Фаллическая (эдипова) стадия

Зона и модусы. На третьей стадии по Фрейду (примерно между 3 и 6 годами) озабоченность ребенка анальной зоной уступает место интересу к генитальной зоне. Теперь дети направляют внимание на собственные гениталии и проявляют любопытство к половым органам других людей. Они также начинают представлять себя в роли взрослых и даже осмеливаются соперничать с одним из родителей, добиваясь любви другого. Они вступают в период эдипова кризиса.

Эриксон назвал основной модус этой стадии интрузией (вторжением). Этим термином он хотел передать фрейдовский взгляд на ребенка в этом возрасте, ставшего теперь излишне смелым, любопытным и конкурентоспособным. Термин «интрузия» описывает активность пениса мальчика, но как общий модус он подразумевает много большее. Развитие физических и психических способностей подталкивает и мальчиков и девочек к совершению различных интрузивных действий. «Они включают в себя интрузию в тела других людей посредством физической атаки; интрузию в уши и психику других людей посредством агрессивной речи; интрузию в пространство посредством энергичного передвижения; интрузию в неизвестное посредством всепоглощающего любопытства» (Erikson, 1963, р. 87).

Главная отличительная особенность стадии: инициатива против вины. Инициатива, подобно интрузии, подразумевает движение вперед. Инициативный ребенок строит планы, ставит перед собой цели и упорно стремится их достичь. К примеру, я обратил внимание на некоторые виды активности одного из моих сыновей, когда ему было 5 лет. В течение одного дня он решил выяснить, насколько высоко он сможет выстроить свои кубики; придумал игру, которая заключалась в определении того, кто прыгнет выше всех на кровати родителей; и потащил семью на новый кинофильм, в котором было много бурной деятельности и насилия. Его поведение приняло целенаправленный, состязательный и экспрессивный характер.

Кризис возникает тогда, когда дети осознают, что их самые грандиозные планы и самые лелеемые надежды обречены на неудачу. Конечно, эти амбиции носят эдипов характер, — связаны с желанием обладать одним из родителей и соперничать с другим. Ребенок обнаруживает, что эти желания нарушают глубоко укоренившиеся социальные табу и что они намного более опасны, чем ему представлялось. Как следствие, ребенок интернализует социальные запреты — порождающее вину суперэго, — чтобы держать подобные опасные импульсы и фантазии под контролем. Результатом становится новая форма самоограничения. Отныне и навсегда наивная избыточная энергия и смелость индивидуума будут уравновешены самонаблюдением, самоконтролем и самонаказанием (см. рис. 12.1).

На взгляд Эриксона, формирование суперэго представляет собой одну из величайших трагедий жизни. Хотя суперэго необходимо для социализированного поведения, оно душит смелую инициативу, с которой ребенок встречал жизнь на фаллической стадии. Тем не менее Эриксон не впадал в крайний пессимизм. Он заметил, что в 3-6 лет дети больше, чем в любом другом возрасте, готовы живо и жадно учиться и что они стремятся направить свои амбиции на социально полезные цели (р. 258). Родители могут облегчить этот процесс, несколько умеряя свою власть и разрешая детям участвовать вместе с ними

на равных в разных интересных начинаниях. Тем самым, родители могут помочь детям выйти из кризиса этой стадий с твердым чувством целеустремленности (purpose), «мужеством, позволяющим намечать и преследовать достойные цели», которому не мешают чувство вины и запреты (Erikson, 1964, р. 122).