Студопедия Главная Случайная страница Обратная связь

Разделы: Автомобили Астрономия Биология География Дом и сад Другие языки Другое Информатика История Культура Литература Логика Математика Медицина Металлургия Механика Образование Охрана труда Педагогика Политика Право Психология Религия Риторика Социология Спорт Строительство Технология Туризм Физика Философия Финансы Химия Черчение Экология Экономика Электроника

Обрядовые предписания




Доверь свою работу кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Во-первых, описывают древнейший культовый календарь Изра­иля. Упомянуты лишь три праздника (тесно связанные с земледельческим годом) праздники Пресного Хлеба (авив), Жатвы (50-ца, май-июнь) и Сбора Плодов (сентябрь – конец года от тишри (гражданского Нового года), или середина года от нисана (авива)). Пасха, которая, согласно 12,18, должна справляться одновременно с праздником Пресного Хлеба, не упо­минается.

На эти праздники каждый еврей, три раза в год, должен являться, причем не «с пустыми руками». Приходя в святилище на праздник, израильтяне должны приносить господу дары — с уро­жая, жертвенных животных.

Во-вторых, указывают образ следования предписаниям относительно жителей ханаанейской земли (херем): «[Если будешь слушать гласа Моего, и будешь исполнять все, что скажу тебе, и сохранишь завет Мой, то вы будете у Меня народом избранным из всех племен, ибо вся земля Моя; вы будете у Меня царственным священством и народом святым. Сии слова скажи сынам Израилевым]. Если ты будешь слушать гласа Его и исполнять все, что скажу [тебе], то врагом буду врагов твоих и противником противников твоих.

Когда пойдет пред тобою Ангел Мой и поведет тебя к Аморреям, Хеттеям, Ферезеям, Хананеям, [Гергесеям], Евеям и Иевусеям, и истреблю их [от лица вашего], то не поклоняйся богам их, и не служи им, и не подражай делам их, но сокруши их и разрушь столбы их: служите Господу, Богу вашему, и Он благословит хлеб твой [и вино твое] и воду твою; и отвращу от вас болезни. Не будет преждевременно рождающих и бесплодных в земле твоей; число дней твоих сделаю полным.

Ужас Мой пошлю пред тобою, и в смущение приведу всякий народ, к которому ты придешь, и буду обращать к тебе тыл всех врагов твоих; пошлю пред тобою шершней, и они погонят от лица твоего [Аморреев,] Евеев, [Иевусеев,] Хананеев и Хеттеев; не выгоню их от лица твоего в один год, чтобы земля не сделалась пуста и не умножились против тебя звери полевые: мало-помалу буду прогонять их от тебя, доколе ты не размножишься и не возьмешь во владение земли сей.

Проведу пределы твои от моря Чермного до моря Филистимского и от пустыни до реки [великой Евфрата], ибо предам в руки ваши жителей сей земли, и прогонишь их от лица твоего; [не смешивайся и] не заключай союза ни с ними, ни с богами их; не должны они жить в земле твоей, чтобы они не ввели тебя в грех против Меня; ибо если ты будешь служить богам их, то это будет тебе сетью» (Исх.23,22-33).

 

Поклонение евреев золотому тельцу в Синае. Гнев Моисея на народ и его заступничество перед Богом. Верность Левитов Богу. Явление славы Божьей Моисею (Исх.32-35).

 

«Потом взошел Моисей и Аарон, Надав и Авиуд и семьдесят из старейшин Израилевых, и видели [место стояния] Бога Израилева; и под ногами Его нечто подобное работе из чистого сапфира и, как самое небо, ясное. И Он не простер руки Своей на избранных из сынов Израилевых: они видели [место] Бога, и ели и пили. И сказал Господь Моисею: взойди ко Мне на гору и будь там; и дам тебе скрижали каменные, и закон и заповеди, которые Я написал для научения их» (Исх.24,9-12).

Здесь Моисею было дано особое Откровение относительно построения скинии (святилища) (ее образца), поставления священнослужителей.

«Древнееврейское <Мишкан> — Скиния — происходит от глагола <шахан> — «обитать», «жить», «находиться», «нисходить». Дух Божий «нисшел» на Скинию (Шехина – «пребывание», «присутствие» (греч. «parousia») - Н.Л.) (см. Исх.40,34-35) в виде «облака славы» и обитал в ней постоянно, пока все ее «сосуды» (предметы, предназна­ченные для священнослужения) находились на своих местах. Так происходило во время остановок лагеря («стана») израильтян, когда левиты должны были раскинуть шатер Скинии и расположить все предметы, ее составляющие, в определенном порядке (Числ.4,1-33). Когда же Скинию, разобрав на части, переносили с места на место (что тоже поручали левитам), тогда Присутствие Божье являлось в столпе облачном (днем) или огненном (ночью). Этот столп шел перед станом, указывая путь. Впрочем, Бог одновременно мог являться и в столпе облачном, и в Скинии, говорить иногда из столпа, а иногда — «из среды двух херувимов» над крышкой ковчега завета (ср. Исх.25,22 с Исх.33, 7-10).

Все принадлежности и сосуды Скинии были изготовлены людьми по непосредственному указанию Всевышнего… Заметим также, что слово <тавнйт>, переведенное как «образец», происходит от глагола <бана> — «строить» — и означает как «строение», «устройство», так и «план», «чертеж». То, что в замысле Божьем обладает высшей реальностью, внушается про­року в виде «чертежа», «плана» и затем усилиями множества верных Богу людей получает свое воплощение на земле как осуществление этого «плана»»[17].

