Роль личности в истории. <> У человека, как и у высших животных, воспитание является органическим продолжением наследственности

<...> У человека, как и у высших животных, воспитание является органическим продолжением наследственности. Толь­ко при помощи воспитательных внушений человек овладевает своими органами и способностями, элементарными и общими знаниями, распространенными в его среде. Его врожденные спо­собности должны быть воспитаны другими людьми, чтобы он сам мог себе их усвоить. Язык, которым он говорит, знания и понятия, которым он учится, закон, которому он подчинен, по­нятие о Боге, которому он служит и поклоняется, — все содер­жание его сознания дано ему людьми или через посредство лю­дей. Самая внешняя среда, природа, действует на него через по­средство человеческой среды, определяя его антропологический тип в наследственной передаче медленно образовавшейся орга­низации, его культурный тип — в преемстве местных традиций, обычаев и понятий, сложившихся под общим и продолжитель­ным влиянием данных естественных условий. <... >

Мы не хотим отрицать роли личности в истории, мы полага­ем, напротив того, что личность может иметь и действительно имеет в ней общее значение. В известном смысле все совершает­ся в истории личностью и через личность: только в ней воплоща­ется идея. Но именно поэтому универсальное значение личности и нуждается в объяснении. <... >

Прежде всего историческая личность есть продукт своего об­щества; она образуется им, проникается его общими интересами. Она представляет его органически, воплощает, сосредотачивает в себе известные его стремления, а поскольку может и сознать их лучше, чем другие, и найти путь к разрешению назревших исторических задач. <...> Когда известные исторические зада­чи назрели, когда общественные потребности, частью сознавае-

мые, частью еще не сознанные отдельными умами, достигают известной интенсивности, когда общественная воля с прогрес­сивно возрастающею силою тяготеет в определенном направле­нии, — она, естественно, ищет наиболее приспособленный орган как для своего выражения, так и для своего осуществления. И она, естественно, стремится к органическому средоточию обще­ства, к представителям его власти, дабы внушить им известную задачу, если не определенное решение. <... >

Сила государства — в его жизненных принципах, во внут­реннем единстве духа, которое обусловливает его политический и культурный строй. Но народная воля не должна пребывать на­всегда бессознательной, импульсивной, и народная мудрость — бессловесным инстинктом, который выражается в судорожных рефлексах и диких воплях. Если народ есть живое существо, то это организм высшего порядка, члены которого обладают разум­ной природой. И вот почему существенной задачей каждого го­сударства является просвещение народа и образование его интел­лигенции. <...>

Личность представляет свое общество и свою эпоху. Но этим еще не исчерпывается ее значение. Ибо если бы личность служи­ла только выражению известных общественных стремлений, пас­сивным органом собирательной воли и сознания, то она не могла бы оказывать существенного влияния на ход событий и на разви­тие своего общества. <... > Чтобы преобразовывать общество, учить его, способствовать так или иначе его развитию и нрав­ственному улучшению, нужен не только патриотизм, но и ясное сознание правды и добра, крепкая вера в высший идеал. И вот почему, для мыслителя и художника, для религиозного и поли­тического преобразователя всеобщий, истинный идеал не всегда таков, как он признается в его среде. <... >

Итак, признавая общий, необходимый характер историчес­ких событий и внутреннее, разумное единство общего течения истории, мы в то же время признаем за личностью способность представлять свое общество и управлять им. Понятие о первона­чальном родовом единстве, об органической коллективности со­знания не отрицает, а объясняет нам эту провиденциальную роль личности в истории. Ибо то, что приобретено личностью, стано­вится достоянием рода, в силу ее органической солидарности с ним; дело личности, ее подвиг и творчество имеют общее значе­ние помимо своих внешних, непосредственных результатов. С

другой стороны, индивидуальная личность может... вмещать вселенский идеал, познавая всеобщую истину лишь в универсаль­ных, родовых формах человеческого сознания. Только в своей органической солидарности с родом отдельная личность облада­ет такими формами.

Трубецкой С.Н. О природе человеческого сознания // Трубецкой С.Н. Сочинения. М., 1994. С. 557—563.