Прозвище короля рождалось в дворцовых коридорах, на городских улицах, в сельских тавернах. Оно было в полном смысле слова творением народа. Впрочем, в одно имя трудно было бы уложить все качества правителя, поэтому он часто имел несколько разных прозвищ, иногда и противоречащих друг другу. Кроме того, следует учитывать, что, хотя прозвище, безусловно, отражало реальные качества владыки, оно нередко бывало продуктом так называемой историографической традиции. Из всех прозвищ короля, в равной степени справедливых с исторической точки зрения, выбиралось одно, которое становилось основным, главным, наконец, официальным. Это могло произойти еще при жизни правителя при помощи какого-нибудь хрониста, разумеется, пристрастного; это могло быть и делом вкуса одного из первых историков, который выбрал для удобства обозначения одно из прозвищ, и оно вошло во все позднейшие книги. Вообще же, видимо, все правители имели прозвища: молсет быть, не все до нас дошли, может быть, какие-то не были яркими и оригинальными, а другие не прижились. Так или иначе, королевских прозвищ история сохранила великое множество; строит лись они по разным принципам.
Первый и самый простой — это обыгрывание внешности правителя. Так появились Пипин Короткий, Карл Лысый, Фридрих I Барбаросса, имевший замечательную рыжую бороду, Филипп IV Красивый и другие. Часто название отражало тип деятельности, к которому владыка был более всего расположен или который отличал его от других. Так, в Леонском королевстве появляется Рамиро Монах, выбранный на трон из монахов и ушедший в конце жизни в монастырь; на протяжении всего средневековья существует большое количество королей-воинов: Вильгельм Завоеватель, покоривший Англию, Альфонсо Воитель и Хайме Завоеватель, сражавшиеся с мусульманами, и другие; в Португалии с началом эпохи географических открытий инфанта Энрике нарекают Мореплавателем за его заморские экспедиции... Многие прозвища королей выражали отношение к их качествам как к воинам: были Карл Смелый Бургундский, Филипп Храбрый Бургундский, Санчо Сильный Наваррский, Гарсия Дрожащий Наваррский, Ричард Львиное Сердце Английский и др. В прозвищах отмечались и неудачи политических мероприятий короля: так, английский король Иоанн Безземельный, потерявший в войнах с французским королем Филиппом Августом практически все французские территории Плантагенетов; был византийский император Василий Болгаробойца, учинивший жестокую расправу над болгарами, и т. д.
Некоторые прозвища отмечали особые черты характера правителя, его склонности: Педро Жестокий Португальский, Альфонсо Кроткий Арагонский, Педро Церемонный Арагонский, Карл Безумный Французский, Лоренцо Великолепный, тиран Флоренции, двор которого блистал роскошью и изящной утонченностью, и т. д. Особо всегда отмечались качества набожности королей и их угодности Богу: Людовик Благочестивый Французский, Иштван Святой Венгерский, Фернандо Святой Леонский, Людовик Святой Французский, Владимир Святой Русский и т. д. Это же относится и к прозвищам, акцентирующим сугубую образованность и дальновидность правителя: Санчо Мудрый Наваррский, Карл Мудрый Французский, Альфонсо Мудрый Кастильский, Ярослав Мудрый Русский и другие.
Были прозвища и более общего плана, которые отмечали, скорее, каким было время правления того или иного короля, отражали отношение к нему как к государю, а не к личности, наделенной всякими человеческими свойствами. К таким «общим» именам можно отнести: Карла Великого, Кнута Великого, Санчо Великого Наваррского, Альфонсо Великого Кастильского, Иоанна Доброго Французского, Филиппа Доброго Бургундского, Карла Злого Наваррского и прочих.
Вообще же королевские прозвища, особенно второго плана, были очень многообразны — всех и не назовешь. Короли оказывались Справедливыми, Щедрыми, Тружениками, Законниками, Мохнатыми, Толстыми и т. д.
