Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

ГЛАВА 5. Мне потребовался весь мой сомнительный самоконтроль, чтобы постоянно не звонить и не писать Сидни, спрашивая о новостях




АДРИАН

 

Мне потребовался весь мой сомнительный самоконтроль, чтобы постоянно не звонить и не писать Сидни, спрашивая о новостях. Я не мог представить, насколько ее отсутствие ударит по мне. Дело было даже не в том, что я просто скучал по ней – хотя, конечно, это было частью всего. Я так привык просыпаться с ней каждое утро, быть с ней рядом во время еды и других бытовых занятий. Теперь я не просто пытался скоротать время без нее; мне приходилось постоянно убеждать себя, что она не в лапах алхимиков.

– Я не должен был отпускать ее одну, – сказал я маме на следующий день.

Она оторвалась от вышивания крестиком. Этим хобби она занялась, чтобы скоротать время, и это было лишь немногим менее удивительно, чем все, что в последнее время происходило в наших жизнях.

– Дорогой, ты слишком много беспокоишься. Если и есть что-то, что я могу сказать о своей человеческой невестке, так это то, что она потрясающе находчива.

Я перестал мерить шагами комнату.

– Ты действительно так думаешь?

На губах мамы заиграла кривая улыбка.

– Ты удивлен, что я говорю нечто хорошее о ней?

– Немного, да, – признался я. Мама никогда открыто не противилась моим отношениям с Сидни. Вообще-то, у нее даже не было такого шанса. Я просто заявился ко Двору в компании невесты, и никто не был способен разлучить тех, кого свел вместе штат Невада. Моя мама точно не приняла нас с распростертыми объятиями, но при этом она осталась с нами, тогда как остальные – включая моего собственного отца – отвернулись от нас. На самом деле, я думал, что мама не одобряла нас, а просто извлекала максимальную пользу из очень плохого положения.

– Я бы солгала, если бы сказала, что когда-либо, хоть в какой-то момент жизни, хотела, чтобы ты женился на человеке, – сказала она после нескольких мгновений раздумий. – Однако я знаю, что твой жизненный путь не из легких. Он никогда таким не был. Он никогда таким не будет. Я осознала это еще тогда, когда ты был ребенком. И я знала, что с кем бы ты ни сошелся в жизни, это будет кто-то особенный, кто-то, способный противостоять всем твоим недостаткам. Эта девочка? Сидни? Она как раз такая. Я поняла это за последний месяц. И меня больше устраивает, что у тебя есть достойная супруга-человек, чем если бы у тебя была жена-моройка, не способная помочь тебе справиться с твоим бременем.

У меня практически отвалилась челюсть.

– Мам, думаю, это самая сентиментальная вещь, которую я когда-либо слышал от тебя.

– Тише, – сказала она. – И перестань беспокоиться. Она компетентна и талантлива. И она не одна. С ней страж и та странная человеческая женщина.

Мне удалось выдавить слабую улыбку, но я не смог сказать маме, что Сидни, независимо от того, насколько она компетентна и талантлива, оказалась неспособна ускользнуть от алхимиков ранее. На самом деле, когда ее схватили, Эдди был с ней. Как и всегда, он был смертоносен и свиреп… но этого оказалось недостаточно.

Стук в дверь избавил меня от дальнейших размышлений, но зато принес с собой целый ряд новых проблем. Я пообещал Нине, что мы отправимся на поиски Олив позже, но до этого было еще несколько часов. Соня заверила меня, что успокоительное, которое она дала Нине, чтобы помочь заснуть, будет действовать какое-то время, но, быть может, его действие закончилось, и сейчас за дверью я обнаружу Нину с безумными глазами, требующую немедленно отправиться в магический сон на поиски Олив.

Но вместо этого, открыв дверь, я обнаружил Розу. Я не был уверен, чувствовать ли мне облегчение или держать ухо востро.

– Привет, – сказал я. – Как дела?

Сейчас она точно не была при исполнении обязанностей, одетая в джинсы и футболку вместо черно-белой формы стражей, которую они носили на службе. Она тряхнула гривой темно-каштановых волос и ухмыльнулась.

– Слышала, как вы оказались тут взаперти, и вот я решила проведать вас, ребята.

