Свобода и талант
Продолжим рассказ о Саше Рогозине. Его три сверхзадачи — живопись, роман, грамматика русского языка — вдруг соединились. Он решил сделать иллюстрации к роману, главы которого создавались ежедневно. Больше того, переписывались: не может же быть безграмотного писателя. Я показывал Саше рукописи Пушкина, Гоголя, Достоевского. О пушкинских кто-то сказал: «Даже в черновиках нет пошлости!». А как красиво, с какой любовью выведены буквы: летящий бег пера! Саша впитывал в себя мои рассказы. Од-256 нажды принес снимки рукописных текстов Толстого: не скажешь, что очень опрятно. Но стремиться писать красиво и разборчиво все же надо. Хотя бы для того, чтобы машинистка разобралась. Саша сначала делал на странице по десять ошибок вместо пятидесяти, а затем по три или четыре, а после первого месяца работы над детективом вообще перестал ошибаться. Потянуло его к толстым словарям: Даль, Ожегов. Иногда удивлялся: «Как это можно писать: сызмалу или сызмала?». И так и так правильно. Память у Саши, впрочем, как у подавляющего большинства учеников, т. е. «двоечников», отличная: он хорошо запоминал правила и многие обороты слов, типа «во что бы то ни стало»: все раздельно и никаких исключений! И вот что любопытно: Саша уже писал классные сочинения почти без ошибок, а учительница в силу своей инерционной мизантропии ставила ему не выше тройки: что называется, придиралась. И Саша решил отомстить педагогу. Написал предложения, в которых учительница нашла массу ошибок. Предложения были все в таком духе: «Река сделалась кровью...». Учительница Саше: «Так не говорят. Это неверно». Саша: «Это цитата из Библии...». Педагогический приговор: «Рогозин становится невыносимым, он подрывает педагогический авторитет». Я встретился с учителем. Она сказала в сердцах: — Все над нами издеваются. Конечно же, кого угодно можно подловить на незнании, а Рогозин теперь благодаря вам только этим и занимается. — Я приложу все силы, чтобы Саша стал лучше относиться к вам, ко всем педагогам. А вы в состоянии признать его талантливость? — Я и раньше говорила, что он не без способностей... — Я хочу, чтобы вы пощедрее это сказали. У Саши рождается вкус к красоте. — Давайте вместе с вами подключим Сашиных друзей к творчеству. У класса может быть единая сверхзадача — вер- нисаж! Я намечаю с педагогами проведение семинара по теме «Талантливый ученик — каков он?». Вот план этого семинара, который затем проводился во многих школах страны. (Этот план полностью воспроизведен на страницах «Педагогического вестника» № 5 за 1996 год, он также вошел в информационное письмо Министерства образования РФ.) 1. Природа детской талантливости — вера, интуиция, энергия, увлеченность, самостоятельность. 2. Разнообразие детской талантливости (трудный ученик, отличник, посредственность. Эффект Розенталя). 3. Феномен вспышки детской талантливости. 4. Что губит детскую талантливость: лень, авторитарность, самоуничижение, страх, заниженный статус, искажение самосознания? 5. Какими средствами, методами и приемами поддерживается детская талантливость? 6. Детская талантливость и отечественная культура. 7. Мессианская судьба России и детские дарования. Беседуем о творчестве великих художников, композиторов, творчестве великих художников, композиторов, ученых: как они самореализовывались в своей жизни. Звучит и такой вопрос: «Почему мы любим искусство?». Размышляем с коллегами: — По всей вероятности, мы любим не просто искусство, а самое главное в нем: свободу духа, любовь к красоте, истинность побуждений, самоотверженность подвига. Мы хотим приобщиться к прекрасному и приобщить к нему питомцев, поэтому и берем самые выдающиеся произведения культуры — Рафаэля и Брюллова, Баха и Моцарта, Чайковского и Рахманинова, Серова и Шагала, Моне и Ван Гога. Лица детей менялись, когда они рассматривали картину Босха «Несение креста», Эль Греко «Снятие с креста», у детей светлели лица, когда им показали циклы картин о вознесении Спасителя... Мы можем только представить себе, что творилось в душах детей, когда они рассматривали великие творения... — Да, это был настоящий катарсис, — задумчиво произнес один педагог.
|
