Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Фазы смерти




 

Первой ласточкой была книга американского врача Элизабет Кюблер-Росс "Интервью с умирающими". Наблюдая за своими па­циентами, она заметила, что в процессе умирания можно выделить пять стадий. Начинается он в тот момент, когда больной впервые всерьез задумывается о возможном смертельном исходе своей болез­ни. Эту мысль еще можно отогнать, но в глубине души человек уже знает, что конец близок. Вторая стадия начинается, когда мысли о приближающейся смерти уже не отгоняются, а вновь и вновь появ­ляются на пороге сознания. Тогда умирающий хочет доказать себе и окружающим, что он еще здесь. Он тиранит родных, санитаров, от­казывается принимать посетителей. Может быть, они хотят попро­щаться? Ну, уж нет, он не уйдет! На третьей стадии больной призна­ет, что должен умереть. Но только не теперь! И он начинает тор­говаться - с врачом, с Богом. Да, до сих пор он расходовал жизнь бездумно, но если бы он мог прожить еще хоть несколько месяцев, он использовал бы их гораздо лучше. На четвертой стадии становит­ся ясно, что смерть приближается не вообще, а именно сейчас. На­ступает депрессия, которая продолжается до тех пор, пока на пятой стадии больной не говорит смерти "да". Он становится спокойным, умиротворенным и даже утешает родственников. Разумеется, не все пять стадий должны быть одинаково четко выражены. При улучше­нии самочувствия больной может даже вернуться на одну из ранних стадий. Однако такое течение процесса типично и подтверждается многочисленными наблюдениями.

Кюблер-Росс рассматривает не только симптомы смерти, но прежде всего самого человека. И это замечательно, что в основе со­временных исследований смерти лежит не рациональный интерес к процессу, но интерес и участие к человеку. Наука гуманна лишь тог­да, когда основана на подобном участии. Кроме того, если мы хотим понять процесс умирания, то само мышление исследователя должно быть процессуальным, не ограничиваться описанием фактов, а пони­мать их как шаги на пути. Исследователь должен в познании пройти тот путь, который умирающий проходит на самом деле. Если чело­век, находящийся рядом с умирающим, скажем, даже санитар в боль­нице, ясно представляет себе происходящие процессы - это уже зна­чительная поддержка. Больной перестает чувствовать себя брошен­ным, одиноким, его не терзают ненужными соболезнованиями, а с пониманием провожают.

И еще один важный момент в современных исследованиях смер­ти: они исходят из конечной цели, рассматривают процесс с точки зрения именно смерти, которая вторгается в конечный отрезок жиз­ни. С этой точки зрения депрессию четвертой стадии вполне можно понять как подготовку к прощанию. При приближении к порогу смерти больной отказывается от своего эгоистического настроя и постепенно вырабатывает новый, собственный взгляд на ценность и смысл человеческой жизни. И депрессия становится переходом к следующей стадии, к умиротворенному взгляду на идущую к концу жизнь.

Кроме пяти стадий Кюблер-Росс, учитывающих отношение уми­рающего к окружающему миру, возможно также выделить четыре фазы изменения сознания. Иногда они проявляются в характерных снах, которые, однако, редко напрямую говорят о том, что обознача­ют. Например, во сне человек вряд ли увидит свои похороны. (Заме­чу, что картины смерти в снах чаще всего означают не близкую смерть, а сильное переутомление или недавний разрыв с кем-то из близких.) В большинстве случаев мотив смерти бывает замаскиро­ван, облачен в некие символы. Символические сны о смерти на­столько свободны в своих проявлениях, что неумелое истолкование после пробуждения может полностью исказить их смысл.

Вблизи смерти символические картины появляются не только во сне, но и в период бодрствования, они перемежаются с картинами нормального сознательного мировосприятия. Иногда центр поля зрения может быть занят внутренней картиной, в то время как по краям сохраняется оптическое восприятие. Например, умирающий ощущает себя сидящим в поезде, который все быстрее мчится сквозь туннель. В конце туннеля уже виден свет. Туннель - это соб­ственное больное тело, свет - мир, куда больной попадает после смерти, а все растущая скорость поезда - привлекательность того, что находится в потустороннем мире. Для умирающих эти внутрен­ние картины зачастую столь же реальны, как видимые глазами. И то, и другое вместе составляет реальность, в которой он живет. Поэтому умирающий может спросить племянницу, сидящую возле его постели: "А когда ты вошла и куда едешь?" Племян­ница ничего не подозревает о поезде и о туннеле и решает, что на­чалось предсмертное умственное помешательство, о котором так много говорят. Но ведь умирающий твердо знает, что племянница приехала вчера, чтобы ухаживать за ним, что она оставила двух своих детей соседям, но не знает, что туннель и железная дорога это его внутренние картины, в которых не участвуют другие люди.