Я постарался не вздрогнуть от слов «вас, ребята».

– Я думал, вы с Дмитрием далеко отсюда, ищете Джилл, – сказал я, надеясь отвлечь ее от «нас».

При моих словах ее энтузиазм несколько померк.

– Мы искали… но особенно не преуспели. И Лисса вызвала нас обратно, чтобы мы присмотрели за несколькими членами королевских семей, которые всегда были против нее, на случай, если это они похитили Джилл.

А вот это были новости.

– Думаешь, в этом есть хоть доля правды?

– Скорее всего, нет, – ответила Роза. – И Лисса тоже знает, что это маловероятно. Но она хочет проверить любую зацепку.

Я отступил назад.

– Ладно, не хочу отвлекать тебя от этого…

Ее ухмылка вернулась.

– Ты и не отвлекаешь. Мы сегодня уже провели несколько часов за работой, и не можем ничего делать до завтра, пока один из подозреваемых лордов не вернется. Так что сейчас мы займемся чем-то более продуктивным. Бери Сидни, и я покажу вам.

– Она, эм, сейчас спит, – соврал я.

– Спит? Сейчас же середина дня.

– Нашего дня, – поправил я. – Она все еще на человеческом расписании.

Ясное дело, Роза выглядела смущенной.

– Правда? Когда я прошлый раз была тут, я думала, что она неплохо адаптировалась.

– Она скучает по солнцу, – объяснил я.

– А она вообще выходит отсюда?

– Ну, нет… но тут дело принципа. Это человеческие штучки.

Судя по все более озадачивающемуся лицу Розы, у меня не слишком хорошо выходило прикрывать нас, поэтому я решил немного сократить свои промахи.

– Слушай, почему бы тебе не показать мне то, что хотела, а для Сидни я просто оставлю записку? – Я понял, что это лучше, чем вполне вероятное предложение Розы подождать, пока Сидни проснется.

– Конечно, – сказала Роза. – Мы можем прогуляться с ней в другой раз.

– После тебя, – я жестом указал ей выход в коридор.

– А тебе не надо оставить записку? – многозначительно спросила она.

– А, да. Погоди, – я шагнул внутрь и оставил Розу в холле. Постояв за дверью с полминуты, я снова открыл дверь и присоединился к ней. – Готово.

Роза повела меня в ту часть Двора, которая в основном была отведена для стражей. Это было недалеко от их штаб-квартиры и от некоторых из их домов. Что более важно, здесь же они и тренировались, и прямо сейчас она вела меня к одной из их тренировочных площадок. Вот только обнаружили мы там вовсе не группу дампиров. Это была группа мороев-воинов.

– Будь я проклят, – сказал я. И это был комплимент.

Давным-давно, когда люди и морои спокойно вступали в брак, морои тоже многое делали для своей защиты. Они использовали магию стихий как оружие и сами сражались со стригоями. Со временем дампиры взяли на себя все обязанности по защите, и использование магии для чего-то кроме дешевых фокусов превратилось в табу для мороев. Среди многих предлагаемых в моройской политике изменений часто обсуждался вопрос самообороны с помощью магии. И сейчас я видел воплощение этого предложения в жизнь.

Сейчас здесь было около двух дюжин мороев, разбитых на четыре группы, у каждой из которых был свой цвет одежды. Они делали упражнения, которые могли бы быть взяты прямиком из школы Малахии Вольфе: упражнения по защите и элементы рукопашного боя. Пара стражей давала им советы, и одного из них я мгновенно узнал, даже несмотря на то, что он стоял ко мне спиной – благодаря его росту и коричневому кожаному пыльнику. Дмитрий Беликов подошел ко мне, протягивая руку в знак приветствия.

– Адриан, – тепло сказал он. – У нас пока нет группы специалистов по духу. Хотел бы ты возглавить такую? Найдешь других желающих?

Первой, кто пришел мне на ум, была Нина, которая уже потенциально теряет рассудок из-за использования духа. Мысль о вовлечении ее в боевые тренировки только приводила в замешательство.

«Наконец и для тебя нашлась роль лидера», – заметила тетя Татьяна.