Но прежде того, как взойти на гору, Моисей повелел старейшинам оставаться в стане, пока они с Иисусом Навином не вернутся, и «разбирать» дела народа, т.е. сообщать людям судебные решения относительно их тяжб. Во главе старейшин были поставлены Аарон и Ор (по-древнееврейски имя последнего «Хур» - по некоторым преданиям, он был сыном Мариам, сестры Моисея).

«И взошел Моисей на гору, и покрыло облако гору, и слава Господня осенила гору Синай; и покрывало ее облако шесть дней, а в седьмой день (субботний – Н.Л.) [Господь] воззвал к Моисею из среды облака. Вид же славы Господней на вершине горы был пред глазами сынов Израилевых, как огонь поядающий. Моисей вступил в средину облака и взошел на гору; и был Моисей на горе сорок дней и сорок ночей» (Исх.24,15-18).

Длительное отсутствие Моисея было, несомненно, испытанием для народа.

«Когда народ увидел, что Моисей долго не сходит с горы, то собрался к Аарону и сказал ему: встань и сделай нам бога, который бы шел перед нами, ибо с этим человеком, с Моисеем, который вывел нас из земли Египетской, не знаем, что сделалось» (Исх.32,1).

Отсутствие пророка стало испытанием народа в соблюдении тех Десяти Заповедей, которые ему уже были возвещены, в том числе и Второй Заповеди, запрещающей идолопоклонство.

Но испытан был и сам Аарон. Растерявшись от требований огромной толпы, поддавшись смятению и испугу, а также опасаясь за судьбу истинной веры и святого учения, Аарон решил пойти на компромисс с толпой: с одной стороны, предста­вить ей зримое изображение божества, чтобы утихомирить ее страсти, с другой — побудить ее все же совершить «праздник Господу», а не языческому идолу:

«Увидев cue, Аарон поставил пред ним жертвенник, и провозгласил Аарон, говоря: завтра праздник Господу» (Исх.32,5)

«Идол, которого вылил из золота Аарон, был, по всей видимости, изображением египетского солнечного божества Амона-Ра в виде тельца. Такие идолы найдены археологами как в Египте, так и в Ха­наане, население которого перенимало культы некоторых египетских богов. Телец же был вылит из серег, которые в то время носили все израильтяне без различия пола и возраста, по-видимому, в качестве талисманов-оберегов (ст.2-3; ср. с Быт.35,2-4).

Во всяком явлении можно увидеть разные стороны, и древний мидраш (иудейский аллегорический комментарий на книги Писания) замечает, что щедрость и способность к пожертвованиям — отличи­тельная черта евреев: люди охотно жертвовали свои драгоценности, как на нужды Скинии завета, так и на золотого тельца, не размыш­ляя должным образом о последствиях»[18].

«Он взял их из рук их, и сделал из них литого тельца, и обделал его резцом. И сказали они: вот бог твой, Израиль, который вывел тебя из земли Египетской!» (Исх.32,4)

««Праздник Господу», объявленный Аароном, был превращен его участниками в действо с явными элементами идолослужения. Наряду с всесожжениями и жертвами мирными, принесенными Господу по Закону (Исх.20,24), а также трапезой, вкушавшейся после прине­сения мирных жертв — <шеламйм>, «празднование» включало в себя и языческие «игрища»: народ встал «играть» — <лецахёк> — буквально «смеяться», «развлекаться». А ведь оргиастическим разгулом отличается именно идолослужение. Израильские же ритуалы всегда были связаны с серьезным, благочестивым настрое­нием, с сердечной молитвой, с духовным подъемом. Те праздники, в которые Законом было предписано радоваться и веселиться, вызывали сердечное веселье о Господе, именующееся <симха> — «радость», в отличие от глумливо-распутных «игрищ» язычников (Втор.16,14-15).

Какой же «праздник Господень» провозгласил Аарон? Поскольку Пятидесятница (день дарования заповедей) уже прошла — она была 40 дней назад, а до осенних праздников было еще далеко, — то, возможно, имеется в виду еженедельная Суббота, которая в Писании поставлена во главу праздников Господних и в которую предписано приносить особые жертвы (Лев.23,1-3 и Числ.28, 9-10). Однако, может быть, интуитивно Аарон все же предчувствовал, что в этот день Моисей возвратится к народу с триумфом, неся ему святые скрижали завета, и сам этот день, если народ достойно встретит законодателя, может стать памятным в роды родов. Вышло же иначе: день этот, названный впоследствии «17 Таммуза» (через 40 дней после Пятидесятницы), стал траурным и доныне отмечается у иудеев постом в честь разбития скрижалей. Этот пост - «пост четвертого месяца», считая от Нисана, — упоминается в Книге Пророка Захарии (8,19)»[19].

«И сказал Господь Моисею: поспеши сойти отсюда, ибо развратился народ твой, который ты вывел из земли Египетской» (Исх.32,7) «Моисей же, отвечая Ему, ...стал умолять Господа, Бога Своего, и сказал: да не воспламеня­ется, Господи, гнев Твой на народ Твой, который Ты вывел из земли Египетской силою великою и рукою крепкою» (Исх.32,11).

