * *

Сидней

Мая 1971 года.

В Сиднее Прабхупаду не ждали. Первая телеграмма, которую они получили, сообщала, что он приезжает, но в следующей говорилось, что «приезд Прабхупады откладывается». Затем пришла третья телеграмма, в которой сообщалось о приезде Бали-марданы, секретаря Джи-би-си в Австралии. Поэтому, получив четвертую телеграмму с одним только словом — «Приезжаю», датой и номером рейса, преданные решили, что речь идет о Бали-мардане, а не о Прабхупаде. Взяв с собой небольшую гирлянду, преданные поехали в аэропорт. Когда же двери таможенной зоны открылись, и оттуда вышел сам Прабхупада, все просто остолбенели от изумления.

С белым дипломатом в левой руке и тросточкой в правой, в легком чадаре, наброшенном на плечи, Шрила Прабхупада вошел в здание аэропорта. Репортеры, приготовившиеся взять интервью у Бали-марданы, бросились вперед, и один из них спросил, зачем Прабхупада приехал в Австралию.

Прабхупада мягко ответил, что он ездит повсюду, подобно коммивояжеру. Коммивояжер разыскивает покупателя везде, где только можно – так и Прабхупада путешествует по всему миру в поисках людей, достаточно разумных для того, чтобы воспринять его философию.

— Не имеет значения, куда я приехал — в Австралию или куда-то еще, — говорил он. — Границы устанавливают правительства: „Это — Австралия", — но для нас весь мир — земля Кришны.

Сиднейский храм, как и самый первый храм ИСККОН, представлял собой магазинчик в нижнем этаже дома на главной деловой улице города. На зеркальной витрине магазинчика одна девушка из преданных нарисовала Радху и Кришну. Прабхупада вошел в единственную комнату и обнаружил, что в ней нет ничего, кроме простого деревянного алтаря с маленькими Божествами Джаганнатхи и большой, обтянутой тканью вьясасаны. Пол был покрыт старым ковром. В комнате висел синеватый дымок — это в подвале, на кухне, какой-то преданный неистово жег семена тмина, чтобы приправить обед Прабхупады.

Сохраняя серьезное молчание, Прабхупада не спеша направился к задней двери, чтобы заглянуть во двор. Когда он увидел у стены груду мусора и досок, серьезность на его лице сменилась суровостью.

— Что это такое? — спросил он.