Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Эмоциональный интеллект. мации мозга чрезвычайно легко поддаются влиянию, а значит, темперамент вовсе не является чем-то предопределенным






мации мозга чрезвычайно легко поддаются влиянию, а значит, темперамент вовсе не является чем-то предопределенным. В Части 4 мы обсудим, как эмоциональный опыт, приобретае­мый нами в детские годы дома и в школе, формирует наши эмо­циональные схемы, делая нас более знающими — или неуме­лыми — на основе эмоционального интеллекта. Это означает, что детство и отрочество представляют своего рода «окна воз­можностей», необходимые для закрепления существенно важ­ных эмоциональных особенностей, которые будут управлять нашей жизнью.

Часть 5 книги откроет нам, какие опасности подстерегают тех, кто в период достижения зрелости не научится управлять царством эмоций, и, в частности, как случается, что недоста­ток эмоционального интеллекта расширяет диапазон рисков: от депрессии или склонности к насилию до нарушений пита­ния и злоупотребления наркотиками. Кроме того, мы позна­комимся со школами передовых методик, где детей обучают навыкам общения и умению владеть эмоциями, которые по­могут им всегда выбирать в жизни верные пути.

Надо заметить, что наибольшую тревогу вызывают данные массового опроса родителей и преподавателей, свидетельству­ющие о возникшей во всем мире тенденции усиления неблаго­получия в эмоциональной сфере детей нынешнего поколения в сравнении с предыдущим: они более раздраженные и непо­слушные, более нервные и склонные впадать в тревогу, более импульсивные и агрессивные и чувствуют себя более одиноки­ми и подавленными.

Что же касается средства поправить ситуацию, то, по-мое­му, его следует искать в тех методах, которые мы выберем для подготовки молодежи к взрослой жизни. До сих пор мы остав­ляем эмоциональное образование нашихдетей на волю случая, всякий раз получая все более ужасающие результаты. Одним из решений проблемы явилось бы новое представление о воз­можностях школ в деле воспитания цельного человека, сводя воедино в классной комнате ум и сердце. Наше путешествие заканчивается посещением занятий в школах нового типа, име­ющих целью дать детям хорошую подготовку по основам эмо­ционального интеллекта. Я предвижу то время, когда обычной



Дэниел Гоулман


практикой в системе образования станет развитие наиважней­ших человеческих способностей, таких как самопознание, са­моконтроль и эмпатия, а также обучение умению слушать, ула­живать конфликты и поддерживать сотрудничество.

В «Никомаховой этике» — философском исследовании добродетели, характера и добропорядочной жизни — задача Аристотеля состояла в том, чтобы научить людей управлять эмоциональной жизнью с помощью интеллекта. В наших стра­стях, правильно используемых, есть мудрость: они направляют наше мышление, определяют наши ценности, руководят нашим выживанием. Но им ничего не стоит сбиться с правильного пути, что они слишком часто и проделывают. Как представля­лось Аристотелю, дело не в эмоциональности, а в уместности эмоций и их выражения. Вопрос в том, как нам привнести ум в наши эмоции — и вежливость на наши улицы и внимание и заботу в жизнь нашего общества?


Часть 1 ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ МОЗГ


Глава 1

ЗАЧЕМ НУЖНЫ ЭМОЦИИ

Только сердцем постигается истинное положение вещей, ибо самое важное скрыто от глаз.

Антуан де Сент-Экзюпери. Маленький принц

Давайте вспомним о последних мгновениях жизни Гэри и Мэри Джейн Чаунси, беззаветно любивших свою одиннадца­тилетнюю дочь Андреа, прикованную к инвалидному креслу церебральным параличом. Супруги Чаунси были в числе пас­сажиров поезда «Эмтрек», упавшего в реку, когда баржа натолк­нулась на опору железнодорожного моста через рукав в дельте реки на территории штата Луизиана. Думая только о своей до­чери, они постарались сделать все возможное, чтобы спасти Андреа, когда вода хлынула в окна вагона тонущего поезда. Каким-то образом им удалось протолкнуть девочку через окно, навстречу спасателям, но сами они, не успев выбраться нару­жу, так и остались в вагоне, ушедшем под воду.

