Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Филип К.Дик. Человек в Высоком замке 13 страница




огорчений, ни волнений.

- Пожалуй, можно было бы, - сказала она. - Ты так хорошо водишь

машину - тебе бы ничего не стоило доехать туда, правда?

- Ну, я сомневаюсь, что этот знаменитый человек так запросто пускал

бы к себе посетителей. Их, наверное, пруд пруди.

- А почему бы не попытаться, Джо?

Она схватила его за плечо и возбужденно сдавила его.

- Худшее, что он может сделать - выгнать нас. Пожалуйста, Джо.

- Только когда сделаем покупки и прилично оденемся, - веско

проговорил Джо, - все с иголочки. Это очень важно - произвести хорошее

впечатление. И может быть мы даже найдем новый автомобиль, уже там, на

Шайенне. Держу пари, нам удастся.

- Да, - подтвердила она. - И тебе нужно подстричься. И позволь, чтобы

одежду тебе подобрала я, пожалуйста, Джо. Я, бывало, выбирала одежду для

Фринка. Мужчина ведь никогда не может купить что-нибудь приличное для

себя.

- На одежду у тебя неплохой вкус, - заметил Джо.

Он смотрел на расстилавшуюся перед ними дорогу.

- И вообще... Лучше всего, если ты сама позвонишь ему, именно ты

свяжешься с ним.

- Я сделаю себе прическу, - сказала она.

- Хорошо.

- И даже не побоюсь подняться и нажать звонок.

Она осмелела.

- Я имею в виду, что живем-то мы только один раз. Зачем же нам

трусить? Он такой - же человек, как и мы все. Может быть, ему будет даже

приятно узнать, что кто-то только для того и заехал в такую даль, чтобы

сказать ему, как понравилась его книга. Мы сможем получить его автограф на

первой странице книге - обычно его оставляют именно там. Разве не так?

Только было бы лучше купить новый экземпляр: этот так обтрепался и

засалился. Тут автограф не будет смотреться.

- Все что пожелаешь, - ответил Джо. - Я позволю тебе взять на себя

все детали. Я уверен, что тебе они под силу. Хорошенькая девушка всегда

добьется своего. Когда он увидит, какая ты сногсшибательная, он настежь

распахнет дверь. Но послушай: давай без дураков!

- Что ты хочешь сказать?

- Скажешь, что мы женаты? Я не хочу, чтобы ты впуталась с ним в

какую-нибудь историю. Ты понимаешь, о чем я говорю. Это было бы ужасно.

Это бы разбило нам всем жизнь - какая награда за его гостеприимство, какая

ирония. Так что гляди в оба, Юлиана.

- Кстати, и поспоришь с ним, - сказала Юлиана, - насчет того, Италия

ли стала причиной поражения, предав державы Оси, расскажешь ему то, что ты

рассказывал мне.

Джо кивнул.

- Ну что ж, договорились. Мы обсудим все, что он написал.

Они быстро мчались на север.

 

 

Остывший взор, слабость в желудке и так далее. Тошнота и угнетенное

половое чувство.

И все же - перед глазами ничего нет.

Чем может ответить его тело? Бегством?

Скрестив ноги, мистер Тагоми уселся прямо на полу своей гостиной и

начал манипулировать с сорока девятью стебельками тысячелистника.

Вопросы были безотлагательны, и он с лихорадочной быстротой проделал

все необходимое, чтобы получить перед собой все шесть строчек.

О ужас! Гексаграмма пятьдесят один!

Бог является под знаком грома и молнии.

Трубный глас - он непроизвольно прижал руки к ушам. Ха-ха! Хо-Хо!

Мощный взрыв, что бросает его в дрожь и заставляет закрыть глаза от

страха. Рев тигра, нервная суетня всполошившихся ящериц - и вот сам бог

является миру.

Что же это значит? Он оглядел комнату.

- Приближение - чего?

Он вскочил и неподвижно ждал, тяжело дыша.

Ничего. Колотится сердце. Дыхание и все физиологические процессы,

включая даже непроизвольные, управляемые подсознанием, близки к

критическому уровню: адреналин, сильное сердцебиение, учащенный пульс,

нарушение функций желез, комок в горле, застывший взор, слабость в желудке

и так далее. Тошнота и угнетенное половое чувство.

