Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

ГЛАВА 7. Это шокировало меня, так что я мог только представить, что чувствовала Сидни




АДРИАН

 

Алисия ДеГроу была жива.

Это шокировало меня, так что я мог только представить, что чувствовала Сидни. Она думала, что убила Алисию. Алисия была ученицей сестры Джеки, Вероники, но она ушла и стала изгоем. Это не было мелочью, так как Вероника и сама не являла собой образец для подражания. Она была одержима воровством молодости и силы у других ведьм и оставляла их в коме на всю оставшуюся жизнь. Алисия напала на свою наставницу, отобрала ее силу, а затем пришла за Джеки. Мы с Сидни в конце прошлого года участвовали в разборке в доме Джеки, разборке, в результате которой дом сгорел дотла. Мы не знали наверняка, сделала ли это Алисия, но теперь мы получили ответ.

– Я чувствую себя разбитой, – призналась Сидни, помешивая нетронутый кофе.

Мы покинули палаточный лагерь, чтобы обсудить все вопросы в круглосуточном ресторане, и нетронутый кофе был явным признаком беспокойства. За все время, что мы вместе, я никогда не видел, чтобы она отказывалась от кофеина.

– Часть меня чувствует облегчение, что я никого не убила. Но с другой стороны... это ведь все усложняет.

– Ты уверена? – спросила сидящая напротив Джеки. – Они такие же?

Сидни подняла золотое лезвие, единственное, что она сберегла. Остальные были уничтожены.

– Абсолютно. Такое невозможно забыть. В тот вечер, борясь с ней, я превратила вечно-движущиеся шары в точно такие лезвия.

– Я их помню, – задумчиво пробормотала Джеки. – Они были подарком к концу года от бывшего студента. Думаю, он надеялся, что я завышу ему оценку.

Казалось, Сидни не услышала. Ее взгляд был пустым.

– Я бросила лезвия в Алисию. Это был просто инстинкт. Она упала с лестницы, ведущей в подвал, и я не могла там больше оставаться, чтобы увидеть, что случилось, не когда все было в огне.

Я накрыл ее руки своими.

–Ты сделала то, что должна была. Это было правильно. Она была... Она злой человек.

– Наверно, – вздохнула Сидни. – Думаю, это и есть ответ на наши вопросы. Мы пытались понять, кто может мстить мне, используя при этом человеческую магию. Она идеально подходит.

– Теперь, когда мы знаем, что за всем этим стоит она, давайте найдем ее и заберем Джил, – прорычал Эдди. Жизнь в дороге заставила его бриться реже, и у него уже начинала отрастать борода. – Она оставила ключ к разгадке: она в Палм-Спрингс. Ее нужно остановить раз и навсегда.

– Согласна, – решительно сказала Сидни. – Мы должны покончить с этим и вернуть Джилл. И так как никто из нас не собирается спать, мы можем отправиться прямо сейчас.

– Только не ты, – сказала Джеки. – Сейчас тебе не стоит появляться рядом с Палм-Спрингсом.

– Что? – воскликнула Сидни, напряженная не меньше Эдди. – Но это следующий кусочек! Мы почти добрались до Алисии.

– И именно поэтому мы не можем сразу же туда отправиться.

– Но Джилл... – начал Эдди.

Джеки покачала головой:

– Мы пока не знаем, какова роль Джилл во всем этом. Мы знаем только, что Алисия приманивает Сидни в Палм-Спрингс, где ее, вероятно, поджидает хитроумная ловушка. Алисия пользуется своей старой схемой: для начала измотать врага. Эта «охота на мусор» была не только ради ее развлечения. Она должна была ослабить магические силы Сидни. Если ты бросишься в Палм-Спрингс сейчас же, после того, как использовала столько магии за последние дни, ты не справишься с тем, что она приготовила для тебя. Тогда мы потеряем и тебя и никогда не узнаем, что случилось с Джилл.

Я чувствовал себя противоречиво и сжал руку Сидни. Я мог понять, почему Джеки хотела удержать Сидни подальше от опасности. Я хотел того же. Но так же, как и все остальные, я чувствовал нарастающее давление. С каждым прошедшим днем Джилл подвергалась все большему риску. Как мы могли бездействовать, когда у нас появилась цель?

