Первые затруднения докладчика.

-- Я-то понял, что вы разъяснили, но вы-то, вот, не поняли, что я спрашивал. Пускай пчёлы действовали по инстинкту. Это так. Но откуда же у них явилась мудрость так делать? Кто научил их этому? Кто и когда дал им эту мудрость? Вот, о чём я спрашиваю. Поняли ли вы теперь? -- в свою очередь спросил он докладчика.

Матюнин и теперь ответил гладко, бойко, без запинки, словно готовое читал по книжке:

-- Прекрасно понял я и в первый раз ваш вопрос. Я только не закончил свою речь. Вам теперь уже понятно, что пчёлы работают по инстинкту, бессознательно. Остается объяснить только: откуда взялся у пчёл такой мудрый инстинкт? Как создался? Он создался привычкой. Инстинкт, это привычка. Мы, например, привыкли с детства ходить ногами, у каждого есть своя походка, и теперь мы уже не обдумываем, как ступать, нога сама уже это делает по привычке, по инстинкту. И таких привычек у нас много, которых мы даже не замечаем. Вот например, когда мы пишем, мы уже не следим за тем, как выводить буквы: сама рука выводит их по навыку; мы только за одними мыслями следим, а буквы выписываются как будто сами, без нашего внимания к ним. Такие, вот, привычки имеются и у животных. Они выработались многими годами, тысячами лет. Пчёлы выработали свои инстинкты в течение долгого времени. Теперь должно быть для Вас ясно: откуда взялся у пчёл инстинкт, кто дал им эту поразительную мудрость строить свои гнёзда и класть в них мёд. Привычка всё объясняет.

И это объяснение докладчика привело в восхищение молодых людей. Нужно отдать ему честь, он умел говорить ясно, отчётливо -- примерами и подобиями. Такая речь убеждала и покоряла. Но её легко разбивали немудрёные вопросы простого мужика Демьяна.

-- Стало быть, -- задал он Матюнину вопрос, -- пчёлы тысячи лет назад были умнее и ученее даже теперешних архитекторов и всех других учёных людей?

-- Как так? -- изумился докладчик. Но изумление его было напускным, притворным. Он сразу же понял из вопроса своего собеседника, что попал впросак, из которого ему теперь не выбраться.

-- Вот как! -- отвечал Д. Л. -- Наши учёные и теперь не могут сделать такую мудрёную работу, какую делают пчёлы: им ни за что не собрать мёд с цветочков и травок, а пчёлы это делают легко. А я читал когда-то (у меня, ведь, пчельник свой, -- пояснил он, я поэтому читал разные книжки по пчеловодству), что пчёлы прибавляют к мёду 25 % воды и немного какого-то противогнилостного вещества. Делают это они для того, чтобы предохранить мед от брожения. Вот, ведь, они какую ещё мудрость знают. Они мудрее всех нас. И к этой мудрости они привыкли, как вы говорите, ещё тысячи лет назад. Мы, вот, и теперь ещё не знаем того, что знают пчёлы: а они, вишь, как давно это постигли -- тысячи лет назад. Так скажи же, пожалуйста, дорогой мой, откуда у них мудрость сия? Кто их научил ей? Мы, вот, и писать-то не можем выучиться сами, нас этому учат, да даже и ходить учат нас. Ну, а пчёл, кто научил такой мудрости, которой не могут постичь даже учёные?

Понятны и отчетливы были разъяснения докладчика, но вопрос Д. Л. был ещё отчетливее и понятнее. Он поставил Матюнина прямо-таки в безвыходное положение. Тот не знал, что отвечать своему совопроснику. Замешательство его было всем очевидно. Председатель попробовал было его выручить.

-- Вы говорите по вопросу доклада, -- заявил Альтшуллер Д. Л.-чу, -- а не о пчёлах. Откуда произошла вера в Бога? Вот тема доклада, а вы о пчёлах завели речь. Как председатель собрания, я не могу допустить обсуждение посторонних вопросов, не относящихся к докладу.

Говорил это председатель для того, чтобы сорвать вопрос Д. Л. Но это ему не удалось. Публика, как ни была сера по своему деревенскому составу, отлично поняла, к чему ведут вопросы Лукича. После заявления председателя она заволновалась, загудела, как пчелиный рой; то и дело слышались возгласы:

-- Дайте Демьяну Лукичу говорить!

-- Он правильно поставил вопрос! По докладу!

-- Пчёлы укажут вам, откуда произошла вера в Бога!

-- Отвечайте на вопрос! Отвечай-те! Всё настойчивее и смелее раздавались голоса из публики.

-- Ай, да Демьян, -- восхищались им некоторые из слушателей, -- вот тебе и пчёлы! Вот тебе и неучёный мужик!

-- Я, ведь, говорил, что он посадит их в мешок, -- вот и посадил, -- заметил один из почитателей Д. Л-а.

Хитрый мужик, говорили и в среде молодых товарищей и недоумевали, почему вопрос его оказался не под силу их кумиру Матюнину.