И все же - перед глазами ничего нет.

Чем может ответить его тело? Бегством?

Все готово к нему. Но куда бежать? И зачем?

На ум ничего не приходило. Значит, невозможно. Дилемма

цивилизованного человека: тело готово к чему угодно, но угроза туманна, не

обозначена.

Он вошел в ванную и начал намыливать подбородок, чтобы бриться.

Зазвонил телефон.

- Удар, - сказал он громко.

Он отложил бритву.

- Будь готов.

Он быстро перешел из ванной в спальню.

- Я готов.

От поднял трубку.

- Тагоми слушает.

Голос его сорвался, и ему пришлось прочистить горло.

Пауза, затем слабый, высохший, шуршащий, как старые опавшие листья,

голос произнес:

- Сэр, это Синиро Ятабе. Я прибыл в Сан-Франциско.

- От имени Главного Торгового Представительства приветствую вас, -

сказал мистер Тагоми. - Как я рад. Вы в добром здравии и в добром духе?

- Да, мистер Тагоми. Когда я смогу увидеть вас?

- Очень скоро. Через полчаса.

Мистер Тагоми взглянул на настенные часы, с трудом разбирая время.

- Третья сторона, мистер Бейнес. Я должен связаться с ним. Возможна

задержка, но...

- Мы можем условиться: через два часа, сэр, - сказал мистер Ятабе.

- Хорошо, - сказал мистер Тагоми, поклонившись.

- В вашей конторе в "Ниппон Таймз Билдинг".

Мистер Тагоми поклонился вторично.

Щелк. Мистер Ятабе опустил трубку.

"Мистер Бейнес будет доволен, - подумал мистер Тагоми. - Он должен

будет чувствовать то же, что кот, которому бросили кусок семги, например,

отличный жирный хвост".

Мистер Тагоми нажал отпустил рычаг, а затем спешно набрал номер отеля

Абхирати.

- Тягостное ожидание закончилось, - сказал он, услышав сонный голос

мистера Бейнеса.

Сон как рукой сняло.

- Он здесь?

- В моей конторе, - сказал мистер Тагоми, - в десять часов двадцать

минут. До свидания.

Он положил трубку и бросился в ванную заканчивать бритье. На завтрак

не было времени, нужно будет велеть мистеру Рамсею что-нибудь сообразить,

когда все будут в сборе. Все трое могут одновременно позволить себе

удовольствие. Пока он брился, он думал о том, что именно заказать на

завтрак.

 

 

Мистер Бейнес стоял в пижаме с трубкой в руке и нервно потирал лоб.

"Какой стыд, - подумал он, - сломаться и выйти на связь с этим агентом.

Если бы подождать всего день. Но, возможно, ничего плохого и не произошло.

Однако, сегодня нужно вернуться в магазин. Предположим, я не откажусь? Это

может вызвать цепную реакцию, они подумают, что меня убили, или что-то в

этом роде. Попытаются меня отыскать. Но все это уже не столь важно, потому

что он здесь. Наконец-то. Ожидание кончилось".

Мистер Бейнес бросился в ванную и стал готовиться к бритью.

Он решил, что не стоит сомневаться в том, что мистер Тагоми узнает

его, как только увидит.

"Теперь мы сможем отбросить это прикрытие: "Мистер Ятабе". По

существу, мы можем отбросить все прикрытия и все условности".

Побрившись, он тут же поспешил под душ.

"Наверное, уже поздно СД что-либо предпринимать, - подумал он, - даже

если они разнюхали, поэтому мне, вероятно, может не беспокоиться. По

крайней мере, будничные, мелкие заботы можно выкинуть из головы. Ничтожный

страх за свою собственную шкуру. Что же касается всего остального - теперь

придется беспокоиться всерьез".

 

 

 

Для Рейхсконсула в Сан-Франциско Фрейера Гуго Рейсса первое же дело

этого дня было неожиданным и внушающим тревогу.

Войдя в приемную, он обнаружил, что там его уже ждет посетитель,

крупный мужчина средних лет с тяжелой челюстью и следами оспы на лице, с

недобрым хмурым лицом. Мужчина встал и отдал партийный салют, одновременно

пробормотав:

- Хайль!