Здесь он как бы «напоминает» Всевышнему, что именно Он вывел Свой народ из Египта, и потому все, что случится с Израилем, отзовется в сознании окружающих стран и племен на их представле­ниях о Господе — Избавителе этого народа: «Чтобы египтяне не говорили: на погибель Он вывел их, чтобы убить их в горах и истребить их с лица земли; отврати пламенный гнев Твой и отмени погубление народа Твоего» (Исх.32,12)

Заступническая молитва Моисея за народ раздалась вслед за страшным определением, которое он услышал из уст Божьих: «Я вижу народ сей, и вот народ он — жестоковыйный; Итак, оставь Меня, да воспламенится гнев Мой на них, и истреблю их, и произведу многочисленный народ от тебя» (Исх.32,9-10).

«Слова, обращенные Господом к Моисею, стали новым испыта­нием веры самого пророка. Хотя обетование о многочисленном потом­стве, данное праотцам Аврааму, Исааку и Иакову, могло бы сбыться даже и в том случае, если бы из всего народа в живых остался один Моисей (т.е. Бог мог бы размножить его потомство, как это произо­шло с самими патриархами), тем не менее пророк, преисполненный любви и жалости к своему многострадальному, хотя и строптивому народу, умоляет Бога: «Итак, если я приобрел благоволение в очах Твоих, то молю: открой мне путь Твой, дабы я познал Тебя, чтобы приобрести благоволе­ние в очах Твоих; и помысли, что сии люди Твой народ» (Исх.33,13).

И моление праведника решающим образом повлияло на приговор: «Отменил Господь зло, о котором сказал, что наведет его на народ Свой» (Исх.32,14)»[20].

И когда спускались с горы, «услышал Иисус голос народа шумящего и сказал Моисею: военный крик в стане. Но Моисей сказал: это не крик побеждающих и не вопль поражае­мых; я слышу голос поющих (разгульные песни)[21]. Когда же он приблизился к стану, и увидел тельца и пляски, тогда он воспламенился гневом и бросил из рук своих скрижали и разбил их под горою» (Исх.32,17-19).

«Существует такое предание: если бы первоначальные скрижали не были разбиты Моисеем из-за греха народа, то израильтянам не пришлось бы завоевывать Ханаан, а буквально исполнилось бы обето­вание, данное прежде: «Ужас Мой пошлю пред тобою, и в смущение приведу всякий народ, к которому ты придешь, и буду обращать к тебе тыл всех врагов твоих; Пошлю пред тобою шершней, и они погонят от лица твоего евеев, ханаанеев и хеттеев» (Исх.23,27-28).

Существует и другое еврейское предание, согласно которому, «если бы народ Израиля не впал в грех, отлив золотого тельца в то время, когда Моисей находился на горе Синай, вся Тора была бы записана «перстом Божьим», как это было сделано на скрижалях с Десятью Заповедями (Исх.31,18 и 32,16). Такое толкование основывается на буквальном понимании выражения «скрижали каменные, и Закон и заповеди, которые Я написал», поскольку словом «Закон» переведено древнееврейское <Тора>. По этой интерпретации, Всевышний, увидев состояние народа, поручил записать Тору самому Моисею. Да и текст на первых скрижа­лях, разбитых Моисеем, начертанный первоначально «перстом Божьим», был заменен на вторых скрижалях текстом, написанным рукой Моисея (ср. Исх.34,1 с Исх.34,28)»[22].

«И взял тельца, которого они сделали, и сжег его в огне, и стер в прах, и рассыпал по воде, и дал ее пить сынам Израилевым. И сказал Моисей Аарону: что сделал тебе народ сей, что ты ввел его в грех великий?» (Исх.32,20-21).

И вот Аарон оправдывается пред Моисеем в содеянном (ст.22-24). А Моисей пророческим взором уже созерцает последствия преступ­ления:

«Моисей увидел, что люди вышли из повиновения (это Аарон допустил такое, врагам на посмешище). Встав в воротах лаге­ря, Моисей воззвал: «Кто за господа? Все ко мне!» Вокруг него собрались все сыны Левиевы, и Моисей ска­зал им: «Господь, Бог Израиля, говорит: Возьмите мечи и пройдите по лагерю, от ворот к воротам! Пусть каждый убьет брата, убьет друга, убьет соседа!» Сыны Левиевы выполнили приказ Моисея: около трех ты­сяч человек было убито в тот день. «Сегодня, — сказал Моисей, — вы должны сделать себя жрецами господа, заплатив за это своими сыновьями и братья­ми. И тогда вам будет дано благословение!» На следующий день Моисей сказал народу: «Тяжек ваш грех! Но я взойду к Господу, и быть может, мне удастся загладить вашу вину. Вернувшись к Господу, Моисей сказал: «Тяжек грех этого народа: они сделали себе бога из золо­та! Простишь ли Ты их? Если нет — то сотри и меня из Кни­ги Твоей!»[23].

Дело в том, что в эпоху написания Ветхого Завета принадлежность к числу граждан того или иного города фиксировалась в списке граждан, принадлежность к определенному роду в родословных. Потерять родословную запись, быть вычеркнутым из списка — значило лишиться соответствующих прав (ср. Неем.7,61-64). Этот образ стоит и зa данным стихом: те, кто принадлежит к народу Божьему, записаны в Книге, ко­торую пишет Бог. Быть вычеркнутым из этой Книги означает умереть (ср. Ис.4,3; Иез.13,9; Пс.68,29). Это и имеет в виду Моисей. Представления о хранящейся у Бога Книге Жизни получают дальнейшее развитие в апокалиптических текстах (Дан.12,1; Откр.3,5; 13,8; 17,8; 21,27).