– Но, – продолжила Джеки, как будто прочитав мои мысли, – Это не значит, что я собираюсь просто отказаться от Джилл. Я хочу обыскать Палм-Спрингс, особенно территорию Соленого озера, но я планирую сделать это с посторонней помощью.

Она поставила нас с Эдди в тупик, но Сидни, как обычно, схватывала все на лету.

– Стелла, – произнесла она, имея в виду ковен ведьм, к которому она присоединилась.

Джеки кивнула.

– Они и другие. Алисия не только твоя проблема, она представляет угрозу для всего магического сообщества. Поэтому все сообщество будет в это вовлечено. Я соберу их вместе, и мы будем вести поиск, используя магические и обычные средства. Ты, между тем, останешься где-нибудь в безопасности, где-нибудь далеко.

– И я останусь с тобой, – сказал я, чувствуя себя немного лучше, зная, что Джилл не бросят. Это было тяжело. Казалось, я выбираю между Сидни и Джилл, но, похоже, Джеки не собиралась сидеть сложа руки.

– Я пойду с вами, – обратился Эдди к Джеки. Затем он повернулся к нам с Сидни. – Это... – Противоречие, написанное на его лице, отражало то, что чувствовал я сам.

– Иди, – сказал я. – С нами все будет хорошо. Никто еще не знает, что мы сбежали. Мы затеряемся где-нибудь, и все будет в порядке.

Эдди снова замялся. Он ненавидел тот факт, что его преданность рушится, но наконец кивнул.

– Пока вы думаете, что вы в безопасности. Как тебе удалось уйти незамеченным?

– Я расскажу тебе как-нибудь в другой раз, – сказал я.

Судя по выражению лица Сидни, эта история интересовала и ее. Но вместо этого она взглянула на Джеки.

– Но я хочу, чтобы вы позвонили мне, как только вы и другие ведьмы обезопасите это место. Как только вы решите, что там достаточно безопасно, я хочу присоединиться к поискам Джилл.

– Если мы не доберемся до нее раньше и не уничтожим Алисию, – настойчиво добавил Эдди.

Сидни слабо ему улыбнулась, она не думала, что все будет так легко.

– Я бы этого хотела.

Мы вчетвером обсудили некоторые детали, прежде чем окончательно разойтись. Судя по всему, Эдди по-прежнему беспокоился, покидая нас, так что он все время раздавал советы о том, что нам следует залечь на дно и не привлекать никакого внимания. Он даже хотел прислать Нейла нас защищать, но Сидни отвергла эту идею, ссылаясь на то, что так нам будет легче смыться прямо сейчас. Мы все согласились, что Нейл может быть полезен в Палм-Спрингсе, когда мы вплотную подберемся к Алисии, так что Эдди пообещал помочь с этим.

– Не беспокойся, – уверенно заявил я Эдди, хлопнув его по спине. – Я не намерен делать ничего, что натолкнуло бы алхимиков или мороев на мысль, что мы покинули Двор. Идите и делайте свое дело, пока мы займемся своим, и дайте нам знать, когда нам можно в безопасности присоединиться к вам.

И Эдди, и Джеки согласились, что им не следует знать, куда мы направимся. Чем меньше они знали, тем меньше шансов, что они могли это кому-то рассказать. Они оба давали кучу советов, куда нам следует пойти, однако мне пришлось отправить их обоих заниматься своими делами и заверить, что мы будем в порядке.

Оказавшись в арендованном автомобиле, мы с Сидни вдруг столкнулись с бесконечными возможностями. И впервые за долгое время мы остались по-настоящему одни.

– Это немного ошеломляет, – призналась она мне, когда мы сидели на парковке ресторана. – Как будто мы осуществили один из наших планов побега.

– Ну, не совсем, – заметил я. – Мы посреди Соединенных Штатов и нам нужно через пять часов остановиться где-нибудь в безопасности, чтобы я мог, хм... встретиться во сне с Ниной.

Глаза Сидни расширились.