На этой первой стадии изменения сознания мышление уже отме­жевывается от материального мира. Человек еще отождествляет се­бя со своим физическим телом, еще остается в туннеле, но ему уже открылась возможность существования вне тела. Внутренние карти­ны приобретают большую власть, чем оптические, и, оттесняя пос­ледние в сторону, занимают центральное место. Начинающееся ос­вобождение от тела и даже стремление к этому освобождению про­является и в поведении умирающего. Он отбрасывает одеяло в сто­рону, пытается покинуть комнату, пусть даже через окно. На самом деле, дело не в комнате. Его тяготит собственное тело, от которого он хочет освободиться. Если у больного еще достаточно физических сил, то окружающим надо быть бдительными, потому что отделение души от тела и подъем с кровати для него так же мало отличаются друг от друга, как внутренние и внешние картины.

Вторая фаза изменения сознания начинается, когда умирающий перестает отождествлять себя с собственным телом, а наблюдает за ним как бы извне. Один человек, попав в автокатастрофу, был вы­брошен на проезжую часть и лежал без движения и, по-видимому, без сознания. При этом он как бы наблюдал за собственным непод­вижным телом с высоты примерно двух метров, зная, что серьезно ранен, но не мертв. Он видел, как останавливаются другие машины, как вокруг тела собираются люди, слышал, как кто-то сказал, что он мертв. Человек испугался, что на его травмы не обратят внима­ния, не поймут, что он жив, будут обращаться с ним, как с трупом. Это и другие подобные происшествия свидетельствуют, что многие люди, без сознания или умирающие, чувствуют происходящее с ними и вокруг них.

Я знаю одного врача, который при лечении человека в бессозна­тельном состоянии всегда объяснял вслух, что именно он в данный момент делает: "Я делаю вам укол, я измеряю температуру..." Это очень мудро. Возможно, эти слова не достигнут сознания больного, но может быть и так, что они не позволят телу во время беспамятст­ва стать чужим для человека. Во всяком случае, этот врач относился к больному как к человеку. Это уже вполне оправдывает его мето­дику.

Отделение сознания от тела продолжается, если переживание близости тела исчезает и умирающий чувствует, что он, например, сидит в самолете и смотрит с высоты на свой родной город. Положе­ние в пространстве теперь непрерывно меняется. Поле зрения уже не привязано к определенной точке вблизи тела, и взгляд направлен не только на тело, но и на весь окружающий мир. Последний рубеж сознания перейден, умирающий чувствует, что свободно парит, пол­ностью освободившись от бремени собственного тела и тягот земно­го существования. Содержание сознания определяется уже не при­надлежностью к физическому телу, а силой импульса развоплощаю­щегося человека.

Ощущение перерастания границ физического тела может воз­никнуть и в других обстоятельствах, скажем, во время сильного пе­реутомления иногда "распухает" голова, мысли как бы пытаются вырваться за пределы черепной коробки. Изменившееся восприятие по каким-то причинам не может удержать ощущение прежних рамок физического тела. При приближении к смерти подобные ощущения могут усилиться.

Иногда больной слышит треск, грохот или стоны откуда-то из­дали или, если ощущения локализованы, снизу. Он жалуется, что со­седи снизу шумят, стучат молотком, что в кровати лопнула пружина. В подобных шумах, а зрительно - в темных тенях, возникающих пе­ред глазами, начинают проявляться контакты больного с потусто­ронним миром. Впрочем, в обеих описанных выше фазах сознание умирающего еще направлено на этот мир, который он покидает.

Во время третьей фазы земной мир исчезает, и умирающий на­чинает видеть образы из какого-то другого мира, слышать голоса, зовущие его по имени. Часто это голос матери или какого-то друго­го близкого человека, может быть даже хор голосов. Иногда слы­шатся призывы типа "иди к нам, сюда". Звуки могут дополняться ви­дениями, как правило, дорогих, давно умерших людей. Самое большое впечатление на умирающего обычно производит взгляд этих людей - ищущий, умоляющий, завораживающий. Как маленький ре­бенок осваивается в мире путем зрительного контакта с матерью, так и умирающий находит свою новую родину и осваивается в ней, чувствуя на себе чьи-то взгляды.