- Хайль! - ответил Рейсс.

Внутренне он застонал, хотя на лице его отразилась формальная деловая

улыбка.

- Герр Краус фон Меер? Я удивлен. Войдете?

Он отпер дверь своего кабинета, удивляясь тому, куда запропастился

его вицеконсул и кто позволил войти в приемную шефа СД. Однако, этот

человек уже был здесь, и теперь с этим уже ничего не поделаешь.

Войдя вслед за ним, сунув руки в карманы своего темного драпового

пальто, Краус фон Меер сказал:

- Послушайте, Фрейер, мы нашли парня из абвера. Это Рудольф Вегенер.

Он показался на одной старой явке абвера, которая у нас под колпаком.

Краус фон Меер захихикал, ослабившись и показывая при этом огромные

золотые зубы.

- Мы проследили его до самой гостиницы.

- Прекрасно, - сказал Рейсс.

Он заметил на своем столе почту. Значит, Пфердхоф где-то поблизости.

Несомненно он оставил кабинет запертым, чтобы помешать шефу СД совать свой

нос в их дела.

- Это очень важно, - сказал фон Меер. - Я известил Кальтенбруннера

самым безотлагательным образом. Теперь в любую минуту вы можете получить

известие из Берлина, если только эти "Унратфреззеры" ("Дерьмоеды") там,

дома, все не перепутают.

Он уселся за консульский стол, вытащил из кармана пачку сложенных

бумаг и, шевеля губами, старательно развернул одну из них.

- Фамилия для прикрытия - Бейнес. Выдает себя за шведского

промышленника или коммерсанта, или за кого-то еще, связанного с

промышленностью. Сегодня утром в восемь десять он отозвался на телефонный

звонок насчет официального свидания в десять двадцать в японской конторе.

Сейчас мы пытаемся проследить, откуда был сделан звонок. Возможно нам это

удастся через полчаса сделать. Они мне перезвонят сюда.

- Понимаю, - сказал Рейсс.

- Теперь мы сможем подцепить этого молодца, - продолжал Краус фон

Меер. - И если мы это сделаем, то, естественно, отошлем назад в Рейх на

ближайшей ракете Люфтганзы. Однако японцы или Сакраменто могут

запротестовать и попытаться помешать этому. Они адресуют протест вам, если

решатся. Возможно, они даже окажут очень сильное давление и доставят в

аэропорт целый грузовик агентов Токкоки.

- Вы не можете сделать так, чтобы они никого не обнаружили?

- Слишком поздно. Он же на пути на это свидание. Нам, возможно,

придется брать его прямо на месте, ворваться, схватить и бежать.

- Мне это не нравится, - сказал Рейсс. - А вдруг у него свидание с

каким-то чрезвычайно важным, высокопоставленным японцем? Как раз сейчас в

Сан-Франциско, по-видимому, находится личный посланец Императора. На днях

до меня дошел слух...

- Это не имеет значения, - перебил его фон Меер. - Подданный Германии

должен подчиниться законам Рейха.

"А мы хорошо знаем, что представляют из себя законы Рейха", - подумал

Рейсс.

- У меня наготове отделение коммандос, - продолжал Граус фон Меер. -

Пятеро отличных ребят.

Он снова хихикнул.

- Выглядят как скрипачи. Чудные лица аскетов, грустные лица, такие,

как, может быть, у студентов богословов. Когда они войдут, япошки сначала

подумают, что это струнный квартет...

- Квинтет, - подсказал Рейсс.

- Да. Они подойдут прямо к двери, соответствующе одетые.

Он внимательно осмотрел консула.

- Почти так же, как вы.

"Спасибо", - подумал Рейсс.

- Прямо на виду у всех, не стесняясь, прямо к этому Вегенеру. Они

окружат его, как-будто с ним совещаются. Мол, очень важное сообщение, -

продолжал бубнить он, пока консул открывал свою почту. - Никакого насилия,

просто: "Герр Вегенер, пройдемте с нами, пожалуйста. Вы же все понимаете".

И между спинными позвонками маленькое острие. Миг. И высшие нервные центры

парализованы.

Рейсс кивнул.

- Вы слушаете?

- Да.