Я покачал головой.

– Спасибо, но нет, спасибо. У меня и так уже полно забот.

– А где Сидни? – спросил он. – Я думал, она хотела бы увидеть это.

– Она спит, – с готовностью ответила Роза.

Видя удивление Дмитрия, я объяснил:

– Она на человеческом расписании. Но ты прав, она бы хотела увидеть это. В другой раз.

– В другой раз, – согласился Дмитрий. – Смотри, они готовы начать.

– Начать что? – спросил я.

Страж, которого я не знаю, только что закончил подготовку тренировочных манекенов на одном крае площадки. Он подозвал все группы, и я с изумлением увидел, как каждая из них продемонстрировала, насколько смертоносными могут быть стихии. Пользователи воды посылали в манекены мощные струи воды, сбивая их одним ударом. Пользователи земли вызывали землетрясения, а также пускали в ход камни и грязь как оружие. Пользователи воздуха призывали сильные порывы ветра, которые бы точно нокаутировали живого противника. Некоторые из них даже могли использовать воздух, чтобы поднимать предметы и использовать их как оружие. И пользователи огня – что ж, их разрушительные способности были очевидны – одного из манекенов полностью охватил огонь.

– Пожалуйста, только демонстрация, – устало крикнул страж. – Нам не нужно стирать с лица земли запасы тренировочных манекенов.

– Прости! – послышался веселый голос, который я тут же узнал. Кристиан Озера стоял среди одетых в красное пользователей огня. Он погасил пламя одним взглядом.

После индивидуальной демонстрации стихийных сил, воины показали нам, как они могут использовать силы стихий вместе. Пользователи воздуха заморозили воду, которую создали пользователи воды. Пользователи земли заключили манекены в земляные ловушки, позволяя пользователям огня тут же наброситься на них. (Кристиан вновь перестарался с интенсивностью созданного им пламени. Он попросту уничтожил манекен. «Извините» повторил он так, что стало ясно, что ему совершенно не жаль).

Все закончилось демонстрацией приемов рукопашного боя, которые они практиковали, когда я пришел сюда. Морои не были так же сильны, как дампиры, но было ясно, что эта группа тренировалась очень упорно. Я бы не хотел столкнуться с любым из них в бою. Они показывали такие приемы, что любой страж был бы горд их освоить, и даже показали, как действовать в элементарных атаках. В общем, это была потрясающая демонстрация.

– Ну, что? – спросил Кристиан позже. Он подошел к нам сразу после окончания демонстрации. – Думаешь, мы сможем победить их?

Миниатюрная блондинка в синем одеянии шла следом за ним, и я был рад, хоть и не удивлен, что Мия Ринальди стала лидером среди пользователей воды.

– Это было безупречно, – согласилась она. – Нет никакого шанса, что они не утвердят программу сейчас.

– О чем ты говоришь? – спросил я.

– Это был всего лишь разогрев, – пояснил Кристиан. – И это не игра слов. Мы собираемся показать это на совете мороев в надежде, что они утвердят программу, и мы сможем внедрить ее во все моройские школы, чтобы набирать и обучать больше людей для дела.

Мия сверкнула своими голубыми глазами.

– Мы также хотим получить разрешение на частые вечеринки, на которых мы могли бы охотиться на стригоев.

– Ну, у вас есть мой голос, – честно признался я. – Выглядит так, будто вы можете вывести стражей из дела.

– Давайте не будем увлекаться, – поддразнила нас Роза. – Но ты прав, они проделали большую работу. Теперь нам остается лишь уговорить Совет дать согласие. Лисса уже за нас.

– Конечно, она за нас, – сказал я. – Это потому что она молода и прогрессивна. Но другие… Они могут начать сопротивляться переменам. Даже с такой впечатляющей демонстрацией сил, как эта.

Роза согласно кивнула, отлично понимая, что даже морои с самыми благими намерениями привязаны к традициям.

– Я надеялась, что Сидни предоставит нам некоторые логические аргументы, которые мы сможем использовать, чтобы защититься.

Я усмехнулся в ответ на эти слова:

– Я уверен, что она бы предоставила.

– Кстати, где Сидни? – спросил Кристиан.