Мотив взгляда часто встречается в снах незадолго до смерти. Че­ловек идет по чудесной поляне, у цветов вместо цветков - глаза, сот­ни глаз, которые пристально, внимательно осматривают его. Или человек стоит в большом зале, увенчанном куполом, выложенным голубой мозаикой; самый верхний камень свода - огромный глаз, ко­торый смотрит на спящего с высоты. Или человек идет по туманно­му парку и вдалеке видит скалу. Вблизи она принимает вид кого-ни­будь из дорогих ему умерших, который внимательно, проникновенно на него смотрит.

На пороге смерти подобные ощущения взгляда встречаются и в период бодрствования. Взгляд не просто останавливается на умираю­щем, а проникает внутрь его души. Не осматривает, а видит насквозь и судит - не так, как один человек может изучающе осматривать и судить другого, - сам взгляд уже заключает в себе решение. И это решение не чуждо для умирающего. Если он будет абсолютно чес­тен с самим собой, то увидит себя именно так.

Самое удивительное событие подобного рода - появление при­зрака так называемого "монгола", фигуры с совершенно неподвиж­ными чертами лица, по которым невозможно определить даже воз­раст. Но неприступный облик резко контрастирует со взглядом. Этот взгляд - как бы встреча умирающего с самим собой, отражает его суждение о самом себе. Отчужденность фигуры, неприступность показывает, что на пороге смерти и по ту ее сторону человек пере­стает себя видеть так, как видел в течение жизни. Мы часто бываем изумлены, узнав, что думают о нас другие люди. Мы можем считать их суждение неверным, не придавать ему значения. Но ощущение, возникающее на пороге смерти, неумолимо, против него бессильно любое самооправдание. Человек учится видеть: да, это я.

Иногда являются умершие, и с ними происходят разговоры. Ино­гда отчетливые светящиеся фигуры, очень притягательные. Подоб­ные фигуры больные часто отождествляют с Христом или ангелами. Однако чаще всего это говорит лишь о том, что умирающий пред­ставлял себе Христа и ангелов похожими на увиденные образы. Бес­спорно лишь то, что речь идет не об умерших, а о сверхчеловече­ских существах. Узнать более точно, с кем. произошла встреча, чаще всего не удается. Но если умирающий еще раз вернется к спокойно­му размышлению, то, вполне вероятно, сможет почувствовать, при­ближался ли этот световой фантом с жестом, обращенным лично к нему, как бы защищая или покрывая, что указывает на встречу с ан­гелом, или же жест был сверхличным, общечеловеческим, когда умирающий принимается, как человек, что может указывать на бо­лее редкую встречу со Христом. Таким образом, не следует всегда думать о самом высоком, встречаясь с подобными переживаниями.

Видения различаются у пожилых людей и у детей. Даже когда после долгой болезни или в очень преклонном возрасте мысли уже давно настроены на смерть, появление светящихся сверхъестествен­ных существ все равно будет неожиданностью. Контраст с земной жизнью очевиден, и все же новое знание воспринимается как нечто само собой разумеющееся, как подтверждение того, что человек все­гда в глубине души знал, даже если это и противоречило его миро­воззрению. Когда умирающий пожилой человек обживается в этом новом, светлом мире, его глаза приобретают мягкий, нежный блеск, который замечают родственники. Для умирающих детей в потусто­роннем мире еще меньше неожиданного, для них смерть - как воз­вращение из далекого путешествия в родной дом. Знание о духовной действительности появляется не из глубин подсознания, а приходит как вполне понятное воспоминание, с помощью которого легче ори­ентироваться.

На четвертой стадии изменения сознания умирающий уже чувст­вует себя в этом новом мире как дома. Он не только сам совершенно спокоен, но и как бы излучает мир и спокойствие, утешает и благо­словляет родственников и близких. Раньше люди придавали большое значение тому, чтобы успеть получить благословение умирающего. Отчего же знание силы этого последнего благословения стало нын­че таким редким? Зависит ли это от умирающих или от близких, ко­торые не отваживаются принять реальность смерти и вести себя со­ответственно?


Поможем в написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой





Дата добавления: 2015-09-15; просмотров: 326. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.02 сек.) русская версия | украинская версия
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7