– Что?

Я вздохнул и завел машину.

– Позволь мне объяснить.

Я знал, что в конце концов все это выйдет наружу... Просто я не ожидал, что это случится так скоро. Мы выехали на шоссе и направились на север, а я быстро поведал Сидни обо всем, что случилось за несколько дней нашей разлуки. Нина сдержала свое слово по поводу моего прикрытия. Она вывезла меня со Двора на своей машине, использовав на страже у ворот принуждение, так что он не запомнил, что видел меня. После того как она подбросила меня до небольшого регионального аэропорта, она пообещала вернуться в наш номер люкс в гостевом доме и остаться с моей мамой. В течение следующих двадцати четырех часов, которые потребовались мне, чтобы дождаться стыковочного рейса и добраться до Сидни, я получал сообщения с новостями как от Нины, так и от мамы. Никто не искал меня, а Нина прогулялась до лобби и, поговорив с дежурным, убедила его, что она видела меня уходящим и возвращающимся с кормления.

– И теперь я должен выполнить свою часть сделки, – объяснил я Сидни, подводя итог вышесказанному.

– Участвуя в массовом использовании духа, которое выжигает ее изнутри? – воскликнула Сидни. – Адриан, ты же говорил мне, что покончил с этим!

«Она не понимает! – прорычала тетя Татьяна. – Ты сделал это для нее!»

Я чувствовал, как во мне поднимается злость.

– Это был единственный способ сбежать со Двора!

– Тебе не нужно было сбегать со Двора, – твердо произнесла Сидни. – У нас все было хорошо. Тебе нужно было оставаться в безопасности и прикрывать нас.

– Хорошо? Эти лезвия вас чуть не нашинковали, я спас вас!

Сидни скрестила руки на груди и упрямо уставилась в окно на пассажирской стороне.

– Мы не знаем, насколько серьезными были бы повреждения, и мы с мисс Тервиллигер могли бы придумать заклинание в последний момент. Но эта... эта прогулка с использованием духа с Ниной! Мы не знаем, какой вред она может нанести! Ты сам сказал, что она в плохой форме.

– Моя помощь может предотвратить ухудшение, – парировал я. – Один раз мне не навредит.

Сидни повернулась и скептически на меня посмотрела:

– Нет! Ни одного раза. Ни какого раза! Ты не можешь этого сделать! Я не могу тебе позволить!

«С каких пор она контролирует тебя? – свирепо спросила тетя Татьяна. – Не прошло и месяца, как вы поженились, а она уже распоряжается твоей жизнью! Ты не можешь просто согласиться. Скажи ей. Скажи ей, что она не может тебя контролировать!»

Я был возбужден так же, как и призрак в моей голове, и я уже открыл рот, готовый ляпнуть нечто резкое Сидни в ответ. Но повернувшись, я увидел ее лицо в мимолетном блеске фар другого автомобиля. Беспокойство и любовь, которые я увидел в ее чертах, пронзили мое сердце, и весь мой гнев исчез.

«Она обманывает тебя», – настаивала тетя Татьяна.

«Нет, – ответил я. – Она просто заботится обо мне. Хочет помочь».

Я сказал Сидни:

– Хорошо. Ты права. Это не самая лучшая идея. Я больше не буду проникать в сны. Я просто найду... какой-нибудь способ... чтобы объясниться с Ниной.

Я почувствовал укол вины за то, что не смогу выполнить обещание, которое я дал Нине, но я дал клятву, связывающую нас с Сидни. Когда я увидел, какое облегчение принес ей своими словами, я понял, что сделал правильный выбор.

«Нине это не понравится», – прошипела тетя Татьяна.

– Я женат не на Нине, – возразил я.

Сидни накрыла мою руку своей.

– Спасибо, Адриан. Я знаю, что это непросто. Знаю, что ты просто хочешь помочь.

– Да, хочу, – признал я, все еще сомневаясь в своем решении. Инстинкт помочь Нине был очень, очень сильным. – Но у этого есть своя цена. Мое психическое здоровье того не стоит. – Я сжал руку Сидни в ответ. – Наши отношения того не стоят.

