Считаете ли вы, что Айртон был взят как первый пилот или оба гонщика считаются равными?

Уильямс: – Конечно, мы ожидаем большего от Айртона, чем от Дэймона. Но Дэймон продолжает удивлять меня на каждой следующей гонке больше, чем на предыдущей. Я считаю, что соперничество было бы полезным во всех отношениях. Думаю, Дэймону придётся очень здорово подстёгивать себя, чтобы держаться наравне с Айртоном, но я не удивился бы, если бы он составил Айртону конкуренцию и даже побил его. Это могло бы случиться.

В это время устанавливается телефонная связь: Сенна находится в Сан-Пауло с Бетиз Ассумпдао, переводящей вопросы и ответы на португальский для репортёров, собравшихся там.

Фрэнк Уильямс: – Алло! У нас здесь много твоих друзей из европейских средств массовой информации, и я хотел бы от их лица пригласить тебя присоединиться к нам. Я передаю тебя Ричарду (Ричард Уэст – член команды, выступающий в качестве ведущего в Дидкоте), который приготовил для тебя несколько вопросов. Спасибо. Пресса приготовилась слушать каждое твоё слово, ладно? Итак, на связи Ричард.

Айртон, я рад снова слышать тебя. Вот один из вопросов, который задавался сегодня. Ты и Фрэнк вели переговоры много лет. Не мог бы ты описать свои чувства в связи с тем, что ты, наконец-то, выступаешь за команду Williams?

– Хорошо. Рад побеседовать с тобой, Ричард. Добрый день всем, находящимся рядом с тобой, Фрэнку и всем представителям прессы. Это что-то вроде воссоединения, потому что ещё в 1983 году Фрэнк был тем человеком, который дал мне первую возможность в моей карьере вести машину Формулы-1. С тех пор несколько раз при случаях мы беседовали, вели переговоры. Десять лет прошло, и, наконец-то, мы вместе. Я очень счастлив и действительно с удовольствием ожидаю момента, когда выступлю за Williams рядом с Деймоном. Я считаю, что 1993 год был удивительным стартом в карьере Деймона. Ну что я еще могу сказать? Я по-настоящему счастлив.