– Она спит, – в унисон сказали мы с Розой.

Как бы ни была увлекательна демонстрация сил мороев, больше всего я боялся адресованных мне вопросов о Сидни. Это и короткий взгляд, брошенный на мои часы, напомнило мне, что скоро мне нужно будет отправиться в сон с Ниной.

– Мне нужно возвращаться, – сказал я. – Спасибо, что позволили мне увидеть это.

– Были рады, – сказала Роза, кивнув в сторону центральной площади двора. – Узнай, когда для Сидни будет хороший день, и мы устроим это снова, в более подходящее человеку время.

Я стиснул зубы, потому что ненавидел ложь.

– Я поговорю с ней и вернусь к вам.

Роза проводила меня, и, по-видимому, ей показалось странным, что я не пригласил ее зайти в комнату. Я сослался на то, что Сидни чутко спит, и Роза, казалось, поверила мне.

Когда она наконец ушла, я понял, что из-за волнения от демонстрации и все большего закручивания лжи, я стал беспокойным и тревожным. И это создало для меня некоторые трудности, когда я забрался в постель. К тому же, для меня это был самый разгар вампирского дня, но Нина сказала, что Олив живет по человеческому расписанию, поэтому она, должно быть, сейчас спала.

Когда спустя тридцать минут я все еще ворочался в постели, Нина прислала мне сообщение, что она не может найти меня.

«Проблемы со сном», – написал я в ответ.

«У меня есть немного снотворного от Сони. Если тебе нужно, приходи, – шутливо ответила она. – Буду счастлива поделиться».

Я улыбнулся, задумавшись на мгновение о той легкой дружбе, которая была раньше у нас с Ниной.

«Нет, спасибо. Просто дай мне немного времени».

В конце концов, мне удалось расслабиться и заставить себя заснуть. Прошло уже довольно много времени с тех пор, как пользователь духа втаскивал меня в свой сон. Обычно, я создавал сны, декорации для них и приглашал других присоединиться с помощью сил духа. Мое окружение материализовалось вокруг меня, и я оказался прямо перед милым белым домом. Помимо этого я видел забор, ограждающий пастбище, где лениво паслись лошади. Все вокруг было окрашено в фиолетовые и оранжевые цвета закатного солнца. Птицы пели свои вечерние песни, и теплый ветер легко касался моей кожи.

– Это дом моего папы в Висконсине, – объяснил голос за моей спиной.

Я обернулся и увидел Нину, которая шла ко мне через высокую траву, растущую перед ее домом. Она выглядела в миллионы раз лучше, чем когда я видел ее в последний раз. Ее кудрявые волосы были собраны в свободный пучок, и сарафан цвета лаванды облегал ее стройную фигуру. Я надеялся, что это отражение того, что было в реальном мире, а не обычная иллюзия во сне.

– Здесь замечательно, – честно признался я. – В таких местах дети мечтают вырасти.

Она улыбнулась в ответ на мои слова.

– Мы могли приезжать сюда только на каникулы. У нашей семьи были друзья, не особо значительные члены королевской семьи, и они ездили с нами вместе со своими стражами. Иначе здесь было слишком опасно. Это довольно далекое место… но ты никогда не узнаешь.

Она не закончила свою мысль. Нина и Олив были сводными сестрами с общим отцом-мороем. Из-за того, что он не был членом королевской семьи, у него никогда не было защиты стражей, поэтому Олив стала защищать его сама. И ее обратили в стригоя во время одной из атак. С помощью духа Нина смогла вернуть ее. Это было редким знаком отличия, которым Олив поделилась лишь с некоторыми… с Дмитрием и Соней, если быть точным.

– Мы должны привести Олив сюда? – спросил я, желая отвлечь Нину от неприятных тем о ее прошлом. В ответ на мой вопрос она нахмурилась сильнее:

– Это не так просто… Ты увидишь. Я имею в виду, может быть, это будет по-другому, когда ты здесь. Я надеюсь на это.

Я все еще не до конца понимал, в чем заключается проблема, но решил подождать и увидеть своими глазами, что произойдет.