Этот случай с родителями, совершившими героический поступок, чтобы спасти жизнь своему ребенку, служит свиде­тельством почти что фантастического мужества. История и пре­дыстория человечества насчитывает несметное число примеров, когда родители идут на немыслимые жертвы ради своих детей, и неизмеримо больше таких примеров можно найти на протя­жении эволюции человеческого рода. С позиции биологов-эво­люционистов такое родительское самопожертвование служит цели «успешной репродукции», состоящей в передаче чьих-либо генов будущим поколениям. Однако с точки зрения роди­теля, идущего на отчаянный шаг в критические моменты жиз­ни, речь идет исключительно о любви.



Дэниел Гоулман


Этот пример родительского героизма помогает понять на­значение и силу эмоций, показывая роль альтруистической любви — и любой другой испытываемой нами эмоции — в че­ловеческой жизни. Он говорит о том, что наши глубочайшие чувства, страсти и стремления являются необходимыми для нас проводниками и что род человеческий во многих отношениях обязан своим существованием их действенному присутствию в людских делах. Их власть необычайно велика: только огром­ная любовь, вылившаяся в стремление спасти обожаемого ре­бенка, могла заставить родителя презреть инстинкт самосо­хранения. С точки зрения здравого смысла их самопожертво­вание было достаточно неразумным; с точки зрения чувств они не могли поступить иначе.

Строя догадки о том, почему эволюция отвела эмоциям столь важную роль в человеческой психике, специалисты по социобиологии указывают на превосходство сердца над голо­вой в такие критические моменты. Они считают, что наши эмо­ции руководят нами, когда мы оказываемся в затруднительном положении и сталкиваемся со слишком важными задачами, чтобы их решение можно было предоставить одному только интеллекту, — при опасности, причиняющей боль утрате, упор­ном продвижении к цели, несмотря на разочарования, завязы­вании отношений с партнером, создании семьи. Каждая эмо­ция предполагает характерную для нее готовность к действию, каждая указывает нам направление, которое уже хорошо себя зарекомендовало при решении повторяющихся сложных задач, которые ставит перед человеком жизнь. В процессе повторе­ния этих вечных ситуаций на протяжении истории нашего эво­люционного развития ценность нашего эмоционального репер­туара для выживания в них подтверждалась его закреплением в нервной системе в виде врожденных автоматических стремле­ний человеческого сердца.

Рассматривать человеческую природу, не учитывая силу эмоций, значит проявлять прискорбную близорукость. Само название Homo sapiens {лат. человек разумный), мыслящий вид, вводит в заблуждение в свете нового понимания и видения ме­ста эмоций в нашей жизни, предлагаемых ныне наукой. Как всем нам хорошо известно по опыту, когда дело доходит до вы-


Эмоциональный интеллект



работки решений и определения линии поведения, чувство принимает во внимание каждую мелочь не меньше, а зачастую и больше, чем мышление. Мы зашли слишком далеко, делая упор на значении и важности чисто разумного — того, что из­меряется коэффициентом умственного развития, — в челове­ческой жизни. К лучшему или худшему, но интеллект может оказаться бесполезным, если власть захватят эмоции.

Когда страсти преобладают нал рассудком

Это была трагедия ошибок. Четырнадцатилетняя Матиль­да Крэбтри просто разыграла своего отца: она выскочила из чулана с воплем «Пу-у-у!», когда ее родители вместе возвраща­лись утром из гостей.