Снисходя на ходатайство Моисея о помиловании народа, по­клонившегося золотому тельцу, Господь однако сказал, что в дальнейшем странствовании уже не Сам непосредственно будет руководить народом, а поручит это Ангелу, который введет ев­реев в землю обетованную (33,1-3 ст.). Народ, услышав грозное определение Господа, с плачем снял свои украшения и сложил их у горы Хорива (4-6 ст.). Моисей же палатку, временно заменяв­шую скинию, поставил вне стана. Когда Моисей, оставляя поут­ру стан, удалялся в эту временную скинию, столп облачный ста­новился у входа её, а весь народ, стоя у шатров, взглядом провожал своего вождя; один только ближайший служитель Мои­сея Иисус Навин не отлучался от скинии (7-11 ст.). Здесь, в этой временной скинии, Моисей обратился о горячею молитвою к Господу, чтобы Он простил грех народа и Сам вел Израиль в дальнейший путь (12-16 ст.). Господь преклонился на милость ходатайством Своего верного раба и дал обещание исполнить все же его просьбу.

Тогда вождь Израиля обратился к Господу с новою дерзно­венною просьбою, чтобы Он, во свидетельство Своей милости к народу, показал Моисею славу Свою. Господь милостиво ответил на это обещанием провести перед Моисеем всю славу Свою, про­возгласить перед ним Свое имя и открыть Свои милостивые свой­ства, но при этом сущность Божия, полнота Божества не будет показана и открыта Моисею (18-23 ст.).

Ст.18-23: Обращаясь с молитвою к Богу: "покажи мне славу Твою" Моисей очевидно желал, чтобы явлением Своей славы Гос­подь ясным и очевидным образом засвидетельствовал Свое благо­расположение к Моисею и народу, показал, что преступление на­рода в поклонении тельцу забыто, нарушенный завет вновь вос­становлен и народ опять может считать себя под особенным по­кровительством Господа.

Но что разумел Моисей под славою Господа? В общем смысле в словах Моисея выразилось желание, чтобы Господь показал ему Свое божественное существо – особым, видимым и осязательным образом явил Свое присутствие среди народа. Но Моисей знал, что Господь явит видимым образом полноту Своей славы (Кол. 2,9) в спасении человека через Мессию. Поэтому в словах Мо­исея, обращенных к Господу "покажи мне славу Твою", можно видеть не простое желание удостовериться в помиловании и прощении согрешившего Израиля, но пророческую пытливость (ср. 1Петр.1,10-11), желающую проникнуть в тайну помилования и спасения всего человечества через Мессию. Такое понимание просьбы Моисея основывается на указании св. ап. Павла, который слова Господа, сказанные в ответ Моисею "кого помиловать, по­милую, кого пожалеть, пожалею" объясняет в смысле неизменнос­ти божественного предопределения о спасении людей через Мес­сию (Рим.19,15-16).

Обещая показать Свою славу, провозгласить Свое таин­ственное имя Яхве, указать на Свои правосудно-милостивые свойства Господь говорит в то же время, что человек не может видеть лица Божия и остаться в живых. В общем смысле слова Госиода указывают на то, что по ограниченности своей природы человек не может видеть и постичь существа Божия во всей его полноте (Ин.1,18; 1Тим.6,16). С другой стороны, отвечая Моисею, же­лавшему проникнуть в тайну воплощения Сына Божия, что он не может видеть лица Божия, Господь хочет узнать, что эту тайну во всей ее полноте не суждено было познать ветхозаветному человечеству, которое могло созерцать только тень грядущих благ, а не самый образ вещей (Евр.10,1, Кол.2,17). Моисей должен был созерцать славу Божию под покровом скалы, покрытой «рукой Господа», видеть не лицо, а "сзади", т.е. как бы отблеск Божества, но не самое сияние Его, в отношении же к тайне искупления – видеть ее не во всей полноте, а созерцать только некоторое очертание, тень будущего спасения людей. "Каменем покрывся, - поет о Моисее Святая Церковь,- не видел еси лица Божия яко утаена, о боговидче, воплощение же познал еси Слова, яко задняя" (тропарь по 5 песни канона 5 сентября).

34,1-10: Для полноты восстановления нарушенного завета Господь повелел Моисею вытесать две новые каменные скрижали и утром взойти с ними на гору, обещая написать на них слова, которые были написаны на первых скрижалях, разбитых Моисеем, когда он увидел поклонение евреев золотому тельцу (ст.32,19).

Никто не должен был подниматься с Моисеем на вершину го­ры (1-3 ст.). На утро другого дня, истесав две новые скрижали, Моисей взошел на гору. Господь сошел сюда в облаке и остано­вился близ Моисея. Явившись Моисею, Гос­подь провозгласил Свое имя Яхве, указавшее на вечность и неизменность Госпо­да (ст.3,14-15). Вместе с этим Господь благоволил открыть и другие свойства Своего существа – милосердие и правосудие. Господь назвал себя Богом щедрым и милостивым, долготерпеливым и многомилостивым, творящим милости "в тысячном поколении", отъемлющим без­закония, и неправды, и грехи. Эти свойства безмерной милости Господа выражались ближайшим образом в прощении согрешившего и раскаявшегося народа еврейского, а в высочайшей степени имели выразиться в искуплении всего человечества от греха и духовной смерти через Христа Спасителя, как на это указывалось в объяснении предыдущей главы. Но будучи милос­тивым, Господь является в то же время Богом истинным, не ос­тавляющим виновных без наказания, наводящим грехи отцов на чада, на чада чад, до третьего и четвертого рода. Таким обра­зом, божественное правосудие, противопоставляемое безмерному милосердию, является простирающимся только до третьего и чет­вертого рода.

