Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Ключевые компетенции – новая парадигма результата современного образования 9 страница




 

Размеры помещичьего и вотчинного землевладения шли в реде­ющем порядке от центра к южным, западным и восточным окраи­нам. Возьмем список 1577 г. служилых людей Коломенского уезда с их поместными окладами. По этому списку значилось 295 помещи­ков, за которыми по окладам числилось 804 000 десятин пахотной земли, не считая лесной, луговой и неудобной. Следовательно, на каждого помещика приходилось по 285 десятин. Возьмем список служилых людей Рижского уезда 1597 г. Ряжский уезд в конце XVI в. принадлежал к числу юго-восточных пограничных. По списку в нем было 770 поместий, в которых по окладам значилось 127 860 деся­тин; следовательно, среднее поместье имело 166 десятин. Такова разница от среднего поместья Коломенского уезда, заключавшего в себе 285 десятин. В этом Ряжском и в смежных или еще более юж­ных уездах — Епифанском, Ефремовском, Козловском, Лебедян­ском, Елецком, Ливенском, Воронежском — в конце XVI и начале XVII веков садились служилые люди «вновь на диких полях». Там было чрезвычайно мало, а в иных местах даже совсем не было крес­тьян. Служилые люди были здесь первыми русскими поселенцами со своими дворовыми людьми. Они рассаживались не одинокими помещичьими усадьбами, а огромными сплошными и притом укреп­ленными селениями и почти все жили «однодворкою», т.е. имели только свои собственные дворы, не имея дворов крестьянских.

Следствия разверстки службы по земле и земли по службе.

Совместным действием обоих правил, которые легли в основание устройства служилых провинциальных людей, и вызван был ряд важных для этого класса следствий.

1) Разрушение первоначальных местных обществ слу­жилых вотчинников. [66] Разбились старинные общества служи­лых вотчинников, которые образовались еще вудельное время. Ма­лоземельные слуги удельных князей, жившие кормлениями, теперь рассеялись по поместьям в разных уездах, отдаленных от места службы их отцов. То же самое случилось и с потомками самих уд еьных князей: князья Оболенские стали помещиками в Новгородской земле; князя Дулова, из линии Ярославских, встречаем мелким по­мещиком в Ряжском уезде, а князя Засекина, из той же линии, — в Каширском.

 

2) Происхождение двойственного характера и соста­ва столичного дворянства. В половине XVI века, как только становились новые уездные служилые общества, состоявшие из вотчинников и помещиков, с них опять был снят верхний слой для службы столичной, как было сделано еще прежде в XV веке. Этим слоем и была та тысяча, о которой я упоминал в прошлый раз, набранная из детей боярских разных уездов и получившая поместья около Москвы. В нее попали, по выражению указа 1550 г., “лучшие слуги», т.е. наиболее состоятельные и годные к ратной службе. То были или знатные люди, владевшие хорошими наследственными вотчинами (каков был, например, князь Мезецкий, у которого в вотчине оказалось более 2 000 десятин пахотной земли), или потомки служилых людей очень простого происхожде­ния, но успевшие удачно устроиться на пожалованных им поместьях. Между ними встречались далее потомки бывших боярских холопов, распущенных при великом князе Иване III и получивших поместья в Новгородской земле. Получивши подмосковные поместья, люди этой тысячи не потеряли своих вотчин и поместий в уездах, из которых они были взяты. Но, вошедши в состав сто­личного дворянства, они вышли из дворянских уездных обществ, к которым прежде принадлежали. Отсюда и произошел двойствен­ный генеалогический и служебный характер этого дворянства. В нем встречались люди отечества, породы с людьми службы, выслуги. Это были и лучшие боевые ратники («Царев полк»), и исполнительные орудия управления. Таким образом, одной сто­роной своей деятельности и вершиной своего состава московское дворянство было обращено к боярству, а другой стороной своей деятельности и нижней частью состава — к провинциальному дворянству.

