Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ




“Кел’Тузад – это лич, которого очень полезно держать при себе,” – думал Артас, стоя на верхушке изумрудного холма, в ожидании. Он был абсолютно предан Королю-личу, даже убедительно прикидываясь верным псом Архимонда и Тикондрия, когда те были рядом. Артас решил затаиться. Он и себе-то не верил так сильно, как Кел’Тузаду. Эти двое демонов думали, что могут списать их со счетов. Скоро они поймут, насколько были неправы. Они беспечно оставили Книгу Медива в руках лича. А он ведь и без нее прекрасно знал заклятия столь мощные, что Артас и представить себе не мог последствия их применения.

– Третья часть плана, – сказал ему непринужденно, будто говорил о погоде, Кел’Тузад в тот самый день, когда демоны оставили их. – Это – истинный замысел Легиона.

Артас помнил все, что Кел’Тузад уже рассказал ему. Первым шагом было создание Плети, затем – вызов Архимонда. Теперь он слушал его с неприкрытым интересом. Кел’Тузад продолжил рассказ.

– Легион теперь может отобрать всю магию и вытянуть всю жизнь из этого мира. И для этого он хочет использовать могущество эльфийского Источника Вечности. Чтобы достичь его, они должны будут разрушить то единственное, в чем содержится самая чистая жизненная сила на всем Азероте. Источник Вечности находится за океаном, на континенте Калимдор. И то, что мешает Легиону добраться до его могущества, называют Нордрассил… Мировое Древо. Оно дает калдораям бессмертие, и они навеки связаны с ним.

– Калдорай? – Артас запутался. – Я знаю о кель’дорай. Они какая-то другая раса эльфов?

– Первородная раса, – исправил его Кел’Тузад. – Но эти детали не важны. Дело в том, что мы должны помешать Легиону достигнуть своей цели. И есть один калдорай, который может нам в этом помочь.

Вот так и случилось, что, используя магию, Кел’Тузад телепортировал Артаса в эти далекие земли, на этот холм, с которого прекрасно было видно округу. Здешние леса были пышными и здоровыми, но Артас замечал, что ее уже где-то поблизости терзал Легион. Там земля, деревья и животные не погибли, но были осквернены. Пожирая жизнь. На соседнем холме кто-то появился, и Артас улыбнулся про себя. Это был тот, кого он ждал. Эти “ночные эльфы” были совсем другими. Его кожа была бледно-лавандовой, покрытой вдоль и поперек вьющимися татуировками и шрамами, вырезаными на ней в ритуальных узорах. На глазах у него была повязана черная ткань, но он, казалось, прекрасно видел свой путь. Он держал оружие, которого Артас прежде никогда не видел. Это был не простой меч, с твердой рукоятью и лезвием: два зазубренных клинка, пылающих блекло-зеленым пламенем демонической порчи. Этот явно раньше сотрудничал с демонами. Артас решил помешкать немного и понаблюдать за ним. Ночной эльф – Иллидан Ярость Бури, как представил его Кел’Тузад – гневался на себя. Очевидно, насчет него у многих были большие заблуждения, и он страстно желал мести и столько силы, сколько мог пообещать ему Кел’Тузад. Артас улыбнулся.

– Я свободен после десяти тысяч лет тюрьмы! Но мой родной брат по-прежнему считает меня подлецом! – разглагольствовал Иллидан. – Я покажу ему свою истинную силу! Я докажу, что демоны не властны надо мной!

– Ты в этом уверен, охотник на демонов? – спросил Артас, и ночной эльф оглянулся на него, взмахнув клинками. – Ты точно знаешь, что твоя воля принадлежит тебе?

Эльф, быть может, и был слеп в обычном понимании этого слова, но Артас понял, что тот смотрел на него. Иллидан презрительно фыркнул.

– От тебя разит могилой, смертный. Ты пожалеешь, что встал у меня на пути.

Артас усмехнулся. Ему давно не хватало хорошей дуэли.