С благоговением поклонившись Господу, Моисей умолял Его простить грех народа, по-прежнему руководить им: и Господь да­ет обещание восстановить нарушенный евреями закон, вновь взять под Свое покровительство народ и явить среди него великие зна­мения и чудеса (4-10 ст.). Ст.11-28: Как непременное условие завета, Господь поставляет, чтобы народ в точности исполнял уже известные ранее данные законы. Эти условия завета Моисей, по повелению Божию, должен был записать, на новых же скрижалях были написаны за­поведи десятисловия (27-28).

Ст.29-35: Когда Моисей, после сорокадневного пребывания на горе, спустился в стан, лицо его от близкого общения с Бо­гом сияло лучами (карнаим – «от лица его исходили молнии», или «стали видны рога» - в культовых изображениях Древнего Ближнего Востока – «символ болественности (как нимб в средневековой иконографии)»; в любом случае, речь идет о видимом знаке близости к Богу (Септуагинта: «…прославлен был вид кожи его лица»))[24], так что народ не смел взирать на прославленное лицо своего вождя. Передав народу все слова Господа, Моисей с этого времени стал покрывать лицо свое покрывалом, которое снимал только тогда, когда являлся перед Господом и когда передавал волю Божию на­роду (29-35 ст.).

Прославление Моисея свидетельствовало о его высоком нравственном достоинстве, указывало евреям на его высокое назначе­ние и внушало необходимость полного послушания ему. Кроме то­го, прославление Моисея, объяснению святого апостола Павла (1,2Кор.3), имело таинственно-прообразовательный смысл. По указанию Апостола, прославление Моисея и покрывало, возложен­ное им на свое лицо, указывало на совершенное свойство Ветхо­го Завета и будущее ослепление евреев. То обстоятельство, что евреи могли видеть прославленное лицо Моисея только через по­крывало, указывало, по объяснению Апостола, что сокровенную в Законе тайну искупления человечества через Христа можно было созерцать через покров обрядов жертв. Вообще всю внешность Ветхого Завета евреи видели только таким образом, как бы чрез некоторое покрывало, в противоположность христианам, которые созерцали искупление, совершенное Христом Спасителем. С дру­гой стороны, покрывало, возложенное Моисеем на свое лицо, предуказывало будущее ослепление евреев. Ослепление это выражалось в том, что уже после совершения тайны искупления, евреи читая богодухновенные писания Ветхого Завета, в част­ности писания Моисея, не понимают истинного смысла Писания, истина Писания остается скрытой от них как бы некоторым по­крывалом, которое снимается с их сердца только тогда, когда они обратятся к Господу, т.е. сделаются христианами (14-17 ст.). Поэтому, как говорит церковная песнь: "Моисей своим покровенным лицом евреев неверные сердца изобличи" (стих. на литии на Сретение Господне).

 

Устройство скинии (Исх.25-27,36-38). Ее освящение (Исх.40).

 

Слово скиния (евр. "огел", греч. "скини") значит «палатка, шатер, куща». Этим именем называется переносной подвижный храм евреев, служивший единственно-законным местом для их обществен­ного богослужения.

Как место, куда собирался народ для богослужения, исход­ный храм евреев назывался "скиниею собрания" ("огелмоед"); как место, где Господь открывал Себя народу, сообщая ему Свою волю, он назывался "скиниею откровения" ("огел га - едут"). В Септуагинте слова "моед" и "едут" переводятся словом "свидетельство" и походный храм евреев, и называются "скиниею свидетельства" (встреч) (скини ту мартириу). Это наименование указыва­ет на скинию, как видимое место, свидетельствовавшее о духов­ном пребывании Бога среди народа еврейского; для самого народа скиния служила свидетельством, указывавшим на его бого­служебно-религиозные обязанности к Богу.

Скиния состояла из двух частей: первая - двор, окружав­ший скинию, вторая - самая скиния, разделявшаяся в свою оче­редь на два отделения: святилище и святое святых.

1. Двор скинии, простираясь в длину по линии восток-за­пад на сто локтей, а в ширину от юга к северу, на 50 локтей (локоть - около 0,47 м), представлял собою продолговатый че­тырехугольник, открытый сверху и обнесенный со всех сторон особою оградою из деревянных столбов, основанных на медных подножиях, вверху соединенных серебряными шестами и завеши­ваемых полотняными завесами. Вход был с восточной стороны.

Во дворе скинии, предназначавшимся для обычных жертво­приношений, стояли жертвенник всесожжения и умывальница.

2. Самое здание скинии (мишпан) представляло собою па­латку в тридцать локтей длины и десять ширины и высоты. Оно разделялось на два отделения: первое называлось святилищем, второе - святое святых.

Святилище занимало две трети скинии, отделялось от свя­того святых расшитою изображениями херувимов завесою. Принад­лежностями святилища были: а) алтарь кадильный или жертвен­ник курений (для воскурения фимиама) стоявшим прямо против входа в скинию, перед завесою, отделявшей святилище от свя­того святых; б) на правой (северной) стороне святилища стояла "трапеза" или стол для "хлебов предложений", на который каждую субботу, по числу колен Израили полагались 12 хлебов предложения, заменявшиеся новыми по прошествии недели; в) наконец, на левой (южной) стороне стоял золотой лампадный светильник семисвечник (менора).