«Как я уже сказала, Нине это не понравиться, – предупредила тетя Татьяна. – Можешь похвалить себя за то, что бережешь свое здоровье, но ее здоровье уже не вернуть. Она не позволит тебе просто так выйти из игры».

«Я разберусь с Ниной. А пока я готов пожертвовать ею, чтобы побыть наедине с Сидни и для разнообразия не ссориться».

Это было правдой. Уже давно у нас не было ничего даже отдаленно напоминающее свободу, и даже то, что мы застряли посреди Соединенных Штатов, а не на каком-нибудь тропическом острове, принесло нам возможности, которые казались бесконечными. После изучения карт в интернете мы в конце концов отправились в Каунсил-Блафс, штат Айова. Он, конечно, не был чем-то волнующим, но в том-то и была суть. Самое важное, что он располагался далеко от алхимиков в Сент-Луисе и еще дальше от Палм-Спрингса, где Алисия поджидала Сидни. Мы спорили о том, стоит ли останавливаться в большом сетевом отеле и в итоге решили заселиться в маленькой гостинице неподалеку от города. Мы подъехали к ней поздним утром, на въезде нас приветствовала табличка: "ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В НОРУ ЧЕРНОЙ БЕЛКИ"

– О нет, – простонала Сидни. – Пожалуйста, пусть это место не будет таким, как то в Лос-Анджелесе. Не знаю, смогу ли я справиться с комнатой, полностью декорированной белками.

Я усмехнулся, мысленно возвращаясь в то время, когда мы с Синди исследовали другой мини-отель, где кролики занимали главное место в броском декоре.

– Эй, перестань, после всего, через что мы прошли, это последнее, о чем стоит волноваться.

Но войдя внутрь, мы приятно удивились, увидев, что все было оформлено в нейтральных тонах и довольно современном стиле. Никаких стеганых одеял с белками и плетеных скульптур в виде белок в поле зрения. Хозяйка, хоть и удивилась столь ранним посетителям, была рада принять нас и провести в номер.

– А что с названием гостиницы? – спросил я, оплачивая комнату.

Хозяйка, любезная пожилая женщина, просияла:

– О, это в честь Кешью.

– Кешью? – спросила Сидни.

Хозяйка кивнула:

– Нашей местной черной белки. Я бы назвала его нашим питомцем... но он намного больше, чем просто питомец.

Я всмотрелся вглубь холла:

– У нее здесь есть клетка или что-то вроде того?

– О, нет, - сказала она. – Это было бы жестоко. Еще и незаконно. Она... – Она пожала плечами и сделала неопределенный жест рукой. – Ну, она где-то здесь.

– Что вы подразумеваете под «где-то здесь»? – обеспокоенно спросила Сидни. – Где-то снаружи?

– О, нет, – ответила хозяйка. – Бедняжка не имеет представления, что делать вне этих стен.

Глаза Сидни удивленно расширились.

– Погодите, если она не снаружи, тогда это означает...

– Давайте проведем вас в номер, – сказала хозяйка. – Ваши ключи здесь.

В номере, в который она проводила нас, была уютная зона отдыха, отдельное крыльцо и большая, шикарная кровать. После неудобного дня в путешествии я с нетерпением ждал возможности провалиться в сон и наконец немного передохнуть. Однако прежде чем завалиться на матрац, я должен был связаться с Ниной и сообщить ей, что договор отменяется. Когда Сидни сказала, что хочет принять душ, я посчитал это отличной возможностью. Как раз было примерно то время, в которое Нина спит и ждет, пока я налажу с ней контакт с помощью сна духа. Мне не нужно было спать, достаточно было войти в медитативное состояние.

Я сел на кровать. Успокоил себя, закрыл глаза и призвал достаточно духа, чтобы дотянуться до Нины в любой точке мира. Однако мое спокойное состояние тотчас развеялось, когда я услышал крик из ванной. Я открыл глаза и побежал через комнату в ванную, распахнув дверь.

– Адриан, осторожно! – крикнула Сидни.

