Психологическая структура нарушений при умственной отсталости и задержке психического развития (сравнительный анализ).

Клинико-психологическая структура дефекта при олигофрении обусловлена явлениями необратимого недоразвития мозга в целом с преимущественной незрелостью коры.

Группу умственно отсталых составляют дети, у которых по тестам интеллекта IQ=70 и ниже (дебилы-35-50, имбецилы-35-50, идиоты-20 и ниже). Однако количественных показателей недостаточно, т.к. сходные коэффициенты мы можем получить и при шизофрении, и у замедленного ребенка, и они показывают только актуальный уровень развития, не раскрывая механизмов нарушения. У олигофрена не интеллект, к примеру, восьмилетнего ребенка, а качественно иной вид интеллекта. Поэтому необходим качественный анализ дефекта.

Г.Е. Сухарева сформулировала два основных клинико-психологических закона при олигофрении:1) тотальность нервно-психического недоразвития (страдают все функции, вплоть до соматических, однако сенсомоторный интеллект, как правило, более сохранен)

2) иерархичность (сильнее всего страдает мышление, интеллект, остальные функции (речь, праксис, гнозис, память, эмоции) будут страдать в соответствии с интеллектом в разной степени)

В выше перечисленных функциях больше страдает уровень, связанный с процессом отвлечения, обобщения.

Так, в восприятии больше всего страдает наиболее сложный уровень, связанный с анализом и синтезом. Отмечаются трудности в выделении ведущих признаков и свойств воспринимаемых предметов.

Исследования памяти детей-олигофренов показывают, что непосредственное запоминание у них лучше, чем опосредованное. Однако уже в непосредственном запоминании(10слов) наблюдаются определенные отличия от группы нормы. Здоровый ребенок при запоминании создает близкие по смыслу группы слов, олигофрен этого не делает. Также здоровый ребенок способен прогнозировать дальнейшие достижения в зависимости от полученных результатов (запомнил шесть, теперь запомню восемь). Дети олигофрены, либо завышают, либо занижают свои будущие результаты (запомнил шесть, все запомню).

При опосредованном запоминании (методика Леонтьева А.Н.) больные дели часто вместо заданного слова называют изображенный на карточке предмет.

Рассогласование результатов между непосредственным и опосредованным запоминанием-характерный симптом при умственной отсталости.

Трудности обобщения наблюдаются также в опытах на классификацию предметов. Олигофрены создают множество мелких групп, не способны объединить их на основе понятийных признаков. При этом у них хорошо развито практическое мышление (при выраженном отставании вербально-логического). Пр.:ребенок организует группу, в которую включает стол, бутылку, раков, стакан, объясняя, что можно поставить бутылку пива на стол, выпить и закусить.

В речи олигофрена слова представляют собой либо аффективно насыщенный набор звуков, либо являются частью предмета (в таком случае переименование недоступно ребенку). Слово, как носитель значений, понятий встречается значительно реже в речи таких детей.

Речь и мышление у олигофренов находятся в состоянии наибольшего недоразвития.

Недоразвитие интеллекта влияет и на аффективную сферу этих детей. В патологии происходит рассогласование между аффектом и интеллектом, в норме мы наблюдаем их единство. К.Левин говорил о том, что в основе умственной отсталости лежит фактор косности и вязкости аффекта, а не интеллектуальные нарушения. Эти выводы опирались на опыты по психическому насыщению и замещению неудовлетворенной потребности.

В эксперименте Зейгарник Б.В. на замещение детям и олигофренам предлагалось вылепить из пластилина животное, затем задание прерывалось и детям предлагалось нарисовать то же животное. Для здоровых детей второе задание выполнило свою замещающую функцию и они больше не возвращались к прерванному заданию. Дети олигофрены возвращались к лепке животного.

Л.С. Выготский подверг критике концепцию Левина об одностороннем воздействии аффекта на интеллект. При этом он ссылается на другие опыты по замещению, в которых детям сначала предлагалось вылепить из пластелина собаку, затем задание прерывалось и их просили вылепить дом. В этой ситуации здоровые дети возвращались к прерванному заданию, олигофрены нет. Если для здоровых детей замещающим эффектом обладали сходные по смыслу задания, то для олигофренов-сходные по матенриалу.

Т.о. обнаруживается не только тесная зависимость интеллекта от состояния аффекта, но и обратная-зависимость аффекта от интеллекта.

Однако базальные эмоции обнаруживают независимость от интеллекта и они сохранны у олигофренов. Это можно использовать в коррекционной работе, воздействуя на познавательную сферу через эмоциональную (Пр:олигофрен лучше запоминает аффективно насыщенный материал)

Также многие функции и способности у олигофренов находятся в латентном состоянии. Они ограничены в получении информации из-за интеллектуальной недостаточности и выраженной психической пассивности. Поэтому им необходимо специально организованное структурированное обучение для развития их способностей.

Структура дефекта при олигофрении:

Первичный дефект связан с тотальным недоразвитием мозга, коры больших полушарий.

Вторичный дефект связан с двумя координатами недоразвития «сверху вниз» и «снизу вверх» (нижележащие системы не получают нужных воздействий со стороны вышележащих, также нижележащие не обеспечивают необходимой подстройки вышележащим). Вторичный дефект осложняется ситуацией изоляции в среде сверстников, что вызывает невротические наслоения у ребенка и еще больше тормозит его контакты с окружающими.