В действительности, если Олив спала, то это должно было быть проще простого. Нина должна была быть в состоянии с помощью духа привести Олив к этому загородному дому так же просто, как привела меня. Нина продолжала хмуриться, глядя на пасущихся лошадей, и я почувствовал, как магия духа поднимается в ней, пока она попыталась установить контакт со своей сестрой. Пока все было хорошо.

Спустя несколько мгновений, полупрозрачный силуэт начал материализоваться рядом с нами. Я узнал обычную для Олив позу, ее темные волосы и медную кожу. Вокруг нее вздымался плащ, скрывая ее тело, которое, как я знал, было более мускулистым, чем у ее сестры. Глаза Олив широко распахнулись, когда она осознала, что произошло.

– Нет, Нина. Пожалуйста. Только не снова.

Как правило, в этот момент Олив должна была полностью укрепиться и твердо стоять рядом с нами. Однако вместо этого, деревенский пейзаж начал исчезать вдали, становясь все более и более иллюзорным. Я резко перевел взгляд на Нину:

– Что ты делаешь?

Она вздохнула:

– Я ничего не делаю. Это то, о чем я пыталась сказать тебе.

Красивый зеленый пейзаж исчез, уступив местности черных и пепельных оттенков, усеянной камнями. Зазубренные скалы выросли прямо перед нами, устремившись в застланное грозовыми тучами небо. Иногда сверкали молнии, будто танцуя между ними.

И здесь не было никаких признаков присутствия Олив.

– Что это? – воскликнул я, изумившись. – Похоже на декорации к постапокалиптическому фильму...

На лице Нины не было ни тени улыбки.

– Это Гавайи.

Я огляделся вокруг.

– Не хочу спорить, вот только при слове «Гавайи» мне представляются пляжи, пальмы и девушки в бикини.

Нина взглянула на свои ноги, и ее босоножки тотчас же превратились в кроссовки. Она начала подниматься по склону.

– Это вулкан. Мы забирались сюда в детстве, когда приезжали на каникулы.

– Интересное место, – хмыкнул я, с величайшей осторожностью следуя за Ниной. – Но зачем ты перенесла нас сюда? На ферме было неплохо.

– Я нас не переносила, – пробормотала она, явно растерянная. – Это сделала Олив.

– Олив не владеет духом, – возразил я. – Максимум, на что она способна – изменить одежду, но такое ей не по зубам.

– Каким-то образом, она отняла у меня возможность управлять снами. Теперь она все время выкидывает такие фокусы. Я, конечно, могу делать что-то незначительное, вроде этого, – она указала на свои кроссовки, – но вытащить нас отсюда или заставить Олив показаться мне не под силу.

– Так где же она?

– Прячется, – Нина огляделась и махнула рукой в сторону расщелины на склоне. – Скорее всего, там. Это не часть настоящего вулкана, что я видела раньше. Скорее всего, она создала эту пещеру.

Я с трудом добрался до расщелины следом за Ниной. От сказанного ей голова шла кругом. То, что я сейчас услышал, было попросту невозможно. Олив не могла иметь власти над снами, только если Нина не наделила ее этой способностью.

– Но как? – спросил я. – Как она это делает? Ты думаешь, что воскрешение из стригоев дало ей эти силы? Ей передалась часть магии Духа, которая ее спасла?

Нина покачала головой.

– Нет, не думаю. Мне вообще не кажется, что она использует Дух. Похоже, что она изменяет реальность... силой воли.

Я тщетно пытался это осознать, пока мы переводили дыхание, стоя у входа в пещеру.

– И что теперь?

– Что теперь? – переспросила Нина. – Скорее всего, она прячется от нас там. Но если это место сродни всем тем, в которые она приводила меня раньше, мы не сможем просто войти и...

Рычание, раздавшееся из глубин пещеры, заглушило ее слова. Я инстинктивно сделала пару осторожных шагов назад.

– Что, черт возьми, это было?

Нина выглядела скорее уставшей, чем испуганной.

– Понятия не имею. Наверное, что-то жуткое, призванное нас отпугнуть.

Словно в подтверждение ее словам из тьмы выбралось человекоподобное существо, чье тело составляли черные валуны, а глаза полыхали алым. Оно было на голову меня выше и как минимум в два раза шире в плечах. Создание шагнуло к нам, ударило себя в грудь и издало еще один устрашающий рык.