Но Бобби Крэбтри и его жена думали, что Матильда прове­ла эту ночь у друзей. Входя в дом и услышав какой-то шум, Крэбтри потянулся за пистолетом калибра 9 миллиметров и вошел в спальню Матильды, чтобы выяснить, в чем дело. Ког­да дочь выскочила из чулана, Крэбтри выстрелил ей в шею. Матильда Крэбтри скончалась через двенадцать часов.

Нашим эмоциональным наследством, доставшимся нам от эволюции, является страх, мобилизующий нас на защиту на­шей семьи от опасности. Именно он побудил Бобби Крэбтри схватить пистолет и поспешить расправиться с незваным гос­тем, который, как он думал, незаконно проник в его дом^Сгршх _заставил Крэбтри выстрелить, прежде чем он успел полностью осознать, в кого он стреляет, и даже прежде чем он узнал голос собственной дочери. По мнению биологов-эволюционистов, автоматические реакции такого рода прочно закреплены в на­шей нервной системе, поскольку в течение длительного кри­тического периода в предыстории человечества они определя­ли грань между жизнью и смертью. Но еще важнее то, что они способствуют осуществлению главной задачи эволюции: обес­печивать возможность производить потомство, которое продол­жит передачу этих самых что ни на есть генетических склонно­стей, по горькой иронии ставших причиной трагедии в доме Крэбтри.



Дэниел Гоулман


Но хотя эмоции всегда служили нам мудрыми советчиками на протяжении долгого периода эволюции, новые реалии, пред­лагаемые нам нынешней цивилизацией, сформировались с та­кой быстротой, что эволюция со своей степенной поступью за ними уже явно не поспевает. В самом деле, первые законы и пред­писания этики, такие как свод законов Хаммурапи*, десять за­поведей евреев, эдикты императора Ашоки, можно расценить как попытки обуздать, смягчить и цивилизовать проявление эмоций. Как замечает Фрейд в книге «Цивилизация и вызванная ею не­удовлетворенность», общество было вынуждено навязать правила извне, дабы усмирить волны перехлестывающих через край эмо­ций, бесконтрольно бушевавших внутри.

Несмотря на все социальные ограничения, страсти то и дело преобладают над рассудком. Эти особенности человеческой на­туры определяются характером ментальной сферы. Если же го­ворить о биологической конструкции главного нервного кон­тура эмоций, то рождаемся мы с тем, что лучше всего зареко­мендовало себя в работе на протяжении последних 50 000 по­колений людей, я подчеркиваю, не последних 500 поколений и, уж конечно, не последних пяти. Неторопливо и осмотритель­но действующие силы эволюции, сформировавшие наши эмо­ции, производили свою работу в течение многих миллионов лет. Прошедшие 10 000 лет, несмотря на очевидно быстрый подъем цивилизации и взрывной рост населения с пяти миллионов до пяти миллиардов, оставили незначительный отпечаток в наших биологических матрицах, лежащих в основе эмоциональной жизни.

Хорошо это или плохо, но наша оценка каждой неожидан­ной встречи с кем-либо и реакция на такую встречу являются результатом не только здравых суждений и нашего личного опы­та, но еще и наследия далекого прошлого, формирующего в нас черты, приводящие подчас к трагическим последствиям, о чем свидетельствуют печальные события в доме Крэбтри. Короче

* Хаммурапи (18 в. до н.э.) — царь Вавилона. Его творческая рука коснулась всех сторон жизни. Это видно из его знаменитых законов. Из 272 статей сохранилось 247: уголовное право, судопроизводство, кража, грабежи, торговля, семья, градостроительство, кораблестроительство, рабство и др. — Примеч. пер.


Эмоциональный интеллект



говоря, мы слишком часто беремся за решение дилемм XX века, имея в распоряжении эмоциональный репертуар, приспособ­ленный для нужд плейстоцена*. Эта неприятность и составля­ет предмет данной книги.