3) Установление нормы поземельной службы. [67] Если государственное положение боярства держалось на отечестве, а положение столичного дворянства — и на отечестве и на приказ­ной службе, то положение городового дворянства строилось един­ственно на ратной службе. Применяя оба правила, в половине XVI века законодательство установило норму поземельной служ­бы. В летописи среди узаконений 1556 г. мы встречаем плохую парафразу закона, не дошедшего до нас в подлиннике и гласившие приблизительно следующее: «Государь рассмотрел, что иные вельможи и воины многими землями завладели, а службой оску­дели. Не соразмерна их служба с государевым жалованьем (по­местьями) и с их вотчинами. Потому государь указал измерить их земли и уравнять их поместьями, наделив каждого, кто чего за­служивает; а лишнее отобрать и разделить между неимущими. И тогда установлена была точно определенная служба с вотчин и поместий: со ста четвертей доброй угожей земли человек на коне и в полном доспехе, а в дальний поход с другим конем запасным. И кто послужит по земле, того государь пожалует кормлением и на людей походных даст денежное жалованье. Кто же землей вла­деет, а службы с нее не платит, с того самого взыщут деньги за походных людей. И все устроял государь так, чтобы служба его государская была безо лжи и без греха, а по правде».1

Чтобы понять этот важный закон, надобно припомнить значе­ние земельной чети или четверти в XVII в. Четь — пространство пахотной земли, засеянное четвертью ржи; а тогда обыкновенно сеяли так, что пространство земли, засеянное двумя четвертями, равнялось нынешней десятине. Итак, четь как земельная мера рав­нялась половине десятины; в трех полях, следовательно, — 1' /2 де­сятинам. Таким образом, нормой поземельной службы был уста­новлен один вооруженный конный ратник с каждых 150 десятин пахотной земли. [68] Поэтому владелец трехсот десятин пашни дол­жен был выступать в поход сам-друг с вооруженным холопом и т.д. Но эта норма имела двухстороннее применение согласно двум указанным правилам, из которых была выведена. [69] Если с каж­дых 150 десятин пахотной земли по закону ставился в поход один вооруженный конный ратник, то, с другой стороны, каждый слу­жилый человек, являвшийся в поход вполне вооруженным кон­ным ратником, должен был иметь поместье не менее 150 десятин пахотной земли. Применяя так служебную норму, московское пра­вительство и разверстало между провинциальным дворянством тягости ратной службы, разделив этой разверсткой провинциаль­ное дворянство на три чина, которые следовали снизу вверх в та­ком порядке: дети боярские городовые, дети боярские дворовые и дворяне выборные.

1 Лет по Никонов, списку, VII, 261.

 

Лекция XVI

Дети боярские городовые. Происхождение этого звания. — Разверстка службы между городовыми чинами по десятням в XVI и XVII веках. — Отношение поместного землевладения к вотчинному. — Помест­ные оклады и поместные дачи. — Отличие городового чиновного де­ления от московского и думного. — Влияние военного устройства Московского государства на сословно-географическое размещение русского общества.

Дети боярские городовые. Происхождение этого звания. Тер­мина дети боярские не понимали уже в XVII веке, когда его не умел объяснить и Котошихин. Но происхождение его объясняет­ся довольно просто. В удельных княжествах образовалось очень много боярских фамилий, т.е. служилых родов, члены которых бывали в звании бояр. Но звание боярина обыкновенно жалова­лось служилым людям уже в зрелых летах, притом не всем чле­нам боярских фамилий. Члены боярского рода, еще не получив­шие звания бояр, в удельное время назывались детьми боярскими, которые стояли выше простых вольных слуг или дво­рян. С исчезновением уделов только знатнейшее удельное бояр­ство перешло в Москву. Члены боярских родов, не носившие это­го звания, остались на местах, нося звание детей боярских, как бы кандидатов на боярство.

Но мы видели, что большая часть боярских фамилий, запи­санных в боярскую родословную книгу XVI века, не провели [70] в продолжение всего этого столетия ни одного члена в Думу. Таким образом, большая часть старых боярских фамилий удельного вре­мени перестала принадлежать к действительному боярству. Чле­ны этих, так сказать, заштатных боярских фамилий рождались и умирали в продолжение целого века с лишком в звании детей бо­ярских. Таким образом, сын боярский становился синонимом про­винциального служилого человека. Некоторых из этих городовых детей боярских брали в столицу «во двор», т.е. для дворцовой службы. С половины XVI века или раньше эти дети боярские по­лучили название дворовых или дворян. Так дворянин, прежде означавший слугу вольного небоярского происхождения и потому

стоявший ниже сына боярского, теперь превратился в придвор­ное звание, в которое возводились только некоторые городовые дети боярские. Благодаря тому, звание детей боярских стало низ­шим провинциальным чином. Высшие чины провинциального дворянства стали зваться детьми боярскими дворовыми и выбор­ными дворянами. Некоторые из них дослуживались до столично­го дворянства и в чине московских дворян назывались дворовы­ми дворянами или дворянами большими.