– Ну, нападай, – сказал он. – Увидишь, мы стоим друг друга.

Непобедимый, который скучал по схваткам не меньше хозяина, вскочил на дыбы и понесся вниз с холма. Иллидан зарычал и помчался ему на встречу. “Это как танец,” – подумал Артас, когда два воина встретились. Иллидан был ловок и силен, его навыки были демонически велики. Но и Артас был не простым воином, а Ледяная Скорбь – не простым клинком. Схватка была жестокой и быстрой. Артас был прав – они стоили друг друга, и ни один не мог одолеть другого. Вскоре они, тяжело дыша, расступились.

– Этот поединок может продолжаться вечно, – сказал Иллидан. – Ладно. Говори, что тебе нужно?

Артас опустил Ледяную Скорбь.

– Из того, что ты говорил, я понял, что вас и ваших союзников окружает нежить. Во главе их армии стоит повелитель ужаса по имени Тикондрий. У него есть могущественный колдовской артефакт – Череп Гул’Дана. Именно он – источник скверны, охватившей ваши леса.

Иллидан поднял голову.

– И ты хочешь, чтобы я украл его? Почему?

Седые брови Артаса поднялись в удивлении. Этот парень действительно скор. Он заслужил полуправдивого ответа.

– Скажем так… Я не люблю Тикондрия, а моему господину было бы… выгодно поражение Легиона.

– С какой стати, я должен верить твоим словам, человечишка?

– Справедливый вопрос, – Артас пожал плечами. – Тогда я отвечу. Мой повелитель видит все, охотник на демонов. Он знает, что ты всегда стремился к силе. Теперь же она сама идет к тебе в руки. Только возьми ее, – и от твоих врагов не останется мокрого места.

Рука Артаса сжалась в кулак перед слепыми глазами Иллидана, и тот, как Артас и ожидал, обратив на жест внимание, посмотрел на перчатку. Иллидан медленно поднял голову и посмотрел в лицо Артасу. Ему было не по себе оттого, что слепой так хорошо видел. Эльф глубокомысленно кивнул. Больше ничего не сказав, Артас повернул Непобедимого и умчался прочь. Кел’Тузад скоро призовет его назад. Все шло по плану Короля-лича. Он лишь надеялся, что Иллидан сделает все как положено. Если только… не будет никаких осложнений.

 

У нее ничего в этой жизни не осталось. У нее даже не было сил сопротивляться тому, кто в вопле даровал ей новую жизнь. Но у Сильваны Ветрокрылой осталась воля. Почему-то Артас не сломил ее. Он делал так с остальными. Почему же она одна не стала его бездумной прислужницей? Причиной тому была ее сила воли, или он просто мучил ее? Банши, которой она стала, никогда об этом не узнает. Но если ее воля осталась при ней лишь по прихоти Артаса, то она будет смеяться последней. Так себе поклялась Сильвана. А она всегда держала слово. С тех пор как Артас Менетил и его Плеть прошлись по ее любимой родине, в мире случилось много нового. Очень много. Ее так называемый “повелитель” восстал, не желая быть просто пешкой. Вместе с высокомерным летающим мешком костей, Кел’Тузадом, по чьей вине был развращен великолепный Солнечный Колодец, они сплели заговор против повелителя ужаса Тикондрия и лорда Архимонда, которого сам же Кел’Тузад и привел в Азерот. Сильвана следила за всем происходящим. Ведь ей необходимо было знать об Артасе все: его планы, способы ведения войны, его ошибки и слабости. Он не стал убивать Тикондрия сам, как сделал это с Мал’Ганисом. О нет, коварный человеческий принц обманом заставил марать за себя руки другого. Иллидан, так звали беднягу. Артас учуял в Иллидане жажду силы и использовал это против него. Он подстрекнул его выкрасть Череп Гул’Дана, легендарного орка-чернокнижника. Сделав это, Иллидан убил Тикондрия. Артас избавился от повелителя демонов, а Иллидан получил артефакт, насытивший его жажду силы. Видимо, все прошло по плану. Артас – а потому и Сильвана – больше ничего не слышал об Иллидане. Что до Архимонда… Могущественный демон, сумевший разрушить величественный город магов Даларан лишь одним заклинанием, пал от силы жизни, которую пришел поглотить. Теперь Сильвана ненавидела жизнь с той же силой, что и Легион, и поэтому весть о его падении приняла неоднозначно. Ночные эльфы пожертвовали своим бессмертием, чтобы победить его. Чистая, великая сила природы уничтожила демона изнутри, и Мировое Древо лишилось своих сил в катастрофе, разразившейся сильнейшей взрывной волной. И когда Архимонд пал, от него остался только скелет, а с его смертью пошли прахом все планы Легиона захватить этот мир. Сильвана вернулась с прошлого к реалиям настоящего, когда ее ухо уловило где-то имя покойного и никем не оплакиваемого повелителя демонов.