– Ты это раньше видела? – вскричал я.

– Не совсем это, – отозвалась Нина, – в прошлый раз она наслала на меня стаю летучих мышей, а еще раньше – кого-то вроде оборотня.

– Но это же твой сон, – я пытался ее образумить, шаг за шагом отступая от вулканного чудовища (никак иначе это существо я назвать не мог), – прогони его!

– Я не могу. Не силой моего разума, по крайней мере. Придется избавляться по старинке, – я почувствовал, как Нина вызвала магию духа, и мгновение спустя в ее руках появилась огромная дубина. Не мешкая ни секунды, она подалась вперед, обрушив оружие на монстра, и дух, усилившись, окрепнув, всколыхнулся внутри нее. Она и атаковала-то скорее своей магией, чем дубинкой. Тварь зарычала от боли, и трещины побежали по ее телу в месте удара.

– Ты обещал помочь! – закричала Нина, явно взбешенная.

Да, я обещал, но такое мне даже в кошмарных снах присниться не могло. Прежде чем ввязаться в безумную борьбу, я собрал всю свою силу, пытаясь перенести нас в более приятное место, но почувствовал упорное сопротивление и понял наконец, что Нина имела в виду. Этот сон охранял не дух, а, скорее, намеренное волевое усилие – именно так она и говорила.

Поняв, что мне не по силам изменить этот кошмарный сон, я решил действовать в точности как Нина: использовав лишь малую часть своей магии, вооружился такой же дубиной. Насилие мне претило, и когда я атаковал монстра, который стараниями моей спутницы уже был изрядно помят, то несколько раз напомнил себе, что перед нами не живое существо, а всего лишь творение чьего-то разума. С размаху ударив в каменное тело чудовища, я едва не упал назад – настолько сильна была отдача; кости и зубы неприятно заныли… а вот твари, кажется, все было ни по чем. Нина бросила на меня недовольный взгляд.

– Используй дух, когда бьешь, – раздраженно объяснила она. – Давай же! Нам иначе не пробиться.

Она определенно делала это не впервые. Буквально полыхая магией, она напоминала факел духа, что горел рядом со мной, и то количество сил, что она вложила в борьбу, поразило меня. Конечно, оно не сравнилось бы с тем, что требуется для оживления мертвого или возвращения стригоя, но постоянное обращений к столь могущественной магии не могло не иметь серьезных последствий. Нехотя, я сосредоточил свои силы – в разы меньше, чем использовала Нина – и бросил их в монстра в момент очередной атаки. На этот раз мне удалось пустить трещину по его телу – и не более.

– Сильнее, сильнее! – закричала Нина.

– В этом нет необходимости, – отозвался я. – Мы раним его, даже не растрачивая столько сил. Просто придется сражаться немного дольше!

– Времени нет!

Я не понял, что она имеет в виду, но тут чудовище, на которое наши совместные усилия, казалось, подействовали, рухнуло и рассыпалось в пыль у наших ног. Нина бросилась в пещеру. Едва монстр был повержен, она, казалось, вернула себе контроль над сном. Пейзаж вокруг нас изменился, мы внезапно оказались в белом коттедже в Висконсине. Краем глаза я заметил силуэт Олив в темном углу гостиной: ее тело вновь окружала клубящаяся дымка.

– Олив! – отчаянно закричала Нина. – Где ты? Покажись мне! – вокруг нее заклубилась аура новой силы, и комната начала мерцать. Я с трудом понял, что она делает, – и был ошеломлен. Нина пыталась заставить сон показать то место, где скрывалась Олив. Я даже представить себе не мог, что такое возможно.

Но силуэт Олив медленно таял на наших глазах.

– Прости меня, Нина. Пожалуйста, перестань меня искать, я прошу тебя. Так будет лучше для всех.

– Олив!

Но было слишком поздно. Олив исчезла, и мерцание прекратилось. Комната замерла, превратившись в самую обычную гостиную, какую можно встретить почти в каждом летнем домике, – без единого следа Олив. Побежденная, Нина рухнула на плетеный стул, не в силах сдержать слез.