- И снова на улицу в автомобили. Назад ко мне в контору. Япошки,

конечно, переполошатся, но будут вежливыми до последнего момента.

Краус фон Меер неуклюже отодвинулся от стола, пытаясь показать, как

будут раскладываться японцы.

Это же так грубо - обманывать нас, герр фон Меер. Однако, ничего не

поделаешь, гуд бай, герр Вегенер...

- Бейнес, - сказал Рейсс. - Разве не этой фамилией он пользуется на

этих переговорах?

- Бейнес. Очень жаль, что вы покидаете нас. В другой раз мы возможно,

еще о многом с вами переговорим.

На столе зазвонил телефон, и Краус фон Меер, перестал кривляться.

- Это наверное мне.

Он потянулся к трубке, но Рейсс его опередил.

- Это Рейсс.

- Консул, говорит "Ауслянд Ферншпрехамт" в Новой Шотландии, -

проговорил незнакомый голос. - Вам трансатлантический вызов из Берлина,

срочно.

- Хорошо, - отозвался Рейсс.

- Подождите минутку, консул.

Послышались слабые разряды, треск, потом другой голос, женский.

- Канцелярия.

- Да, это "Ауслянд Ферншпрехамт" в Новой Шотландии. Вызывается

рейхсконсул Гуго Рейсс. Сейчас консул на проводе.

- Поддерживайте связь.

Последовала долгая пауза, во время которой Рейсс одной рукой

продолжал перебирать почту. Краус фон Меер равнодушно наблюдал за ним.

- Герр консул, извините, что отнимаю у вас время, - раздался мужской

голос.

Кровь застыла в жилах Рейсса. Баритон, тщательно отработанный,

гладкий, переливающийся голос, знакомый Рейссу много лет доктор Геббельс.

- Это доктор Геббельс.

- Да, канцлер.

Следивший Краус фон Меер улыбнулся.

Челюсть его больше не отвисала.

- Только что меня попросил позвонить вам генерал Гейдрих. В

Сан-Франциско сейчас находится какой-то агент абвера, его зовут Рудольф

Вегенер. Вы должны всецело содействовать СД во всем, что она предпринимает

по отношению к нему. На подробности в данный момент нет времени. Просто

полностью предоставьте свою контору в их распоряжение. Заранее премного

вам благодарен.

- Понимаю, герр канцлер, - сказал Рейсс.

- До свидания, консул.

Краус фон Меер пристально посмотрел на Рейсса, как только тот положил

трубку.

- Я был прав?

Рейсс пожал плечами.

- О чем тут спорить?

- Подпишите ордер на принудительное возвращение этого Вегенера в

Германию.

Вынув ручку, Рейсс подписал ордер, поставил на нем печать и протянул

его шефу СД.

- Благодарю вас, - сказал фон Меер. - Теперь, как только японские

власти позвонят вам и станут жаловаться...

- Если только станут.

Краус фон Меер взглянул на него.

- Станут. Они будут здесь - не пройдет и пятнадцати минут после того,

как мы скребем этого Вегенера.

Он перестал паясничать, лицо его стало серьезным.

- Никакого струнного квинтета, - сказал Рейсс.

Фон Меер не обратил внимание на укол.

- Мы будем брать его вот-вот, так что будьте готовы. Можете сказать

япошкам, что он гомосексуалист, фальшивомонетчик или что угодно в этом

духе. Требуется вернуть его домой для предания суду как крупного

уголовника. Не говорите им, что он политический. Вы же знаете, что они не

принимают девяносто пяти процентов кодекса национал-социализма.

- Это я знаю, - сказал Рейсс. - И что делать, я тоже знаю. - И что

делать, я тоже знаю. Он чувствовал растущее раздражение и возмущение от

того, что его снова провели.

"Действуют через мою голову, - сказал он себе. - Как обычно. Меер

связался с канцелярией, ублюдок".

Руки его тряслись. Не от звонка ли Геббельса? Ужас перед его

всемогуществом? Или это чувство обиды от ущемленности его прав?

"Чертова полиция, - подумал он. - Они все сильнее и сильнее.

Уже заставили работать на себя Геббельса. Они заправляют там, в

Рейхе. А что я могу сделать? И кто тут может что-нибудь сделать? Лучше

будет помочь им. Не такое нынче время, чтобы перечить этому типу.