Маленькое, пушистое черное существо спрыгнуло со счетчика прямо мне на грудь. Я инстинктивно стряхнул его. Оно приземлилось на пол и забегало по всей комнате. Сидни, завернувшись в полотенце, вышла из ванной и встала рядом со мной.

– Думаю, оно забралось под кровать, – сказала она.

– Это лучше, чем, если бы оно снова запрыгнуло на меня, – пробормотал я, осторожно подходя к краю кровати.

«Ты сталкивался кое с чем и похуже, – презрительно произнесла тетя Татьяна. – Перестань глупить».

Сидни последовала за мной и, когда я поднял кровать за край, махнула рукой. Я узнал в этом движении жест заклинания. Через несколько секунд я почувствовал дуновение ветра, направленное под кровать. Мгновением позже белка – Кешью, как я предположил – выскочила и начала лихорадочно бегать по комнате. Сидни, мужественно преодолевая шок, который ранее настиг ее, бросилась к двери, ведущей на крыльцо, и раскрыла ее. Белка, пробежав несколько кругов по комнате, заметила это и выбежала на улицу. Сидни захлопнула за ней дверь, и несколько секунд мы просто стояли.

– Почему, – наконец спросила она, – у нас не может быть все просто?

– Посмотри на себя, – я, дразня, подошел ближе. – Бесстрашная победительница Кешью – Ненормальной Белки.

– Я вовсе не была такой уж бесстрашной, – призналась она. – Особенно когда она прыгнула на меня, когда я собиралась принять душ.

Я притянул ее к себе, внезапно осознав, как мало было надето на ней, и как великолепно она выглядела, даже после опасного столкновения с белкой.

– Эй, ты была храбрее, чем я. И посмотри, ты сделала это все, не потеряв полотенце.

Лицо Сидни осветило удовольствие, когда она позволила мне привлечь ее к себе. Она потрепала полотенце, обернутое вокруг ее груди.

– Все зависит от того, как ты его замотаешь, – сказала она. – Сделай это правильно, и ничто его не удержит.

– Вызов принят, – пробормотал я, приникая к ее губам.

Она растворилась во мне, теплая и яркая, восхитительно пахнущая. Я прижал ее к стене, придвигаясь ближе, и она обвила ногой мое бедро. Я провел ладонью по гладкой, идеальной коже ее бедра и это поразило меня, потому что мы впервые за долгое время были наедине. Моя мать не стояла за нашей дверью. Моройский Двор не окружал наш дом и не ждал, когда мы выйдем наружу. Не было команды алхимиков, охотящихся за нами за пределами этих стен. Мы затерялись. Мы осуществили план побега. Никто не знал, что мы здесь. Если бы мы захотели, мы могли просто исчезнуть.

Наверное, осознание того, что мы впервые были действительно и по-настоящему свободны, вызвало дополнительный накал страстей между нами. Сидни с таким жаром целовала меня в ответ и запускала пальцы в мои волосы, что это напомнило мне о наших первых днях вместе. Я легко поднял ее на руки и перенес на кровать, пораженный тем, насколько невесомой в моих руках была самая сильная женщина, которую я когда-либо знал.

И я был поражен тем, как сложно оказалось избавиться от полотенца.

Сидни тихонько рассмеялась, проводя пальцами по моей щеке. Солнечные лучи, проникавшие в комнату сквозь жалюзи, освещали ее так, словно она была сотворена из золота.

– Ой-ой, – сказала она. – Ты собираешься провалить задание?

Наконец я раскрутил складку и снял полотенце, отбросив его от кровати настолько далеко, насколько смог.

– Ни в коем случае, – сказал я, как всегда прибывая в восторге от ее тела. – Нужно что-то большее, чем это, чтобы удержать меня подальше. В следующий раз тебе надо будет постараться сильнее.

Она помогла мне снять мою рубашку.

– Почему это я должна хотеть сделать это?

Мы поцеловались снова, и чем сильнее мы переплетались друг с другом, тем сильнее я чувствовал, что все заботы, которые преследовали меня в мире за пределами комнаты, исчезают. Нина, алхимики, Алисия... Даже тетя Татьяна. В этот момент в мире не было никого, только Сидни и я. И единственное, что имело значение, – это наша любовь и то, что я чувствовал, находясь в объятиях Сидни. Это было удовольствие, выходившее за рамки простого физического наслаждения. Хотя я бы солгал, если бы сказал, что и его не было достаточно.

