Май 1919 г. Когда приезжаешь в Харьков и вообще в украинские города из нашего голодного севера, то первое, что приятно поражает — это обилие съестных припасов на базаре
Когда приезжаешь в Харьков и вообще в украинские города из нашего голодного севера, то первое, что приятно поражает — это обилие съестных припасов на базаре. Глаза разбегаются от количества продовольствия. Чего только нет на прилавках! Какой счастливый народ, эти украинцы — царь-голод не посмел шагнуть своей мертвящей стопой в страну «где все обильем дышит, и реки льются чище серебра». И изголодавшийся северянин возвращается домой с базара с горой пакетиков и свертков. Но когда северянин открывает свой кошелек, чтобы подсчитать итоги расходов, он к собственному изумлению убеждается, что кошелек пуст. В первый момент его охватывает недоумение и даже является мысль: не выронил-ли он деньги? Но подведя итоги расходов на продукты, купленные по спекулятивным ценам, убеждается, что деньги его не выронены на мостовую, а попали прямехонько в объемистый карман спекулянта. На севере России голод, но голод, вызываемый реальным отсутствием продовольствия. На Украине постепенно внедряется голод при изобилии продуктов. При этом голодает главным образом неимущий, трудовой народ, рабочие, мелкие служащие. Буржуазия живет по-прежнему, питаясь обильно и вкусно. Ее спекулятивные, вздутые цены не пугают — ведь именно эти вздутые цены, при все еще существующей широкой свободе торговли наполняют ее карманы неисчерпаемым количеством меновых знаков. Буржуазия, т. е. имущий класс, питается и благоденствует, несмотря, или вернее благодаря, взвинчиванию цены на все предметы потребления. Рабочий в «золотой Украине» уже сейчас глядит в глаза вырастающему грозному призраку — царю-голоду. Что же сделать в борьбе с дороговизной и голодом? Уже полтора года бьется над этим вопросом комиссариат продовольствия. Уничтожить всякую свободу торговли? Беспощадно преследовать спекуляцию, взять все продукты на учет, запретить под угрозой строжайших кар нарушение твердых цен? Но, помилуйте, запротестует обыватель, а за ним и менее вдумчивый рабочий — тогда пропадут с рынка все товары! Тогда-то и начнется настоящий голод!.. А между тем — национализация торговли, строгий учет и беспощадное преследование спекуляции — это единственный путь. Как ни голодно на севере России, но централизация продовольственного дела в руках государственного аппарата обеспечивает то, что и при минимальном подвозе продуктов рабочий класс в первую очередь получает свой паек; если подвезен хлеб, сахар, рыба, мясо — первый, кто получит свою долю, это — трудящийся класс. Спекуляция не убита окончательно и на севере России, но стержнем хозяйственной жизни севера является регулирующий закупочный и распределительный аппарат. Сейчас если север голодает, то только постольку, поскольку затруднен подвоз. При малейшем исправлении транспорта, как только налицо имеются продукты — они равномерно растекаются по многочисленным пунктам и благодаря карточной системе и строгому учету попадают ни кому иному, как рабочему люду. Поэтому москвичи и петроградцы, очутившись на дышащей изобилием Украине, через короткий промежуток времени тоже начинают голодать, ощущая отсутствие распределительных центров. Украина переживает еще период колебаний в линии продовольственной политики. Эта политика идет на уступки обывательскому страху: «Возьмете на учет продукты, и все с рынка исчезнет!» А между тем каждый день промедления и колебания укрепляет власть царя-голода. Национализация торговли — единственный выход. Но, разумеется, было бы величайшей ошибкой повторять буквально и слепо те этапы, через которые прошел север России и копировать опыт первой в мире Советской республики, не извлекая из этого опыта соответствующих уроков. Прежде чем перейти к монополизации торговли, прежде чем в спешном порядке закрывать мелкие предприятия, магазины и лавки, необходимо создать распределительные пункты, куда постепенно свозить товары, взятые планомерно, без необдуманной спешки на учет. Этими распределителями в Москве являются обычно рабочие кооперативы, дающие широкое поле для самодеятельности масс. Создание кооперативов и распределительных складов при самом активном участии и контроле организованного пролетариата — первая задача продовольственного комиссариата. Только тогда уничтожение слободы торговли не повлечет за собою хаоса, расстройства хозяйства, временного исчезновения с рынка необходимых предметов потребления. Север страдал в свое время именно оттого, что монополизация торговли предшествовала фактическому существованию распределительных пунктов. Украина должна учесть урок севера и напрячь все силы на создание рабочих кооперативов при предприятиях, при отделах, подготовляя в то же время полное уничтожение той свободы торговли, которая обращает богатую Украину в арену бессовестнейшей спекуляции. Пока не поздно — необходимо, чтобы в деле продовольствия проводилась более отчетливая и решительная политика. Широкая самодеятельность рабочих при создании немедленно распределительных пунктов, монополизация торговли, как общая и бескомпромиссная линия политики центрального продовольственного аппарата — таков единственный способ борьбы с дороговизной, таков единственный путь победы над зловещим призраком царя-голода и на благодатной Украине. «Известия Харьковского
|