Вероятно, там в Берлине он может добиться чего угодно, даже увольнения

любого неугодного ему человека".

- Я давно понял, - сказал он вслух, - что вы вовсе не преувеличили

значение этого дела, герр полицайфюрер. - Полагаю даже, что безопасность

Германии зависит от того, насколько оперативно вы разоблачите этого шпиона

и предателя.

Ему самому вдруг стало страшно оттого, что он выбрал такие слова.

Однако, Краус фон Меер, казалось, был польщен.

- Благодарю вас, консул.

- Возможно, вы спасли нас всех.

- Ну мы его еще не взяли.

Фон Меер нахмурился.

- Давайте подождем. Думаю, что скоро позвонят.

- Японцев я беру на себя, - сказал Рейсс. - Вы же знаете, у меня

богатый опыт. Их жалобы...

- Не сбивайте меня, - перебил Краус фон Меер. - Мне нужно подумать.

Очевидно, его обеспокоил звонок из канцелярии. Теперь он понял, что

положение серьезно.

"А ведь, возможно, что этот молодчик уйдет, и это будет вам стоить

вашей работы, - подумал консул Гуго Рейсс. - Моей работы, вашей работы -

оба мы можем в любой момент очутиться на улице. Вряд ли у вас более

безопасное положение, чем у меня. В самом деле, может быть, стоит вас

слегка цапнуть за ног, чтобы поубавить спеси, герр полицайфюрер?

Что-нибудь этакое провернуть, что никогда нельзя будет вменить в вину.

Например, когда сюда придут жаловаться японцы, можно вскользь намекнуть на

номер рейса Люфтганзы, которым уволокут отсюда этого парня, или, все

отрицая, постепенно раздразнить их, ну, хотя бы тем, что самодовольно

улыбаясь, дать понять, что Рейху на них наплевать, что маленьких

желтеньких человечков не принимают всерьез. Их так легко уколоть. А если

они достаточно разогреются, они могут довести свои жалобы непосредственно

до самого Геббельса. Есть разного рода возможности. СД, в сущности, не

может выдворить этого парня из ТША без моего активного сотрудничества.

Если бы мне только точно знать, куда нанести удар! Ненавижу тех, которые

лезут через мою голову. Это ставит меня в чертовски неудобное положение. Я

начинаю нервничать до бессонницы, а если я не смогу спать, то не смогу и

делать свое дело. Оставим Германии самой исправлять свои проблемы. И

вообще, мне было бы намного спокойнее, если бы этого неотесанного баварца

вернули домой, к составлению отчетов в каком-нибудь вшивом отделении

полиции".

Зазвенел телефон.

На этот раз Краус фон Меер был первым у аппарата, и Рейсс не смог ему

помешать.

- Алло, - проговорил фон Меер в трубку.

Он принялся слушать.

"Уже?" - мелькнуло в голове Рейсса.

Но шеф СД протянул трубку ему.

- Это вас.

Втайне облегченно вздохнув, Рейсс взял трубку.

- Это какой-то школьный учитель, - пояснил Краус фон Меер, -

допытывается, можете ли вы дать ему несколько австрийских театральных афиш

для его класса.

 

 

Около одиннадцати утра Роберт Чилдан закрыл магазин и пешком

направился в контору мистера Пола Казуора.

К счастью, Пол не был занят. Он вежливо поприветствовал Чилдана и

предложил ему чаю.

- Я вас не задержу, - сказал Чилдан после того, как они оба принялись

потягивать чай.

Кабинет Пола, хотя и был невелик, но отличался современной и простой

обстановкой.

На стене всего дома одна, но превосходная литография: тигр работы

Моккаи, шедевр конца тринадцатого столетия.

- Всегда счастлив видеть вас, Роберт, - сказал Пол тоном,

содержавшим, как показалось Чилдану, некоторый оттенок равнодушия.

Возможно, это было просто его фантазией. Чилдан осторожно взглянул

поверх чашки. Собеседник вроде бы казался добродушным и дружелюбным. И все

же Чилдан ощутил некоторую перемену.

