Глава 5. - Расскажи мне, какая она в постели?

- Расскажи мне, какая она в постели? – Клэр, хихикая, уселась на кровати, поглаживая рельефное тело святого отца.

Ее длинные рыжие волосы спадали на плечи. Для шестнадцатилетней девушки она имела уже вполне выдающиеся формы. В особенности грудь. Едва прикрытая волосами, она томно вздымалась, когда Николас в очередной раз рассказывал о мадам Элизабет.

Мужчина изредка касался ее нежного юного тела, любуясь каждым его изгибом. Клэр улыбалась и направляла его руку к местам наиболее интимным и чувствительным.

Им двоим это безумно нравилось. Нравилось прикасаться друг к другу. Наслаждаться каждым моментом, проведенным наедине.

- Она сползла вниз, словно змея, - прошептал Николас. – А потом я кончил ей прямо на лицо. Представляешь? Самой миссис Холлман, главной блюстительнице благочестия в городе!

- Ты неисправимый развратник! – похвалила его Клэр. Склонившись, она крепко поцеловала Николаса. Это доставляло ей гораздо большее удовольствие, чем секс. Она любила целовать. Чувствовать нежные ласки языка в своем рту. И Николас делал это, заставляя всю ее трепетать в нескончаемом блаженстве. – Твой язык, даже не прикасаясь к моей киске, способен довести меня до оргазма, - сказала она после долгого поцелуя.

- Клэр, ты самая удивительная любовница! Единственная, кто в полной мере оценивает важность поцелуя. Без него секс превращается в обычное совокупление. Именно через поцелуй мы передаем свою любовь.

- И я люблю тебя, Николас. Намного больше, чем ты можешь себе представить.

- Я тоже. Люблю.

Клэр улыбнулась и их губы вновь слились воедино. Теперь она старалась сделать все еще лучше. Еще нежнее. И у нее, без сомнения, это получалось.

Никто не умел делать это так как она.

Николас действительно любил ее. И было за что: тонкая талия, бархатистая кожа и выразительные карие глаза, смотревшие на весь мир с презрительной усмешкой. Но больше всего Николаса восхищало в ней стремление постичь все тайны любви.

Клэр оказалась очень способной ученицей. В короткий срок она научилась вытворять в постели самые немыслимые вещи. Дарить и получать наслаждение. Это была его самая лучшая любовница. Невероятно страстная и до безумия возбуждающая. И поскольку Клэр научилась всем тонкостям любви, теперь она поможет ему обучить всему Элизабет.

- Николас, как тебе удалось совратить миссис Холлман? Я до сих пор не могу понять, что толкнуло ее.

- Ты удивишься, - ответил священник. – Но она сама запрыгнула ко мне в постель. Я давно заметил на себе ее взгляд, тот самый, что когда-то уловил и в тебе. Представляешь, в исповедальне она призналась мне в любви.

Клэр расхохоталась. Ее звонкий смех залил маленькую комнатку святого отца. Николас недоуменно взглянул на девушку. Неужели это так весело? И правда, услышать интимное признание от самой Элизабет Холлман, а потом склонить ее к греху... Что может быть смешнее?

- Я хочу, чтобы мы с ней встретились, - сказала Клэр. – Обязательно. Если она именно такая, как ты говоришь, то у нас может быть много общего. К тому же мне безумно интересно попробовать ее на вкус. Элизабет. Это невероятно!

- Конечно, моя дорогая, - Николас чмокнул девушку в живот. – В это воскресенье после праздника мы устроим собственный. Только обещай мне, что не будешь к ней излишне придирчива – ей предстоит еще многое познать.

- Обещаю. Более того, я сама научу ее всем тонкостям.

 

Клэр и Николас еще долго обсуждали предстоящее знакомство с интимной стороной Элизабет. Такой чувственной и желанной. Затаенной. Пытались найти лучший путь к разрушению ее глупых убеждений и раскрытию нежной хрупкой души.

Ведь она способна на чувства.

Элизабет может любить.

Часто они прекращали беседу, чтобы скинуть накопившееся напряжение. И каждый в это время думал о предстоящих удовольствиях, что еще больше разжигало страсть, распаляло воображение и придавало остроту ощущениям.

Ближе к вечеру святой отец поинтересовался, не будет ли миссис Уордейл волноваться по поводу долгого отсутствия дочери? На что прекрасная Клэр ответила:

- Нет, любовь моя, она сама хотела, чтобы ты наставил меня на путь истинный.