После этого, вспотевшие и обессилевшие, мы свернулись калачиком в объятиях друг друга, гораздо более спокойные. Она положила голову мне на грудь, и я удовлетворенно поцеловал ее в лоб. Тогда я решил, что если бы сейчас позвонила Джеки и сказала, что все проблемы с Алисией решены, Джилл свободна, а мы с Сидни можем долго и счастливо жить в Каунсил-Блафс, это было бы лучшим, что могло случиться. Я задремал, счастливо мечтая об этой фантазии.

Однако проспал я недолго, потому что вскоре меня втянули в сон другого рода. Я вспомнил, как тетя Татьяна предупреждала меня, что Нина не даст мне так просто уйти от нашей сделки.

– Где ты был? – воскликнула Нина. Перед нами материализовался фермерский дом в Висконсине. – Ты должен был найти меня.

Я осмотрелся, пытаясь прийти в себя после внезапной смены места встречи.

– Я... ох... прости. Я отвлекся в реальном мире и заснул.

– Ладно, нет проблем, – бодро сказала она. – Я буду вести сон. Помни, на этот раз ты должен владеть большим количеством духа.

Я широко распахнул глаза.

– Нет, Нина, подожди...

Но Нина уже не слушала. Она слишком зациклилась на своей навязчивой миссии найти Олив. Я почувствовал, как Нина призвала дух и пригласила другого человека присоединиться к нам. Мгновение спустя Олив начала материализоваться в комнате перед нами, такая же призрачная и облаченная в плащ, как прежде. И точно так же, как в прошлый раз, Олив охватила паника, и она начала вырываться из сна Нины. На этот раз, зная чего ожидать, я лучше понимал, как это происходит.

С момента последней попытки я постарался как можно лучше обдумать прогулки по снам, несмотря на то, что на самом деле было не так много способов покинуть сон. Я даже разговаривал с Соней, и мы решили, что это происходит по воле Олив. Если ее мотивация достаточно велика, она может взять верх над пользователем духа, который контролирует сон, в котором она находится. И ясно, что это сейчас и происходило.

«Ты самый сильный пользователь духа, способный проникать во сны, – напомнила мне тетя Татьяна. – Самый сильный в мире».

«Я знаю», – ответил я ей. И когда я увидел, что Олив начинает исчезать, я принял импульсивное решение и пошел против того, что пообещал Сидни.

– Выпусти ее из сна, – сказал я Нине.

Поняв мое намерение, она подчинилась. Я был готов, направляя дух, и мы поменялись местами так, что я стал новым хозяином сна. Фермерский дом, начавший было крушиться, стал исчезать. Кроме того, Олив начала укрепляться во сне.

– Нет! – закричала она.

Нина поспешила к ней.

– Олив! Я так сильно скучала по тебе!

Лицо Олив было полно страха, и она быстро отступила, плотнее завернувшись в плащ.

– Нет... нет. Пожалуйста, оставьте меня в покое!

В этот момент я почувствовал, как сон ускользает от меня. Несмотря на мои попытки удержать его, Олив начинала одерживать верх и надо мной. В деревянных стенах появились трещины. Плетеная мебель рассыпалась в прах. Солнечный свет, пробивавшийся в комнату сквозь окна, погас. Я призвал все силы духа, пропуская сквозь себя все больше магии, чтобы бороться с Олив. Дух вспыхнул внутри меня, но она уже изменила оболочку сна. Дом исчез, сменившись чем-то вроде гостиничной парковки. Мигающий фонарь слабо освещал нас. Дополнительный устрашающий красный свет на нас отбрасывала неоновая вывеска на окне гостиничного фойе. В реальности вокруг нас должна была пролегать оживленная улица, но в этом сне движение на ней отсутствовало. Пока я не заговорил, вокруг стояла жуткая тишина.

– Прости, она была слишком быстрой, – сказал я Нине. – Где мы?