Север

 

 

   
   

 

 

Вход

 

Запад
 
Восток

Юг

Западная часть здания скинии, имевшая в длину, ширину и высоту по 10 локтей и отделенная от святилища завесою, носи­ла название "Святого Святых". Главную и единственную принад­лежность Святого Святых представлял "ковчег завета". Это был род ящика длиною в 2,5, шириною и вы­сотою в 1,5 локтя. Он был сделан из дерева ситтим (аравийской акации) и внутри и снаружи обложен золотом. Сверху ковчег по­крывался золотою крышкою, которая называлась "очистилищем". На краях этой крышки были поставлены два золотых изображения херувимов, преклонивших свои лица и осенявших ковчег своими крыльями. В ковчеге хранились скрижали завета, на которых бы­ло начертано десятисловие, стамна (сосуд) с манною, сюда же впоследствии был положен расцветший жезл Ааронов и, по пред­смертному завещанию Моисея, сбоку ковчега хранилась книга закона (Втор.31,26).

Освящение скинии происходит семь дней, параллельно с посвящением священнослужителей (Исх.29,17), с ежедневной жертвой за грех. После же очищения жертвенника предполагается:

  1. помазание всех частей скинии (вплоть до сосудов и стен) специально сваренным маслом (миром);
  2. ежедневная двукратная (как минимум) жертва всесожжения: агнец и десятая часть ефы муки с елеем и вином (утром – в 7.00 и вечером – 15.00).

 

Книга Левит. Наименование, авторство, место, время, цель написания.

Деление по содержанию. Богослужебное использование.

 

Третья законоположительная книга Ветхого Завета у евреев называется "Ваййкра" ("и воззвал"), по первому слову книги. В славяно-русском переводе с греческого - книга Левит, т.е. книга Левитов, Левитская книга, потому что содержит в себе свод законов о богослужении и обрядах, совершение которых воз­ложено было на левитов - потомков Левия, как Богом поставлен­ных служителей ветхозаветной Церкви.

Время написания

Книга написана после поставления скинии свидения - во втором году по исшествии евреев из Египта.

Изложение содержания

Книга состоит из 27 глав и разделяется на 4 части. Пер­вая часть (гл.1-7) - богослужебная, включает законы о жерт­вах всесожжения, бескровной, мирной, о грехе и преступлении и хлебных приношениях.

Вторая часть (гл.8-10) - иерархическая, содержит законы и обряды, касающиеся посвящения первосвященника (Аарона) и священников.

Третья часть (гл.11-22) - обрядовая в собственном смысле; включает законы и обряды служения левитского в очищении от различных осквернений; в ней говорится о чистых и нечистых жи­вотных, о нечистотах рождения, о проказе и прокаженных, об об­рядах, в праздники очищения, о нечистотах брачного сожитель­ства в разных степенях родства и других языческих непотреб­ностях - гл. 11-20, а в гл. 21-22 - о внешних и внутренних качествах жрецов и их отношениях к святыне.

Четвертая часть (гл.23-27) - каноническая; содержит за­коны о годовых праздниках ветхозаветных (субботе, пасхе, пяти­десятнице, празднике труб, кущей, субботних, та седьмых и юби­лейных, т.е. пятидесятых годах), о непрерывном горении све­тильника и хлебах предложения. В главах 26-27 возвещаются ми­лости Господни за исполнение всех законов и обрядов и угрозы за небрежение и излагается устав о десятинах, первородных и обетах.

Между обрядовыми законами и в книге Левит местами встре­чаются законы нравственные, гражданские и судебные.

Значение книги

Все изложенные в книге Левит законы по достоинству сво­ему недосягаемо высоко стоят перед законами других древних народов, показывая свое божественное происхождение. Многочис­ленные предписания обрядового закона Моисеева не обладают бе­зусловным значением для всех времен, в противоположность зако­ну нравственному, но в свое время и по отношению к народу ев­рейскому они имели важный воспитательный смысл.

Поддержание телесной чистоты обращало мысль к чистоте ду­шевной. С другой стороны эти обрядовые законы направлены были к тому, чтобы положить резкую границу между народом Божиим и народами языческими и тем предохранить Израиля от языческих пороков и суеверий.

В основе всех ветхозаветных законов лежит мысль о святос­ти Бога и греховности человека, о необходимости очищения гре­хов, о невозможности достигнуть этого силами самого человека и необходимости Божественного искупления. Таким образом, эти обрядовые законы обращали мысль к Искупителю, в Котором Одном только находят свое объяснение все богоустановленные жертвы, ибо невозможно, как говорит святой апостол Павел, чтобы кровь тельца и козлов сама по себе очищала грехи (Евр.10,4). Сло­вом, все говорило евреям о преобразовательно-мессианском зна­чении этих обрядов, как это разъясняет апостол в своем Посла­нии к евреям.

Богослужебное употребление книги Левит

12,1-8 (об очищении нечистот рождения) - в качестве паремии в день Сретения Господня (2 февраля).

26,3-12,14-17,19-23 (об обетованиях за исполнение и уг­розах за нарушение законов Божиих) - в качестве паремии 1 (13) сен­тября - в день церковного новолетия.

