Ну почему мне так не везет? – вздохнул Саша. – У всех нормальных людей собаки лишь лают и поскуливают, и только мне, неизвестно за какие грехи, досталась говорящая!

Истине пасть не заткнешь! – торжественно провозгласил Мелхиседек. – А понимаешь ты меня, потому что говоришь на Всеобщем Языке. Или ты забыл об этом? Кстати, если верить твоему любимому Коэльо, Эрнест Хемингуэй тоже говорил на Всеобщем Языке. Очевидно, он заодно погрузился в Душу Мира и достиг Великого Творения, после чего благополучно покончил с собой. Ты, кстати, не помнишь, как именно – повесился, застрелился или отравился?

Застрелился, кажется, – сказал Саша. – Я не понимаю, к чему ты клонишь?

К тому, что если уважающее себя живое существо хоть что-то смыслит в этой жизни, оно не станет плевать в Душу Мира, а заодно и в свою собственную душу, пуская себе пулю в лоб. Это и есть правда.

О, Господи, – вздохнул юноша. – Ну почему я не завел себе овцу?

* * *

Старая цыганка провела гостя в уже знакомую ему заднюю комнату, отделенную от столовой занавесом из разноцветных пластмассовых бус. Юноша рассмеялся, вспомнив, как в первый раз испугался старухи. Он думал, что цыгане продают душу дьяволу, а гадалка помогла ему найти сокровище.

Щенка Саша на всякий случай привязал на улице, рядом с конем, чтобы тот не сбивал его с толку своими неуместными вопросами и замечаниями.

Ты пришел выполнить свою клятву? – спросила старуха.