Она сделала шаг ко мне, ее лицо было наполнено страхом.

– Здесь на нас с отцом напали. Когда Олив была превращена. Здесь были стригои...

Прежде чем она успела закончить, две грозные фигуры появились из-за невидимой для нас стороны припаркованного Бьюика. Из-за призрачного освещения, их мертвецки-бледная кожа выглядела еще ужаснее. Я не мог видеть их красных глаз, но независимо от тусклого освещения четко ощущал их зло. Они рычали, обнажая клыки, подобные моим, показывая тем самым, что их единственной целью было наше убийство.

Я сжал руку Нины и медленно отступил назад.

– Они не могут убить нас, – у меня внезапно пересохло во рту. – Не по-настоящему.

– Но мы проснемся, – сказала она. – И Олив снова исчезнет.

– Нет, если мы уничтожим их первыми.

Ужас наполнил меня, даже несмотря на то, что я знал, что стригои – всего лишь часть сна. Меня всю жизнь настраивали против них, поэтому я не мог чувствовать ничего, кроме страха. Но то, что я сказал, было правдой: ты не можешь умереть во сне духа. Ты просто проснешься. А до этого ты почувствуешь сильную, мучительную боль. Я сказал себе, что они нереальны. Это сон, и я все еще имел над ним какой-то контроль.

Олив забрала из моих рук управление самым сложным во сне – например, его регулированием – но некоторые мелочи были в пределах моей досягаемости. Я мог владеть огнем так же, как Кристиан или Сидни. Огненный шар появился в моих руках, полный сил духа. Я почувствовал всплеск магии и в Нине, но быстро пресек ее действия.

– Нет, позволь мне расправиться с этим.

Если меня поймали в этом сне, то я должен был выполнить свою первоначальную задачу и постараться оградить Нину от тяжести использования духа.

– Просто помоги мне. Не используй дух слишком много.

Я бросил огненный шар в одного из стригоев, но попал мимо цели, промахнувшись примерно на два фута. Ладно, может быть, я не могу управлять огнем так же хорошо, как Кристиан или Сидни. Это всегда выглядело так просто, когда это Сидни делала, и я понял, что я пытался сымитировать ее бросок. Но опираться на мои физические возможности было глупо. Я должен поступать более продуманно. Я создал другой огненный шар и на этот раз использовал дух, чтобы направить его к стригою. Мой замысел сработал, но стригой даже во сне двигался быстрее. Он уклонился от огненного шара, и тот опалил лишь его руку. Хотя этого оказалось достаточно, чтобы вдохновить меня. Я снова призвал дух, создавая два огненных шара, один из которых отправился следом за первым, а второй – в другого стригоя, стоявшего неподалеку.

Еще мне удалось предвидеть, в какую сторону стригой отклонится на этот раз, так что я соответствующим образом скорректировал траекторию полета шара, отправив его прямо в грудь стригоя. Пламя охватило его, и я использовал дух, чтобы призвать серебряный кол. Направившись к тому месту, где он корчился на земле, я призвал дух, чтобы тот оградил меня от огня, пока я вонзал кол туда, где, я надеялся, находилось его сердце. Либо я оказался прав, либо огонь уже сделал свое дело, потому что чудовище перестало двигаться и исчезло в ничто.

Когда я отвлекся, другой стригой попытался напасть на Нину. Она бросила в него огненный шар, испытав такую же неудачу, как и я при своей первой попытке. Но этого было достаточно, чтобы отвлечь стригоя, пока я не смог вмешаться.

– Не перебарщивай, – напомнил я Нине.

Я бросил во второго стригоя другой огненный шар и затем еще раз довершил дело серебряным колом. Однако мой триумф от этого испарился, едва я увидел еще четырех приближающихся к нам стригоев. Я поспешно отступил к Нине.

– Все в порядке, – сказал я ей. – Мы и от них избавимся.

Вчетвером они выглядели устрашающе, но, кажется, мой метод работал. По крайней мере, во сне я мог быть таким же крутым, как и любой страж.

