ГЕНДЕРНЫЕ РАЗЛИЧИЯ В ИГРОВЫХ СТИЛЯХ

С незапамятных времен дети играли. Во многих теориях игры, а также среди указывавшихся исследователями «причин» детской игры, половые, или гендерные, различия практически игнорируются, зато языково-когнитивные факторы и стимулирование развития социальных навыков в игре занимают едва ли не все внимание (Bergen, 1988). С точки зрения взаимосвязей когнитивного развития и игры изучается, например, как последняя помогает маленьким детям прояснять и формулировать сходство и различие понятий и категорий. Фундаментальной темой исследований является также то, как дети путем модификации игры научаются разрешать конфликты со сверстниками и как они, создавая социодраматические игровые сценарии, осваивают символическое использование игрушек и материалов (Johnson, Christie & Yawkey, 1987).

Что касается теоретиков психодинамического подхода, то они рассматривают игру как способ ребенка давать выход эмоциональным реакциям. Игра помогает детям проявлять грусть, гнев и страх. Она открывает им пути совладания со стрессом и также служит средством выражения различных позиций, связанных с их гендерной принадлежностью. Психоаналитик Эрик Эриксон (1963) изучал сюжетные сценки, создаваемые маленькими детьми при свободном использовании кубиков и игрушек. Мальчики и девочки значительно различались по композициям игрушек и сценариям, которые они придумывали и рассказывали. В историях мальчиков обычно преобладали отважные действия, а их постройки из кубиков были высокими. Творения девочек чаще были более мирными — домашние сюжеты, развертывающиеся на огороженных территориях.

В процессе игры дети изобретают стратегии и паттерны взаимоотношений с другими людьми. Мысли, чувства и ценностные убеждения по поводу объектов и форм активности могут очень различаться в зависимости от гендерной принадлежности (Sladc & Wolf, 1994). «К моменту прихода в школу дети уже давно сознают свою базисную гендерную идентичность, успели приобрести множество стереотипных представлений о различии полов, а также научились предпочитать гендерно поощряемую активность и товарищей по игре того же пола... В средний период детства... их поведение, особенно у мальчиков, становится еще более гендерно специфичным» (Siegelman & Shaffer, 1995, стр. 307).

В публикации, резюмирующей результаты двух десятилетий исследований игры, отмечается, что за прошедшие годы различия в игровых стилях, связанные с гендерными факторами, не изменились: «Девочки больше играют в куклы, репетируют в своих играх домашнюю жизнь, занимаются художественным творчеством и, наконец, чаще используют переодевания. Мальчики играют с транспортными игрушками, кубиками и игрушечными плотницкими инструментами. Игровая активность мальчиков более агрессивна и происходит в бóльших группах. Девочки больше времени проводят за разговорами и много больше — с воспитателями или учителями, чем мальчики» (Fagot, 1988, стр. 134). Имеются гендерные различия и в предпочитаемых игровых темах. Мальчики сообщали, что любят играть в ковбоев и солдат, а девочки — в дом и школу (Sutton-Smith, Rosenberg & Morgan, 1963).

Не обнаруживается половых различий в когнитивном понимании детьми своей гендерной идентичности (мужской или женской), которое с возрастом становится все более сложным и детализированным, гендерной стабильности (неизменности во времени) и, наконец, постоянства пола (который не может быть изменен поверхностными ситуативными факторами, такими, как переодевание в одежду другого пола). В возрасте от 12 до 36 месяцев и девочки, и мальчики в равной степени способны обозначить себя как девочек или мальчиков. В то время как идея гендерной стабильности не всегда понятна дошкольникам: многие еще верят, что в будущем смогут выполнять биологические функции другого пола.

Рой был гостях у бабушки и играл со своей симпатичной игрушечной обезьянкой, а его мама в это время была в спальне, где кормила грудью младшего ребенка. Рой поднял рубашку и безмятежно принялся делать вид, что тоже кормит грудью обезьянку. Бабушка мягко сказала Рою, что, когда он был совсем маленьким, мама его тоже кормила грудью. И объяснила, что мальчики, когда вырастают, все равно не могут производить молоко и кормить им младенцев. Это могут делать только девочки, и то, когда станут взрослыми. «Нет-нет, я тоже смогу кормить грудью, когда вырасту!» — негодующе заявил Рой.

Понимание постоянства социального пола формируется не раньше позднего дошкольного возраста. А в младшем школьном возрасте дети различных культур уже хорошо осознают, что гендерная классификация сохраняется не только во времени, но и относительно различных ситуаций (Archer, 1992). Пол ребенка не изменится оттого, что он будет этого хотеть или обратится к занятиям, характерным для другого пола. Исследование понимания социального пола тайваньскими детьми дошкольного возраста из разведенных и из полных семей показало, что в этой культуре, где мужской пол ценится выше женского, мальчики старшего дошкольного возраста, которые жили с матерью, были больше осведомлены о гендерном постоянстве, чем их сверстники из полных семей или живущие с отцом (Honig & Su, 1995). Таким образом, определенные семейные / культурные параметры могут ускорить понимание маленькими детьми факта неизменности пола. Разумеется, гендерные роли, в зависимости от культуры и личностного выбора, могут быть различными.