Разверстка службы между городовыми чинами по десятням в XVI и XVII веках. Теперь посмотрим, как развёрстывалась служ­ба между служилыми людьми и как они верстались поместными окладами. Для того и другого назначались смотры или разборы. Смотр служилым людям уезда производился полковыми воевода­ми на походе, или особо назначаемыми ревизорами, разборщи­ками, которые в мирное время приезжали в уезды и созывали на съезд все уездное дворянство. Разбор и верстанье служилых лю­дей производились посредством допроса выборных их представи­телей, которые назывались окладчиками. Их выбирали, смотря по надобности, в числе четырех, пяти и даже более десяти чело­век. При вступлении в должность они приносили присягу. В каж­дом уезде это была как бы коллегия уездных предводителей дво­рянства. Они обязаны были сообщать о дворянах своего уезда все сведения, какие были нужны присланному из столицы разборщи­ку. Руководствуясь их показаниями, разборщик назначал каждому дворянину род службы, назначал беспоместным дворянам поме­стные оклады, составлял список всех служилых людей уезда, раз­деляя их на чины и чины на статьи, подробно обозначая как оклад, так и род службы каждого человека. Эти списки носили название десятень. Несколько их дошло до нас еще от XVI века. XVII сто­летие оставило их нам сотни. Ни один из них не издан1.

[71] Изучение этих списков открывает приемы разверстки служ­бы и окладов между служилыми людьми. Согласно обоим основ-

1 Это утверждение относится к 1886 г. С1890 г. Московский архив мини­стерства юстиции, в котором хранятся десятни, издал несколько археологи­ческих работ о десятнях. Некоторое количество их, в выдержках и полностью, напечатано также в изданиях местных архивных комиссий.

 

ным правилам разверстки, поместные оклады назначались по ка­честву службы или боевой годности, и наоборот — качество служ­бы и степень боевой годности определялись прежде назначенны­ми окладами. Боевая годность определялась четырьмя способами.

1)Разборщик спрашивал окладчиков про служилого челове­ка, каков он собою? Если ему говорили, что он собою молод или «молодец», ему назначали хороший оклад; если говорили, что он собою худ, т.е. стар или слаб, его писали в низший разряд. Так встречаем выражения окладчиков: «Собою молод и окладу того стоит».

2)Разборщик спрашивал, каков служилый человек своею го­ловою? Если окладчики говорили, что он своею головою добр или середний, это значило, что он имеет хорошие материальные сред­ства и хорошо ведет свое земельное хозяйство, имеет хорошее во­оружение, коней, боевых холопов; словом, хорошее походное об­ заведение и способен нести добрую походную службу.

3)Разборщик спрашивал, каков служилый человек отече­ством? Если ему говорили, что он отечеством добр, это значило, что отец его служил в хорошем чине, например, выборным дворя­нином, и, следовательно, мог передать сыну боевой навык и бое­вые средства.

4)Разборщик спрашивал, каков служилый человек своею службой, т.е. бывал ли он прежде в походах, приобрел ли боевую опытность или только что выступает на служебное поприще?

[72] Руководясь этой оценкой, разборщик писал одних в низший чин детей боярских городовых, назначая им служить службу «осад­ную» либо «ближнюю», состоявшую в защите ближней границы. Других писал в чин детей боярских дворовых, назначая им служ­бу «дальнюю», состоявшую в далеких походах, которые требова­ли хорошего походного прибора и больших расходов. Наконец, тре­тьих зачислял в чин дворян выборных, которые кроме дальних походов очередными партиями призывались в Москву для исправ­ления разных придворных обязанностей.