– Она разбудила себя. Так происходит всякий раз, когда я пытаюсь к ней прорваться. Она заставляет меня с чем-то драться, и это не дает мне возможности управлять сном так, чтобы он показал мне ее укрытие. Но когда я побеждаю и нахожу ее, ей удается заставить себя проснуться и сбежать из сна… и от меня, – она бросила на меня обвинительный взгляд. – Если бы мы справились с той тварью быстрее, ей не хватило бы времени на пробуждение! Ты должен был использовать больше магии!

В мире сновидений Нина выглядела расстроенной, но на удивление нормальной, даже психически здоровой. Но, тем не менее, я не мог забыть, как разительно она отличалась в реальном мире от своего альтер-эго.

– Не думаю, что это хорошая идея, – медленно произнес я. – Пойми, использование духа в таком объеме разрушительно, и чем чаще ты будешь к нему обращаться, тем серьезнее будут последствия.

– Если бы ты помог мне, действительно помог, этим разом все бы и закончилось. Мы прижали бы ее к стенке, и я смогла бы увидеть, где она скрывается.

– Да, насчет этого, – сказал я, садясь возле нее. – Где ты этому научилась? Я имею в виду, как ты можешь заставить сон показать чье-то местонахождение? – это умение стало бы бесценным при поисках Сидни.

Нина пожала плечами.

– Ты ведь можешь перенести в свой сон людей такими, какими видел их наяву, так? А я просто экспериментировала, и однажды мне удалось направить дух к ней так, чтобы он показал места вокруг нее.

– Не уверен, что все это можно описать словом «просто», – заметил я. – Нужно задействовать очень много сил. И я подумал... Не после этого ли она начала контролировать твои сны? Может быть, ты передала ей часть своих способностей?

Было заметно, что Нина даже не предполагала такой возможности.

– Я не знаю... Может, и передала... Но как еще я могу узнать, где она пропадает?

– Поговорить с ней не пробовала? – поинтересовался я.

Она с силой сцепила пальцы.

– Пробовала! Но она не видит меня! Это односторонняя связь. Что-то не так, и нам нужно понять, что именно. Мы должны попытаться снова. Хотя бы еще один раз...

– Постой, постой. Никакого следующего раза и быть не может, – оборвал ее я. – Ты себя истощаешь. Как долго ты это делаешь?

Ее взгляд стал отстраненным.

– Не помню точно. Несколько месяцев, или около того.

Я вздрогнул. Неудивительно, что она теряет рассудок.

– Не смей больше пользоваться духом.

Нина взглянула на меня, и в ее глазах была отчаянная мольба.

– Я должна пробовать. Должна, понимаешь? Ты можешь представить себе, какая это пытка – не знать, что происходит с самым дорогим тебе человеком?

«Джилл», – подумал я с болью. Наверное, она отразилась на моем лице, потому что Нина внезапно оживилась, точно почувствовав слабину.

– Помоги мне! Помоги, Адриан, и вместе мы с ней справимся. Я перестану так над собой издеваться каждый день. Я узнаю, что с ней стряслось. Прошу тебя, помоги.

Я вспомнил, как беспокоилась Соня за Нину, а потом как Сидни просила меня перестать заигрывать с духом. У нас и так все усложнилось, страшно было даже подумать о скандале, который она учинит, узнав об этих экспериментах. Я покачал головой:

– Нет. Я не стану в это ввязываться.

– Если мы станем действовать вместе, каждый из нас затратит меньше сил, – умоляюще произнесла Нина. – Помоги мне, пожалуйста. Я помогу тебе в ответ, если будет нужно. Помоги мне найти Олив, и я сделаю все, что ты попросишь.

Я вновь отрицательно покачал головой, не обращая внимания на шальную мысль, что жгла мой мозг.

– Нет, – повторил я больше для себя, – ни за что.

Она вскочила на ноги.

– Тебе ведь нужно что-то, так? Признайся!

Я поколебался, понимая, как опасно идти этим путем. Но ее предложение помощи заставило меня подумать о том, что я отчаянно желал сделать, – о воссоединении с Сидни.

– Мне нужно сбежать со Двора так, чтобы никто об этом не знал. И так, чтобы все были уверены в моем присутствии там. Мою мать это тоже касается.