 

Ветхозаветные жертвоприношения (Лев.1-7).

 

О происхождении жертвоприношений Священное Писание не дает ясных указаний. Несомненно, однако, что с самого начала истории падшего человечества жертвы являлись даром, который человек по естественному религиозному чувству приносил Богу (Быт.4,3-4), Господь же принимал этот дар, освящал его и со­общал ему известное символическое и таинственное значение.

«Обратим внимание, что жертва должна быть принесена <микём> - «из вас» (Лев.1,2). Согласно древним толкованиям, это значит, что истинную жертву человек всегда приносит «из самого себя», она свершается в его внутреннем мире. А жертвоприношения животных представляют собой символические действия, научающие нас возносить подлинные — «внут­ренние» — жертвы Богу...

Словом «жертва», церковнославянским по происхождению, переводит­ся древнееврейское <карбан>, от глагола <карав> — «прибли­жать». Жертва — это то, что приближает нас к Богу. Стремление же приблизиться к Нему может быть только добровольным: в духовных во­просах нет принуждения, и человеку дано самому выбирать свой путь. Это с исчерпывающей ясностью выражено в Писании: «В свидетели пред вами призываю сегодня небо и землю: жизнь и смерть предложил я тебе, благословение и проклятие. Избери жизнь, дабы жил ты и потомство твое» (Втор.30,19)

Поэтому учение о жертвах начинается не с повеления, а с разреше­ния: «когда кто из вас хочет принести жертву Господу». Господь принимает только того, кто добровольно стремится приблизиться к Нему…

«Ибо Я — Господь, Бог ваш: освящайтесь и будьте святы, ибо Я свят; и не оскверняйте душ ваших каким-либо животным, ползающим по земле» (Лев.11,44).

Именно в этом освящении жизненных («животных») сил, в посвяще­нии их Богу и в удалении души («нефеш») от всего низменно-себялюби­вого («ползающего по земле») и состоит назначение жертвы. Вот почему в Пятикнижии уделено столь много места подробному описанию жерт­венного служения: ведь каждая деталь здесь — это символ перемен, происходящих в нашем «внутреннем Храме», если только мы истинным образом поклоняемся Всевышнему: «Бог есть Дух, и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине» (Ин.4,24)[25].

На основании первых семи глав книги Левит постановление закона Моисеева о жертвах можно представить в следующем ви­де. Местом для принесения всех жертв была скиния, где живот­ное, закалаемое с северной стороны жертвенника потом возно­силось на него для сожжения (Лев.1,3). В жертву могли быть принесены пять видов чистых и непорочных животных, из круп­ного скота – тельцы, из мелкого – овцы и козы, из птиц – горлицы и голуби.

В некоторые жертвы приносились животные исключительно мужского (Лев.1,3,10; 4,3,14,23, 5,15,16,18; 6,6), в другие – женского пола (Лев.4,24,32; 5,6), в третьи – мужского и жен­ского пола безразлично (Лев.3,2,6), при этом требовалось, что­бы животное было без физических недостатков. Кровавые жертвы обыкновенно соединялись с хлебными приношениями, елеем и лада­ном (Лев.2), причем на жертвенник мог возлагаться только прес­ный хлеб. Кроме того, жертвы осолялись (Лев.2,13) и соединя­лись с возлиянием вина (Числ.15,5).

Обряды, с которыми совершались жертвоприношения, представ­ляются в следующем виде. Приносящий жертву возлагал свои руки на голову жертвенного животного, представленного перед скини­ей, после заклания кровию животного кропился жертвенник все­сожжения; при жертве всесожжения на жертвеннике сжигалось все мясо животного, а при прочих жертвах только тучные части и почки; при некоторых жертвах кровь животного вносилась во свя­тилище, причем мясо животного сжигалось вне стана; в обычных случаях оно поступало в пользу священников, а в жертве "мирный" часть мяса поступало в пользу приносившего жертву, который уст­раивал из него жертвенный пир.

«Словом «всесожжение» передано древнееврейское <ола> — букваль­но «восхождение» (в смысле «возношения» жертвы). Уже тот факт, что человек отдает нечто Богу (Который, конечно, ни в чем вещественном нуждаться не может), соответствует основной цели жертвоприношения — умерению желания получать (эгоизма) и развитию способности отдавать (альтруизма)»[26].

Жертва всесожжения допускала приношение всех родов жер­твенных животных, но только мужского пола, без порока (Лев.1,3,10,22,18,19). «Священнику предписано приносить в жертву тельца, начальнику — козла, а представителю простого народа — козу (Лев. 4, 3; 4, 22-23 и 27-28). Чем выше духовное призвание человека, тем более сильные животные страсти ему приходится смирять: как известно, одаренность и страстность нередко идут рука об руку...