Служилый человек, признанный добрым и собою, и по отече­ству, и даже по службе, иногда возражал разборщику, желавше­му записать его в высший разряд, говоря: «На службе быть мне не с чего: бобылишки и крестьянишки мои худы, а сам я беден», и просил записать его в низший чин. Для примера приведем из Ко- ломенской десятни 1577 г. описание службы одного дворового сына боярского второй статьи: «Поместный оклад 350 четей; быти ему на службе на коне в панцире, в шеломе, в саадаке (с луком и стрелами), в сабле да три человека (боевые холопы) на конех в пан-сырех, в шапках железных, в саадакех, в саблех с копьи да три кони простые, да человек о дву меринех в кошу (в обозе с запасами)».

Сообразно с прежней службой и степенью боевой годности на­значались служилым людям разных чинов различные размеры по­местных окладов. Впрочем, в разных уездах и общие нормы чи­новных окладов были не одинаковы: это зависело от густоты служилого населения. В Московском уезде оклады вообще были мельче, чем в Ряжском, потому что первый уезд был гуще засе­лен служилым людом, чем последний. В каждом уезде оклады различались по чинам. Но так как к поместным окладам в подспо­рье назначались еще и оклады денежного жалованья, которое выдавалось обыкновенно перед походом, то, благодаря различным комбинациям поместных и денежных окладов, каждый чин распа­дался на несколько статей. Возьмем упомянутую десятню Коло­менского уезда 1577 г. В Коломенском уезде не было «выбора»: служили только дворовые и городовые дети боярские. Поместные оклады дворовых людей были от 400 до 200 четей, т.е. от 600 до 300 десятин; денежные — от 14 до 8 рублей (от 840 до 480 руб­лей в ценах XIX века). По размерам этих окладов дворовые люди распадались на 14 статей. [73] Городовым людям назначались окла­ды от 300 до 100 четей; денежный оклад — от 14 до 6 рублей. Всего было более 20 статей.

[74] Городовые дети боярские служили либо на конях, либо пе­шие. В первом случае они ходили лишь в ближние походы для за­щиты ближайших границ, во втором — не ходили в походы, а со­ставляли гарнизон. Дети боярские дворовые служили везде на конях. Они либо также ходили в ближние походы, либо, смотря по состоятельности, назначались и в дальние. Наконец, выборные дворяне, высший разряд провинциального дворянства, не только исполняли все службы низших чинов, но и отправлялись в ред­кие, особенно тяжелые и отдаленные походы, например, через всю степь против Крыма. В такие походы изо всех уездов выбирались только отборные служилые люди, составлявшие выбор. Так, в 1533 г. царь приговорил послать на крымские улусы боярина Шереметева с детьми боярскими московских городов выбором, из смоленских выбрать лучших слуг, а из северских городов, бли­жайших к месту назначения, всех поголовно.

Отношение поместного землевладения к вотчинному. Итак, поместные оклады назначались по чинам, как чины назначались по службе, т.е. по боевой годности и по заслугам. Но количество четвертей, назначенное в оклад, не всегда бывало действитель­ным поместным владением служилого человека. От оклада на­добно отличать поместную дачу. Оклады назначались по чинам, но размеры дач соображались с тем, имел ли служилый человек вотчину или нет. Если он не имел вотчины, ему давали во владе­ние полный оклад; если он имел вотчину, то ему давали в дачу только часть оклада. Вотчина служила подспорьем к поместью.

Поместные оклады и поместные дачи. Можно найти указание и на отношение дач к поместным окладам. Возьмем десятню Елецкого уезда 1622 г., в которой при поместных окладах обозначены и дей­ствительные дачи. Сосчитав те и другие, найдем, что средний помест­ный оклад дворовых детей боярских (выборных там не было) был 240 четвертей, городовых — 93, новиков, т.е. только что поступивших на службу и вновь верставшихся поместьями, — 79 четвертей. Все­го назначено было в оклады 878 служилым людям уезда 123 230 чет­вертей. Но так как у многих из них были более или менее значитель­ные вотчины, то в действительное владение этим служилым людям было отведено всего 53 570 четвертей. Итак, оклад относился к даче как 2,3 к 1. Отсюда можно обозначить такой формулой отношение оклада к даче: оклад по чину, дача по вотчине. Оклад находился в прямом пропорциональном отношении кчину, дача — в обратно про­порциональном к вотчине. Чем выше чин, тем выше оклад; чем больше вотчина, тем меньше дача.