– Вот уже несколько месяцев нет никаких известий от лорда Архимонда, – сказал их предводитель, Детерок, нетерпеливо цокая копытом. – Сколько можно присматривать за этой поганой нежитью? Зачем мы здесь торчим?

Они стояли там, где когда-то были сады дворца, по которому не так давно шел Артас, чтобы убить собственного отца и выпустить на свой народ смерть. Сады давно сгнили – так же, как и люди.

– Детерок, нам приказано наблюдать за этими землями, – упрекнул его тот, кого звали Балназзар. – Мы должны оставаться здесь, и следить за тем, чтобы армия Плети была готова к выступлению.

– Верно, – прогрохотал третий, Вариматас. – Но мы уже давно не получали никаких указаний.

Сильвана едва могла поверить собственным ушам. Она обернулась к Кел’Тузаду. Она презирала его так же силно, как рыцаря смерти, которому он так верно служил, но она умело скрывала свою неприязнь.

– Легион уже несколько месяцев как разбит, – спокойно сказала она. – Неужели они ничего не знают?

– Сложно сказать, – ответил лич. – Но чем дольше они будут командовать, тем хуже для Плети.

Если только… Его прервал звук, который Сильвана не ожидала услышать в этих краях, – звук разбивающихся ворот. Оба мертвеца оглянулись на шум, а демоны, которые всегда настороже, сердито зарычали и согнули черные перепончатые крылья. Пылающие глаза Сильваны расширились в удивлении, ведь в проеме врат стоял ни кто иной, как сам Артас. Его все тот же мертвый конь чуть ли не прыгал под ним. На нем не было шлема, и его волосы растрепались по лицу. На нем была самодовольная улыбка, которую Сильвана так презирала. Она захотела сжать призрачные руки в кулаки, но все, что она смогла, находясь под его властью, это слегка подернуть пальцами.

– Приветствую вас, повелители ужаса! – сказал он, и его голос был звучным и веселым. Демоны уставились на него, явно не понимая причин для подобной дерзости.

– Как мило, что во время моего отсутствия королевство не осталось без присмотра. Премного благодарен, но больше в ваших услугах я не нуждаюсь.

Несколько секунд они просто смотрели на него. Наконец, Балназзар не выдержал и ответил.

– Это наша земля. Плеть принадлежит Легиону!

“Вот и началось,”– подумалось Сильване.

– Уже нет, демон, – ликующе продолжил Артас, улыбка становилась все шире и шире. – Армии твоих повелителей разбиты. Легиона больше нет. Пришла пора уйти и вам.

Все еще усмехаясь, он поднял Ледяную Скорбь. Руны вдоль клинка плясали и сияли светом. Он потянул за узду, и его мертвый конь пошел в сторону трех демонов.

– Последнее слово еще не сказано, смертный! – вызывающе крикнул Детерок. Повелители ужаса оказались шустрее мертвого коня Артаса, и Ледяная Скорбь взвыла от разочарования, когда пронзила лишь воздух. Демоны создали порталы и скрылись. Артас нахмурился, но к нему быстро вернулось хорошое расположение духа. Сильвана поняла, что он собирается когда-нибудь найти их, и их смерть – лишь вопрос времени. Он оглянулся и посмотрел в глаза Сильване, подзывая ее к себе. Она вынуждена была повиноваться. Кел’Тузад же не нуждался в приказах и сам счастливо помчался к хозяину, как верный пес.