– Без проблем, – отозвалась Нина. – Я сделаю это. Пара пустяков.

– Нина...

– Послушай, – с жаром произнесла она, – я могу вытащить тебя со Двора прямо сейчас, в эту самую секунду. Это совсем несложное заклятье. А потом приведу тебя в свой сон, и мы вместе отыщем Олив.

– Это очень мило с твоей стороны, – устало произнес я. – Но разве это поможет убедить людей, что я никуда не уезжал?

Озорная улыбка осветила ее лицо.

– Такое мне тоже по плечу. Только твоя мама должна позволить мне жить у вас. Я заставлю каждого, кто будет тебя искать, думать, что они тебя встречали; все служащие и кормильцы будут уверены, что видели, как ты приходишь и уходишь. Никто ничего не заподозрит. Пожалуйста, Адриан, – она сжала мою руку, – давай поможем друг другу.

Я вырвал у нее из рук свою ладонь, не желая признать, как захватила меня эта идея. Она предложила мне единственный реальный шанс встретиться с Сидни, и я желал этого так сильно, что почти позабыл о риске, связанном с использованием духа. Но разве я имел право толкать нас обоих к новым экспериментам с магией? Особенно Нину, она и так не в лучшей форме.

– Это слишком опасно, – попробовал убедить ее я.

– А мне все равно, – упрямо ответила она. – Я буду пытаться найти ее, с твоей помощью или без нее. Олив для меня – вся жизнь.

«А Сидни – вся моя жизнь», – подумал я, отчаянно пытаясь найти оправдание для этой безумной авантюры. Нина ведь говорила, что будет снова и снова пытаться найти Олив, так? И если я сейчас помогу Нине завершить поиски, это ведь поможет ей ограничить использование духа? Весьма рационально... Верно?.

Я глубоко вздохнул и взглянул ей прямо в глаза.

– Если мы с тобой попытаемся сделать это снова... Основная часть силы буде в моих руках.

– Но мы оба...

– Мы оба будем бороться за Олив, – прервал ее я, – но сделаем это лишь однажды, без ежедневных попыток. Если я выложусь сверх моих возможностей один раз, мне это не слишком навредит. Ты будешь помогать, но совсем немного. Тебе нельзя истязать себя и дальше.

Она вновь коснулась моей руки своей, и ее лицо смягчилось.

– Ты все еще беспокоишься обо мне, да? Я знаю. Даже несмотря на то, что ты женат...

– Нина, – отрезал я, – не воображай себе невесть что. Я беспокоюсь о тебе, это так, но люблю я Сидни, и только ее. А если ты хочешь, чтобы мы вместе боролись за твою сестру, ты должна слушаться меня.

Ее глаза затуманились на несколько секунд, но потом она нехотя кивнула.

– Пусть будет по-твоему, – согласилась она, – и я помогу тебе. Честно.

– Я на тебя рассчитываю, – признался я, – а также на то, что ты сможешь провернуть все это, затратив как можно меньше магии духа.

Нина коротко кивнула, а потом ее лицо осветилось любопытством.

– Я постараюсь... Слушай, а ты не беспокоишься о своем состоянии после наших экспериментов?

Я помедлил. Если бы Сидни была здесь, она непременно заявила бы, что эта затея безумна, что я бездумно трачу свои возможности, рискуя причинить себе непоправимый вред. Но не существовало другого пути спасти Нину от безумия, особенно в том случае, если ее тревога насчет Олив – не просто плод бурной фантазии. И я не хотел упускать шанс выбраться в большой мир, помочь Сидни и Джилл. Мне оставалось лишь надеяться, что мои слова насчет безвредности разового выброса силы окажутся правдой. Я выдавил из себя улыбку.

– Не переживай, я пока не собираюсь сходить с ума, – сказал я Нине. – Я буду в порядке, уверен в этом.

«И я, – прошептала в моей голове тетя Татьяна, – я тоже уверена, что ты будешь в порядке».

 

 







Дата добавления: 2015-10-01; просмотров: 325. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!


Рекомендуемые страницы:


Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.024 сек.) русская версия | украинская версия