Отличие городового чиновного деления от московского и думного. Так обозначилось служебное и поземельное различие между чинами провинциального дворянства. Легко заметить ос­нование этого деления, отличное от того, на котором держалась иерархия думных и московских чинов. Отношение чинов городо­вых к думным и московским можно выразить такой формулой:

чины думные — по отечеству, чины московские — по отечеству и службе, чины городовые — только по службе.

Теперь предстояло бы решить нам вопрос: как описанное устройство столичного и провинциального дворянства подейство­вало на склад общества, на его местное географическое размеще­ние. Нет достаточно данных, чтобы сказать, какое количество зем­ли роздано было в поместное владение в XV, XVI и XVII веках, где это поместное владение было распространено шире, где меньше.

Влияние военного устройства Московского государства на сословно-географическое размещение русского общества.

[75] Мы не можем представить себе живо весь склад, какой полу­чило общество, когда поместная система вместе с военным стро­ем достигла полного развития. Мы можем только почувствовать, изучая этот строй, что все Московское государство (может быть, за исключением немногих местностей) покрылось более или ме­нее густым слоем служилых вотчинников и помещиков, вооружен­ных и всегда готовых подняться в поход. Почти вся территория Московского государства устроена была, как обширный лагерь, который был обращен фронтом в три стороны — на запад, юг и восток. Но есть один способ по данным позднейшего времени представить себе, какое действие оказал описанный военный склад служилого класса на географическое размещение русского общества. Я попытаюсь изложить вам эти данные и указать на то, о чем говорят они.

Мы имеем подробные списки крепостных крестьян по ведо­мостям IV ревизии, которая была произведена в 1782 г. Крепост­ное население распределено было по губерниям не с одинаковой густотой и составляло неодинаково высокий процент всего сель­ского населения губернии. Если выписать губернии в каком-ни­будь порядке с обозначением этого процента, то, при первом взгля­де, колебания его, по-видимому, ничего не говорят. В самом деле, что можно извлечь, например, из того, что в Московской губер­нии крепостное население во время IV ревизии составляло 66% всего населения губернии, Вятской — всего 2%, Пермской — 33%? Что крепостное население не везде было одинаково густо, это известно и понятно. Но в каком порядке оно разместилось и какие исторические условия действовали на это размещение?

Ответ на этот вопрос не дается при первом взгляде на цифры. Но расположим губернии, начиная с Московской, по группам, в по­рядке их близости к последней, обозначая процент крепостного населения в каждой группе.

I. Московская — 66%, Владимирская — 67%.

II. Смоленская, Калужская, Тульская, Рязанская, Нижегород­

ская, Костромская, Ярославская и Псковская — 83—69%, Твер­

ская — 64%.

III. Орловская, Саратовская, Тамбовская, Пензенская, Сим­

бирская, Новгородская — 68—45%, Вологодская — 34%.

IV. Курская, Воронежская, Казанская, Пермская, Уфимская —

-47—18%.

В этом перечне нет юго-западных и западных губерний: они не были территорией Московского государства, и строение обще­ства находилось там под действием других условий. Обозначен­ные губернии определяют территорию Московского государства.

Что значат эти цифры? Очень густой процент крепостного на­селения в двух губерниях первой группы; это самый центр Мос­ковского государства, где помещались его главный штаб и посто­янная квартира его верховного вождя. Здесь крепостной процент очень густ, но есть местности, где он еще гуще. Легко заметить, что такое губернии второй группы — они поясом окаймляют две центральные. В них процент значительно гуще, чем в последних. Это первая боевая линия, окружавшая штаб, первая оборони­тельная цепь и потому самая густая. Над укреплением ее всего более работали. Когда эта цепь разрывалась, Московское госу­дарство становилось неспособным защищаться. Как скоро тата­ры прорывались сквозь эту линию, Москва погибала. Припом­ним географическое отношение губерний третьей группы ко второй. Заметим, что они составляют также кольцо, оцепляющее первый пояс. Здесь процент крепостного населения ниже второй группы и приближается к тому, какой мы видели в центральных губерниях. Это вторая боевая линия, об укреплении ее менее заботились и оставляли для него меньше боевых сил.

