Май 1919 г.

Этот вопрос тревожит многих. Он встает перед красно­армейцем и рабочим, заботит и крестьянина. Разве комму­нисты-большевики два года тому назад не звали нас к миру? Отчего же война продолжается? Почему нас снова мобилизуют и шлют на фронт?

Чтобы ответить на этот вопрос, надо понять, что тво­рится вокруг нас и как складывается жизнь. Как только рабочие и крестьяне взяли власть в свои руки в октябре 1917 года, они честно и открыто предложили мир всем на­родам. Но рабочие в других странах тогда еще были слиш­ком слабы, а хищники-капиталисты достаточно сильны, чтобы продолжать войну. В марте 1918 года Советская власть, стремясь к миру, заключила с Германией невыгод­ный тяжелый Брестский мир⁸⁴, лишь бы вернуть пахаря к земле, рабочего к станку, лишь бы спасти жизни своих свободных граждан.

Но империалисты-хищники не боятся крови и не це­нят человеческой жизни. Им война была нужна, и потому буржуазия всех стран повела непрерывные наступления на Советскую Россию и Украину извне, а внутри стала подымать против рабочих и крестьян кулацкие выступ­ления. Образовался новый фронт — не русских против немцев или украинцев против союзников, а «красных» против «белых», т. е. трудового люда против буржуа­зии.

Что другое оставалось сделать народу? Сказать: «Мы против войны, мы за мир, поэтому, если на нас и насту­пают Колчаки, Деникины и Красновы, мы винтовки в руки не возьмем?! Пусть американский, немецкий или русский капитал снова завладеет нами, заведет у нас по­рядки, какие выгодны ему — нам все едино?!»

Разумеется, ни один мыслящий красноармеец, рабо­чий или крестьянин этого не скажет.

Крестьянин сразу смекнет: если вернется Скоропад-ский, а с ним попы, помещики,— прощай земля и воля! Опять ломай шапку перед урядником и пухни с голода, и то время как у помещика от золотого зерна закрома ло­мятся!

Рабочий понял бы, что возвращение к власти буржуа­зии означает прежде всего возврат к бесправию, к эксплуа­тации труда, к отмене 8-часового рабочего дня и уничто­жению помощи на случай безработицы, к тому, чтобы выселяли рабочий люд из здоровых светлых квартир и за­гнали бы опять в сырые подвалы. Оно означало бы воз­врат к рабству наемного труда.

Красноармеец вспомнил бы тюремную жизнь царских казарм, пощечины офицерства, издевательства над солда­том командиров старого режима, тухлое мясо к обеду и кражи интендантов, и руки его невольно стали бы искать винтовку-защитницу.

Все вместе, весь трудовой люд не может не понимать, что сейчас идет вопрос о том, быть крестьянам и рабо­чим хозяевами России и Украины или вернутся попы, помещики и капиталисты и сядут снова на шею на­рода.

Не война у нас, а восстание трудового люда в защиту своих прав, свободы и самой жизни своей!

Мы воюем не для того, чтобы завоевать новые земли или поработить, ограбить другой народ, а чтобы обезопа­сить себя от хищников-капиталистов. Мы воюем, чтобы обеспечить крестьянину и его детям возможность спо­койно и мирно обрабатывать землю, чтобы дать рабочему возможность не только работать на фабрике и заводе, но и самому участвовать в налаживании, в организа­ции производства, самому распределить народные богатства страны так, чтобы досталось каждому по спра­ведливости, а не один человек, только потому, что он капиталист, забирает себе львиную долю народного богат­ства.

Мы воюем за то, чтобы отстоять права рабочих и кре­стьян, самим управлять родной страною. Мы воюем за то, чтобы обеспечить народ от возможности повторения го­лода и дороговизны. Мы воюем за то, чтобы создать еди­ную мировую братскую республику рабочих и крестьян,

уничтожить собственников и хищников-богачей, а значит, раз навсегда покончить и с войнами.

Наша война — красных против белых — это восстание угнетенных против тех, кто является виновниками крово­пролития. Наш клич был и остается: война войне! Слава мирному, производительному труду на пользу всего тру­дового народа!

«•Известия Харьковского Совета и губернского ис­полнительного комитета Со­ветов рабочих, крестьян­ских и красноармейских де­путатов», 7 мая 1 9 1 9 г.