- Ваша жена, - сказал Чилдан, - вероятно разочарована моим безвкусным

подарком. Я мог бы и обидеться. Однако, когда имеешь дело с чем-то новым и

неопробированным, как я уже говорил, предлагал вам этот подарок, трудно

сделать надлежащую окончательную оценку - во всяком случае, человеку,

привыкшему думать только о делах. Думаю, что вы и Бетти вместе имеете

больше прав на высказывание суждения, чем я.

- Она не была разочарована, Роберт, - сказал Пол. - Я не передавал ей

той вещицы.

Опустив руку в ящик стола, он извлек маленькую белую коробочку.

- Она не покидала стен этого кабинета.

"Догадался, - подумал Чилдан. - Ну и ловкач. Он даже не сказал ей.

Вот так история. Теперь остается надеяться, что он не выйдет из себя и не

обвинит меня в попытке соблазнить его жену. А он может стереть меня в

порошок".

Сохраняя на лице хорошую мину, он продолжал потягивать чай.

- О, - мягко протянул он. - Интересно.

Пол открыл коробочку, вынул из нее заколку и начал ее осматривать,

повернув на свету и повертел из стороны в сторону.

- Я нашел в себе смелость показать это кое-каким деловым людям, -

сказал Пол, - разделяющим мои вкусы по отношению к американским

историческим вещицам и реликвиям, имеющим общехудожественное эстетическое

достоинство.

Он взглянул на Роберта Чилдана.

- Конечно, прежде никто из них ничего подобного не видел. Как вы

объяснили мне, до настоящего времени такие вот современные изделия

известны не были. Думаю также, что вы знаете, что являетесь единственным

представителем этого направления.

- Да, знаю, - отозвался Чилдан.

- Хотите знать, как они отреагировали?

Чилдан поклонился.

- Они смеялись, - сказал Пол.

Чилдан Молчал.

- И я смеялся, - сказал Пол, - без вас, на другой день после того,

как вы пришли и показали мне эту штуковину. Естественно, чтобы не

расстроить вас, я скрыл свою реакцию. Вы несомненно помните, что я был

более или менее равнодушен во внешних своих проявлениях.

Чилдан кивнул.

- Но тем не менее, - сказал Пол, - я уже несколько дней внимательно

ее осматриваю и без всяких логических причин ощущаю определенную

эмоциональную нежность. "Почему же?" - спрашиваю я себя. Ведь я даже не

спроецировал на эту штуковину: как в германских психологических опытах,

свое собственное естество. Я до сих пор не вижу никаких черт, никакой

формы души. Но она каким-то образом имеет сопричастность к Тао. Понимаете?

Он кивнул Чилдану.

- Она уравновешена. Силы внутри этого предмета сбалансированы.

Равнодействующая придет ей покой. Поэтому можно сказать, что эта штука

пребывает в мире со вселенной. Она была вовлечена в ней, но ей тут же

удалось придти в состояние гомеостазиса с нею, независимого состояния,

поддерживаемого только внутренними, без внешнего вмешательства, ресурсами.

Чилдан кивнул, изучая заколку, но Пол не обращал на него внимания,

продолжал:

- У нее нет "Ваби", - сказал он, - и не могло быть, но...

Он тронул пальцами головку шпильки.

- Роберт, у этой штуковины есть "ВУ".

- Я верю вам, - сказал Чилдан.

Он пытался вспомнить, что же такое "Ву" - слово не японское, оно

китайское.

Он вспомнил, что оно означает "мудрость" или "разумение", в любом

случае, нечто в высшей степени значительное, хорошее.

- Руки ремесленника, - сказал Пол, - обладали "Ву" и сделали так,

чтобы "Ву" передалось этому предмету. Но он закончен, совершенен, Роберт.

Размышляя над этим, мы сами приобретаем еще большее "Ву". Мы испытываем

умиротворение, присущее, однако, не искусству, а священным предметам. Я

припоминаю храм в Хиросиме, где можно рассматривать челюсть какого-то

средневекового святого. Однако вот этот предмет - дело рук человека, а то

была реликвия. Этот предмет живет в настоящем, в то время как тот - просто

остался. В результате этих размышлений, занимавших меня со времени нашего

последнего прихода, я определил ценность этой вещи, она заключается в

отсутствии историчности. И я этим глубоко заинтересован, да вы и сами

видите.