[76] Надобно обратить внимание на то, что как в первом, так и во втором поясе, окружавшем московско-владимирский центр, встречается по одной губернии, где процент крепостного населе­ния гораздо ниже, чем в других губерниях одного с ней пояса. Таковы в первом поясе Тверская, во втором — Вологодская. Обе эти губернии северные. Таким образом, обе боевые цепи, окру­жавшие центр, заметно редели, потому что здесь меньше было нужды в обороне. Процент крепостного населения от Москвы к северу вообще быстро падал: в Московской — 66%, в Тверской — 64%, в Новгородской — 55%, в Олонецкой — 6%, в Архангель­ской почти не было крепостных. Наконец, четвертая группа со­ставляла третью цепь, которая окаймляла вторую. Эта цепь не сплошная. Вы видите, что ряд этих губерний не соединяется в не­прерывное территориальное пространство. Эта цепь, на укреп­ление которой оставалось всего менее боевых сил, была передо­вой оборонительной линией и состояла из отдельных, разорванных звеньев, которые обращены были против разбросанных восточ­ных, юго-восточных и южных инородцев — татар крымских, ногаев, башкир и др. — и защищали отдельные окраины, наименее угрожаемые. Вот почему в этой последней разорванной цепи и крепостной процент падает до низкой степени — до 18.

[77] Итак, что такое эти три кольца, окаймлявшие московско-владимирский центр? Это три боевые цепи, густота которых уменьшалась по мере удаления от центра. Следовательно, они представляют собою три степени напряжения боевых сил для за­щиты государственного центра. Еще в XVI и XVII веках государ­ство защищалось не столько укреплениями, сколько людьми, дво­рянской поместной милицией. Крепостное население своей густотой должно указывать, где эти боевые силы дворянской ми­лиции сосредоточены были наиболее. Боевая крепость уезда опре­делялась не количеством дворян, а количеством ратных сил, на­ходившихся в уезде. В ином уезде было не много дворян, но каждый был способен вывести в поход по несколько сот и даже тысячи. Курбский говорит, что князья Одоевские и другие водили со своих вотчин и поместий тысячи вооруженных слуг. Итак, уезд, в котором был десяток таких крупных землевладельцев-дворян, выводивших в поле целый корпус, в боевом отношении был силь­нее уезда, в котором была тысяча мелких дворян, из коих каждый являлся в поход с одним холопом или даже одиноким. Но количе­ство выводимых людей определялось количеством пахотной зем­ли: с каждых 150 десятин шел вооруженный конный ратник. Ко­личество пахотной земли зависело от количества крестьян, на ней работавших. Следовательно, где гуще было крепостное население, там сильнее были сосредоточены боевые силы. Вот почему эту гу­стоту крепостного населения и можно принять за мерило напряже­ния боевых сил для защиты той или другой земли Московского го­сударства.

Ревизские сказки 1782 г. — это поздняя, но верная летопись, рассказывающая о том, как устраивалась оборона Московского государства в XVI и XVII веках, т.е. как географически размеща­лось общество для этой обороны. [78] Размещение крепостного на­селения по означенным четырем группам губерний показывает, что сильно защищен был самый центр государства, где находился штаб, руководивший его обороной. Но еще сильнее защищена была первая линия, которая кольцом огибала главный штаб. Эта линия только на севере, в Тверской губернии, представляла мень­ше крепости (64%). Третья линия представляла другое кольцо, огибавшее первое, но уже с меньшей крепостью. Наконец, чет­вертая линия представляла не сплошную цепь, а ряд разорван­ных звеньев, которые окружали вторую цепь. Это размещение кре­постного населения концентрическими кругами вокруг Москвы в русской империи XVIII века, очевидно, вполне было следствием того устройства военных сил, какое установлено было московс­кой политикой XVI и XVII веков, и следствием того расселения боевых землевладельцев, какое было установлено поместной си­стемой. Эта политика размещала классы общества по соображе­ниям стратегии, по требованиям Московского разряда, генераль­ного штаба, окружая центр тройным оборонительным поясом, постепенно редевшим и, наконец, разрывавшимся по мере уда­ления от Москвы на юг, юго-запад и юго-восток. [79] Так в поздней­ших ревизскихданных XVIII века мы находим довольно яркий след, указывающий на то, какое влияние военный строй, установивший­ся в Московском государстве, оказал на сословно-географическое размещение русского общества.