– У нас нет времени! – воскликнула Нина. Дух концентрировался вокруг нее – много духа. Я в тревоге обернулся к ней.

– Что ты творишь? Это слишком много!

Она проигнорировала меня и, невероятно, вызвала еще больше духа. Мне представился воздушный шар, готовый вот-вот лопнуть.

– Нам надо, чтобы они исчезли, причем исчезли сейчас же!

– Прекрати! – закричал я.

Я схватил ее за руку, надеясь, что заставлю ее потерять концентрацию. Она оттолкнула меня и продолжила создавать вокруг себя невероятное, невообразимое количество духа.

– Я не дам Олив сбежать снова! – произнесла Нина.

С ее пальцев сорвался огонь. И это был вовсе не маленький шарик сродни тому, что вызывал я. Нина орудовала настоящими струями огня. Огромным количеством огня. Пламя освещало ночь, окружая троих стригоев. У них не было никаких шансов. Думаю, они умерли почти мгновенно.

Я снова потряс ее.

– Хватит! Отпусти магию!

То, что она сделала, чтобы вызвать такое невообразимое количество огня, не было всего лишь маленьким изменением сна. Чтобы сделать это, она должна была преодолеть не только контроль Олив, но и мой, то есть вообще перестроить весь сон. Количество духа, требовавшееся для этого, – чтобы вот так одним махом взорвать трех стригоев – ошеломляло. Это было как минимум в два раза больше того, что она использовала в нашем предыдущем сне.

Огонь исчез (как и сожженные стригои), и Нина упала на колени. Схватившись руками за голову, она начала кричать. Пронзительно кричать. Темная автостоянка вокруг нас преобразилась в солнечную виллу Гетти, как только мой контроль над сном вернулся – благодаря ее усилиям. Я опустился рядом с ней на колени и положил руки ей на плечи. Она продолжала кричать, а ее взгляд был абсолютно пустым и потерянным.

– Нина, Нина... Все хорошо, все хорошо.

Но я не знал, было ли это так на самом деле. Она кричала не из-за стригоев. Происходило что-то еще – это было страшное последствие использования духа. Недели постоянного использования духа, а затем это... Это было слишком. Последней каплей. Я понятия не имел, насколько силен нанесенный вред, но что-то было глубоко неправильно. Мне нужно было срочно разбудить нас и проверить ее состояние в реальной жизни. С этой мыслью я начал отпускать сон.

– Нина…

Тихий голос резко привлек мое внимание. Я так и не понял, что Олив вместе с нами перенеслась на виллу Гетти. Когда Нина подожгла стригоев, она полностью вырвала контроль над сном у Олив и даже временно у меня. Без контроля у Олив не было возможности сбежать. Она медленно растворялась, так же как и мы с Ниной, так как я уже послал нас в реальный мир.

Однако прежде чем мы все исчезли, я вполне ясно увидел несколько вещей. Одной из них было беспокойство на лице Олив, когда она смотрела на Нину. Неважно, что произошло между ними, Олив любила свою сестру и никоим образом не пыталась намеренно навредить ей всеми теми препятствиями и ловушками.

Следующее, что я заметил – на Олив больше не было плаща. Не имея контроля над сном, она предстала перед нами такой, какой была в реальном мире. Одежда на ней была невозможно старая и потертая, словно до этого она принадлежала еще нескольким владельцам. А на шее у нее висел деревянный круглый кулон зеленого цвета. Я никогда раньше его не видел и не знал, что он означает.

Но едва я посмотрел на нее в последний раз перед тем, как проснуться, я увидел у нее еще кое-что, что я мгновенно узнал.

Сон окончательно растворился, и я обнаружил, что сижу в постели в гостинице. Когда я заморгал в попытке сфокусироваться, Сидни схватила меня за руку и попыталась успокоить.

– Адриан, – воскликнула она, и я знал, что она не первый раз окликает меня. – Что случилось?

– Олив беременна, – выдохнул я.

 







Дата добавления: 2015-10-01; просмотров: 368. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!


Рекомендуемые страницы:


Studopedia.info - Студопедия - 2014-2021 год . (0.02 сек.) русская версия | украинская версия