- Да, - отозвался Чилдан.

- Не иметь исторической ценности, не иметь художественных,

эстетических достоинств, и тем не менее содержать оттенок некой неземной

ценности - это какое-то чудо. И именно оттого, что эта безделушка такая

жалкая, маленькая, вроде никчемная. Это, Роберт, только из-за "Ву". Потому

что часто бывает, что "Ву" находится в самых на вид невзрачных предметах,

о которых у христиан говорится: "Камни, отвергнутые мастером". Можно

угадать "Ву" в таком хламе, как старая палка или ржавая жестянка из-под

пива на обочине. Однако, в этих случаях "Ву" находится внутри самого

смотрящего. Это религиозное переживание. Здесь же мастер вложил "Ву" в

предмет, а не просто стал свидетелем "Ву", внутренне присущего этому

предмету.

Он поднял глаза.

- Я достаточно излагаю свои мысли?

- Да, - ответил Чилдан.

Другими словами, это указывает на совершенно новый мир. И имя ему -

не искусство, так как у него нет формы, и не религия. А что же? Я

бесконечно долго размышлял над этой заколкой, но так и не смог ничего

понять. У нас, очевидно, нет слова для определения такого вот предмета.

Так что вы правы, Роберт. Это действительно, подлинная новая вещь перед

лицом вселенной.

"Подлинная, - подумал Чилдан. - Да, определенно, так оно и есть. Я

ухватил его мысль. Что же касается остального..."

- Придя же в своих размышлениях к такому выводу, - продолжал Пол, - я

тут же позвал сюда тех же своих знакомых. Я взял на себя, так же как и

сейчас с вами, труд донести до них те же соображения. Я попросил, чтобы

они выслушали меня до конца - столь велика была сила воздействия этой вещи

на меня, что вынудила отбросить всякий такт по отношению к ним.

чилдан понимал, что значит для такого человека, как Пол, навязывать

свои идеи другим людям. Задача совершенно невероятная.

- Результат, - продолжал Пол, - был обнадеживающим. Они оказались в

силах воспринять, подчиняясь моему давлению, мою точку зрения. Они

постигли то, что я им обрисовал. Так что игра стоила свеч. Тогда я

успокоился. Все, Роберт. Я выдохся.

Он уложил заколку обратно в коробочку.

- На этом моя миссия закончена. От дальнейшей ответственности я себя

освобождаю.

Он подтолкнул коробочку Чилдану.

- Сэр, это ваше, - сказал Чилдан.

Он чувствовал неведомый ранее страх: ситуация не подходила ни под

одну модель, которую ему когда-либо приходилось переживать.

Высокопоставленный японец, восхваляющий до небес полученный им подарок, а

затем возвращающий его. Чилдан почувствовал, как у него затряслись колени.

У него не было ни малейшего представления, что делать. Он стоял, как

дурак, лицо его вспыхнуло.

Спокойно, даже сурово, Пол сказал:

- Роберт, вы должны с большой смелостью смотреть в лицо

действительности...

Побледнев, Чилдан произнес, запинаясь:

- Я смущен, тем, что...

Пол встал, глядя ему прямо в лицо.

- Мужайтесь. Это единственная ваша задача. Вы являетесь единственным

поверенным этого предмета и других такого же рода. Вы, кроме того,

являетесь профессионалом. На некоторое время уйдите в себя, замкнитесь,

поразмыслите, возможно, даже испросите совета у "Книги перемен", затем еще

раз внимательно проверьте свои витрины, свою систему торговли.

Чилдан широко разинул рот, не сводя с Пола глаз.

- И вы увидите, что вам следует сделать, - сказал Пол, - как, каким

образом сделать эти предметы популярным у покупателей.

Чилдан застыл, как вкопанный. Этот человек уговаривал его, чтобы он

взял на себя моральную ответственность за ювелирные изделия "ЭдФрэнка"!

Сумасшедшее японское наркотическое видение мира: ничего нет, только все

заслоняющая духовная и деловая связь с побрякушками, имеющим какую-то


Поможем в написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой





Дата добавления: 2015-08-12; просмотров: 266. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.188 сек.) русская версия | украинская версия
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7