– Мы знали, что ты вернешься к нам, принц Артас! – восторженно говорил лич. Артас лишь бросил взгляд на своего верного слугу, и вновь уставился на Сильвану.

– Я тронут, – сказал он с сарказмом. – Ты тоже ждала моего возвращения, моя маленькая банши?

– Да, – холодно ответила Сильвана. Это была правда. Она ждала, что он вернется, чтобы отомстить. Он дернул палец, требуя от нее большего ответа, и она задохнулась от пронзившей ее боли. – Принц Артас, – добавила она.

– Изволь обращаться ко мне как к королю. Ведь это моя земля. Я родился, чтобы править ею – так и будет. Когда-то…

Он оборвал речь резким вздохом. Его глаза расширились, а лицо исказилось от боли. Он согнулся к костистой шее своего коня, его руки, закованные в перчатки, крепко сжали уздечку. Крик острой боли вырвался из его груди. Сильвана смотрела на него с удовольствием, которого не знала со дня падения Кель’Таласа. Она упивалась его болью, как нектаром. Хоть она понятия не имела, почему он страдал, но наслаждалась каждой секундой этого зрелища. Он с трудом поднял голову. Его глаза уставились на то, что она не могла увидеть, и он протянул туда руку, моля о помощи.

– Боль… невыносима, – прорычал Артас, стиснув зубы. – Что со мной? Казалось, будто он слушал ответ неслышимого голоса.

– Король Артас! – кричал Кел’Тузад. – Вам нужна помощь?

Артас ответил не сразу. Он тяжело дышал, затем медленно сел, явно пересиливая себя.

– Нет, нет, боль ушла, но… я совсем… лишился сил. Он был в замешательстве. Если бы у Сильваны все еще билось сердце, оно бы подпрыгнуло от этих слов. – Что-то здесь не так. Я…

Его вновь пронзила боль. Его тело забилось в судорогах, голова откинулась вниз, когда рот открылся в беззвучном крике, вены на шее выпучились как веревки. Кел’Тузад летал вокруг своего обожаемого хозяина, как суетливая няня. Сильвана просто холодно смотрела на него, пока судорога не прошла. Медленно и осторожно он соскочил с Непобедимого. Его обутые в латные сапоги ноги с грохотом ступили на каменные плиты, и он тяжело упал. Лич протянул свою костяную руку, чтобы помочь принцу – то есть самопровозглашенному королю – встать на ноги.

– Мои старые комнаты, – выдохнул Артас. – Я должен отдохнуть… Меня ждет дальняя дорога.

Сильвана смотрела ему вслед. Слабо шатаясь, он пошел к комнатам, где вырос. Ее губы согнулись в улыбке… … а призрачные пальцы ее рук на мгновение дернулись, а затем яростно сомкнулись в кулаки. В этот день в Серебряном бору было на удивление тихо и спокойно. Мягкий туман витал возле укутанной сосновыми иголками земли. Сильвана знала, что если бы у нее было физическое тело, она бы почувствовала этот мягкий и густой ковер, могла бы вдохнуть шикарный запах вечнозеленых трав и сырого воздуха. Но она ничего не чувствовала. Она плыла, бестелесная, к месту встречи. И так рвалась туда, что почти не сожалела о нехватке чувств. После “успеха” с Сильваной, Артас взял в моду обращать красивых, гордых и целеустремленных женщин кель’дорай в банши. Он отдал их ей в подчинение, как при жизни генералу следопытов, бросал, как кость, будто она верный пес. Он не понимал, что пес уже не такой уж и верный. После подслушанной беседы повелителей ужаса она отправила одну из своих банши к ним, для переговоров и сбора информации. Демоны с удовольствием приняли ее посла, и дали согласие встретиться с ее хозяйкой сегодня вечером, чтобы обсудить что-то, “что будет выгодно Королеве банши в ее нынешнем положении”. В глубине лесов она разглядела слабый зеленоватый свет и помчалась к нему. Она убедилась, что они ждали ее, как и говорили – три великих демона повернулись к ней, и их крылья задрожали, выдавая их волнение. Первым обратился к ней Балназзар.