 

Лекция XVII

Положение приборных служилых людей между городовым дворянством и тяглым населением. — Сходство приемов в устройстве служилых и тяглых классов. — Казенные поручения и ответственность за их ис­полнение. — Главные обеспечения ответственности: вера, доверие, круговая порука. — Основное правило присяжной земской службы и основание чиновного деления высшего столичного купечества.

Положение приборных служилых людей между городовым дворянством и тяглым населением. Обращаюсь теперь к изуче­нию устройства многочисленного тяглого населения в Московском государстве. Но по порядку изложенной мною чиновной таблицы я предварительно сделаю короткое замечание о служилых людях по прибору. Этот класс был соединительным звеном между служи­лыми людьми по отечеству и тяглым населением. Первоначально он в двух отношениях отличался от служилых людей по отечеству. Во-первых, служба приборных людей была временная и личная, а не наследственная, как служба служилых людей по отечеству. Стрельцы, казаки, пушкари вербовались из разных классов обще­ства — из беднейших городовых детей боярских, из тяглых и воль­ных людей. Они составляли по городам гарнизоны и полицейские команды, селились особенно по границам как пограничные сторо­жевые отряды. Во-вторых, приборные люди содержались не помест­ными дачами, которые отводились в личное владение каждому, а либо денежным жалованьем, либо землевладением, но на особом праве, которое совмещало в себе черты поместного и крестьянско­го землевладения. Казенная земля отводилась целым обществам таких пограничных военных поселенцев, как и крестьянам, но она отводилась на условиях поместного владения, в пожизненное пользование- и с обязательством ратной сторожевой службы.

Это совмещение двух землевладельческих прав впоследствии перешло на класс однодворцев, которые, с одной стороны, плати­ли подушную подать подобно крестьянам, а с другой — имели право владеть крепостными душами подобно дворянам. Но с те­чением времени то и другое из указанных отличий постепенно исчезало: значительная часть приборных людей передавала свои служебные обязанности детям и внукам, которые получали уже ха­рактер служилых людей по отечеству. Не раз упомянутый мною московский подьячий половины XVII века Котошихин замечает о стрельцах своего времени: « И бывают в стрельцах вечно, и по них дети и внучата и племянники; стрелецкие ж дети бывают вечно ж». Между тем в начале XVI века, когда возникла стрелецкая пехота, она вербовалась по прибору из вольных людей, принимавших на себя лишь временную службу. С другой стороны, многие казаки и другие сторожевые люди за свои заслуги получали земельные дачи на поместном праве в личное владение и зачислялись по этим да­чам в низшие чины городового дворянства.

Таким образом, приборная служба имела значение канала, по­средством которого происходил постоянный обмен сил между го­родовым дворянством и неслужилыми классами. С одной стороны, в приборные чины падали все отброски этого дворянства, с дру­гой — через эти чины проникали в состав дворянства лучшие бое­вые силы, поднимавшиеся из глубины неслужилых классов.

Сходство приемов в устройстве служилых и тяглых классов.

К устройству тяглого населения московская политика применяла приемы, очень похожие на те правила, по которым распределя­лись служилые чины. Поэтому и организация тяглых чинов мно­гими чертами напоминает чиновное деление служилых людей.

На тяглое население падали две главные обязанности: земская казенная служба и государственное податное тягло. Но обе эти обя­занности, подобно ратной и приказной службе служилых людей, были раздроблены на мельчайшие доли, которые развёрстывались между различными разрядами тяглого населения. Как в служилой иерар­хии высшие чины возникали из разверстки приказной службы меж­ду служилыми людьми по генеалогическому отечеству, точно так же и высшие тяглые чины были созданы раскладкой тяжестей ка­зенной службы между тяглыми людьми по экономической состо­ятельности. Таким образом, генеалогическому отечеству служи­лых людей соответствовало экономическое состояние людей тяглых.


Поможем в написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой





Дата добавления: 2015-10-01; просмотров: 214. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.045 сек.) русская версия | украинская версия
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7