Побуждения к действию

В один прекрасный день ранней весной я ехал по шоссе че­рез горный перевал в Колорадо, как вдруг внезапный снегопад скрыл машину, двигавшуюся на небольшом расстоянии впере­ди меня. Я всматривался в кружащиеся передо мной снежные вихри, но ничего не могразглядеть в ослепительной белизне сне­га. Нажимая ногой на педаль тормоза, я чувствовал, как беспо­койство наполняет тело, и слышал тяжелые удары сердца.

Беспокойство переросло во всепоглощающий страх; я съе­хал на обочину дороги, чтобы переждать метель. Через полчаса снегопад прекратился, видимость восстановилась, и я продол­жил свой путь — но только затем, чтобы, едва преодолев не­сколько сотен ярдов дальше по дороге, снова остановиться там, где бригада «скорой помощи» оказывала помощь пассажиру автомобиля, врезавшегося в заднюю часть притормозившего автомобиля, ехавшего впереди; столкновение вызвало затор на шоссе. Если бы я продолжил движение при слепящем снегопа­де, то, вероятно, налетел бы на них.

Предостерегающий страх, охвативший меня в тот день, воз­можно, спас мне жизнь. Подобно кролику, в ужасе застывше­му при одном намеке на пробегающую мимо лису, или простей­шему млекопитающему, прячущемуся от нападающего дино­завра, я оказался во власти некоего внутреннего состояния, которое заставило меня остановиться, насторожиться и обра­тить внимание на надвигающуюся опасность.

Все эмоции, по существу, представляют побуждение к действию, мгновенные программы действий по обращению

* Плейстоцен — последняя современная система геологической ис­тории Земли, охватывающая и современную эпоху; продолжается около 700 000—1 млн лет. Важнейшим событием этого периода было появле­ние человека.


22 Дэниел Гоулман

с жизнью, которые эволюция постепенно прививала нам. Собственно корнем слова «эмоция» является латинский гла­гол «motere», означающий «двигать, приводить в движение», с приставкой «э-», придающей дополнительное значение на­правленности вовне: «отодвигать, удалять» и говорящей о том, что каждая из эмоций подразумевает стремление дей­ствовать. В том, что эмоции приводят к действиям, легче все­го убедиться, наблюдая за животными или детьми; это толь­ко у «цивилизованных» взрослых мы столь часто обнаружи­ваем колоссальное отклонение от нормы животного царства: эмоции — основные стимулы к действию, — разошедшиеся с очевидной реакцией.

Каждая эмоция в нашем эмоциональном репертуаре игра­ет уникальную роль, раскрываемую их характерными биологи­ческими отличительными чертами (более подробно об «основ­ных» эмоциях см. Приложение А). Приняв на вооружение но­вые методы, позволяющие «заглянуть» в тело человека и его мозг, исследователи открывают все больше физиологических подробностей, касающихся того, как каждая эмоция готовит организм к совершенно разным ответным реакциям.

• В минуту гнева кровь приливает к кистям рук, позволяя быстрее и легче схватить оружие или нанести удар врагу; увеличивается частота сердечных сокращений, а выброс гормонов, например, адреналина, обеспечивает заряд энер­гии, вполне достаточный для решительных действий.

• Когда человека охватывает страх, кровь устремляется к большим скелетным мышцам, в частности, к мышцам ног, помогая быстрее убежать от опасности; человек при этом бледнее, что происходит в результате оттока крови от го­ловы (появляется ощущение, что кровь «стынет в жилах»). В этот момент цепенеет тело, хотя и ненадолго, вероятно, давая время оценить ситуацию и решить, не будет ли луч­шим выходом поскорее спрятаться в укромном месте. Схе­мы в эмоциональных центрах головного мозга запускают механизм выброса гормонов, приводя тело в состояние общей боевой готовности, заставляя его сгорать от нетер­пения и подготавливая к действию, а внимание сосредо-


Поможем в написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой





Дата добавления: 2015-10-19; просмотров: 334. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.023 сек.) русская версия | украинская версия
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7