– Леди Сильвана! Мы так рады вашему приходу.

– Как я могла не прийти? – ответила она. – Не знаю почему, но голос Короля-лича больше не звучит в моей голове. Теперь я снова принадлежу себе.

Это и вправду было так. И только силой вновь обретенной воли она смогла не выдать голосом своего восторга. Она не хотела, чтобы они догадались о большем, чем она хотела рассказать.

– Думаю, повелителям ужаса известна причина этой перемены. Они перекинулись взглядами, и на их лицах появились улыбки. – Нам удалось узнать, что Король-лич теряет свою силу, – сказал Вариматас с адским ликованием в голосе. – Она угасает. И вместе с ней угасает его способность командовать нежитью. Такими, как ты.

Если это правда, то это – замечательные новости. Но Сильвана еще не верила, что это правда.

– А король Артас? – спросила она, не в силах удержать насмешку в голосе, называя рыцаря смерти этим титулом. – Что с его силами?

Балназзар вольно махнул рукой.

– Его время прошло. Несмотря на то, что его рунный клинок Ледяная Скорбь обладает огромной магической силой, сила самого Артаса скоро исчезнет. Это неотвратимо.

Сильвана бы не стала судить столь категорично. Она уже раз недооценила Артаса, и вместе с ненавистью в ее холодном сердце теперь жило и чувство вины за его кровавую победу.

– Вы намерены избавиться от него и хотите, чтобы я помогла вам в этом? – спросила она прямо. Детерок, казавшийся среди них самым ответственным, спокойно стоял позади, пока его братья говорили с Сильваной. Они были сердиты и разгневаны, но его лицо оставалось беспристрастным. Наконец он заговорил холодным тоном, выказывающим полное отвращение. – Пусть Легион разбит, но мы натрезимы. Мы не позволим какому-то смертному помыкать нами, – он сделал паузу и посмотрел на каждого из них. – Артас будет уничтожен.

Его пылающие зеленым огнем глаза уставились на Сильвану.

– Как ты следила за нами, маленький призрак, так и мы следили за тобой. Просто очевидно, что Кел’Тузад слишком верен своему господину и ни за что не предаст его. Кажется, что… они привязались друг к другу. – Его серые губы изогнулись в опасной улыбке. – Но ты…

– Я ненавижу его, – она даже и не надеялась скрыть от них эту правду, даже если бы хотела – так отчаянно горело в ней это чувство. – Это и единит нас, повелители ужаса. У меня есть свои причины для мести. Артас уничтожил мой народ и превратил меня в это… чудовище.

Она на миг замолчала. Ненависть к Артасу и к тому, что он с ней сделал, была столь сильна, что у нее отняло дар речи. Они ждали, терпеливо, самодовольно. Они думали, что смогут использовать ее. Не тут-то было.

– Может быть, я и приму участие в вашем заговоре, но сделаю это по-своему, – она стремилась к этому, как и ее союзники, но они должны были знать, что она не станет чьей-либо пешкой. – Я не поменяю одного хозяина на другого. И если вам нужна моя помощь – вы согласитесь.

– Тогда мы убьем рыцаря смерти вместе, – улыбнулся Детерок. Сильвана кивнула, и улыбка промелькнула на ее призрачном лице. Твои дни на исходе, король Артас Менетил. И я… я сама поведу отсчет.







Дата добавления: 2015-10-01; просмотров: 163. Нарушение авторских прав


Рекомендуемые страницы:


Studopedia.info - Студопедия - 2014-2020 год . (0.006 сек.) русская версия | украинская версия