Прямой смысл этого предписания ясен: Господу сле­дует посвящать только самое лучшее и чистое. Вспомним, в чем пророк Малахия укорял священников своего времени: «И когда приносите в жертву слепое, не худо ли это? Или когда прино­сите хромое и больное, не худо ли это? Поднеси это твоему князю: будет ли он доволен тобою и благосклонно ли примет тебя? — говорит Господь воинств» (Мал.1,8)

С психологической же точки зрения это означает, что мужественное осознание собственных недостатков («животное мужеского пола») должно соединиться с чистым, искренним желанием их преодоления («без по­рока»). Не случайно древнееврейское слово <захар> имеет два значе­ния: «быть мужественным» и «вспоминать». Порой требуется немало му­жества, чтобы детально вспомнить и решительно осудить проявления собственного эгоизма. А слово <тамйм> означает «цельный» (в Синодальном переводе — «без порока»). Именно таким — целостным, свободным от раздвоенности и колебаний — является решение человека посвятить Господу свои жизненные силы. Они «приводятся к дверям Скинии собрания», т.е. сосредоточиваются близ сердца — «внутреннего Храма». Совершая это, жертвующий приобретет благоволение пред Гос­подом, как гласит конец стиха Лев.1,3: «И возложит руку свою на голову жертвы всесожжения — и приобре­тет он благоволение, в очищение грехов его» (Лев.1,4)

Возложение рук на голову жертвы означает отождествление себя с нею и передачу ей части своих свойств. Так передается и благословение от че­ловека к человеку (ср. Быт.48,14-15; Втор.34,9). Но что же именно передает человек животному, и в каком смысле оно «отождествляется» с жертвователем? На животное «переходят» грехи, перечисляемые во вре­мя исповеди и нуждающиеся в искуплении (ср. Лев.5,5; 16,21).

Когда… совершается жертва всесожжения, на животное символически возлагается вся совокупность беззаконных мыс­лей, слов и дел (в том числе и не осознаваемых нами), после чего живот­ное закалается…

Кровь несет в себе «нефеш» — жизненную энергию, «животную душу». Окропление ею жертвенника знаменует отказ от грехов, вызыва­емых «бушующими в крови» страстями: «Потому что душа тела в крови, и Я назначил ее вам для жертвен­ника, чтобы очищать души ваши, ибо кровь сия душу очищает» (Лев.17,11)

Приносящий жертву сам должен подготовить ее к возложению на алтарь: «И снимет кожу с жертвы всесожжения и рассечет ее на части. Сыны же Аароновы, священники, положат на жертвенник огонь и на огне разложат дрова; И разложат сыны Аароновы, священники, части, голову и тук на дровах, которые на огне, на жертвеннике. А внутренности жертвы и ноги ее вымоет он водою, и сожжет свя­щенник все на жертвеннике: это всесожжение, жертва, благоухание, приятное Господу» (Лев.1,6-9)

Древнееврейское <рёйах-нихоах> дословно означает «запах успокоительный». Любовь, исходящая из сердца праведника, доставляет «успокоение» Создателю. Ведь тот, кто достигает цели, ощущает покой на душе, а цель и плод всего творения — праведник. Именно в нем и заключен тот преизбыток блага — «хорошо весьма», узрев который, Бог успокоился («почил») от всех дел Своих в день Субботний (Быт.1,31-2,3)…

Жертва всесожжения может приноситься не только из скота, но и из птиц — горлиц и молодых голубей (Лев.1,14-17). Такое предписание имеет в виду неимущих, у которых нет возможности пожертвовать до­машнее животное. Птица в ряде мест Библии символизирует душу с ее взлетами и страстными порывами: «Душа наша избавилась, как птица, из сети ловящих: сеть расторгнута, и мы избавились» (Пс.123,7).

До того, как душа будет посвящена Богу — «возложена на жертвен­ник», до того, как начнется ее восхождение («ола») в пламени Божест­венной любви, ей надлежит пройти те стадии самоотречения, которые мы уже рассмотрели на примере жертвенного животного (Лев.1,15-16). И, сверх того, священник должен еще «надломить ее в крыльях, не отделяя их» (ст.17): своевольные порывы, беззаконные «перелеты» сме­няются полной покорностью, но крылья у души не отнимаются — они неотделимы от самой ее сущности»[27].

По своему внутреннему значению жертва всесожжения означала полную всесовершенную преданность человека Богу, знаменуя собою и прошение, и благодарение, и умилостивление.

Кроме случаев частных жертвоприношений, эта жертва неизменно приносилась два раза в сутки – вечером и утром, и притом так, что вечер­няя жертва курилась до утра, а утренняя – до вечера, таким об­разом, всесожжение непрерывно продолжалось на жертвеннике и все остальные виды жертв совмещались с этим непрерывным всесожжением.

«Следующей разновидностью жертв является зевах шэламим> — буквально «жертва примирений», в Синодальном переводе — «жертва мирная». Слово <шалем> означает не только «мирный», но и «целостный», «здравый», «гармоничный», «полный». Достижение че­ловеком всех этих состояний возможно только путем покаяния, возвраще­ния к Богу, примирения с Ним. В Лев.3,1 употреблено слово <шэламим> — множественное число от «шалем», что указывает на мно­жество благих последствий примирения с Богом: ведь обретя мир со Все­вышним, человек приходит также к согласию и с самим собой, и с окру­жающими.

Мирная жертва приносится в благодарность Богу за Его благодеяния, т.е. «от избытка чувств». Относящиеся к ней установления — иные, нежели о всесожжении: «И принесет он из мирной жертвы в жертву Господу тук, покрываю­щий внутренности, и весь тук, который на внутренностях, И обе почки и тук, который на них, который на стегнах, и сальник, который на печени; с почками он отделит это; И сыны Аароновы сожгут это на жертвеннике вместе со всесожжением, которое на дровах, на огне: это жертва, благоухание, приятное Господу» (Лев.3,3-5)

…Здесь важно символическое значение тука (жира), покрывающего внутренности. Тук состоит из омерт­велых, утративших жизненность клеток. Согласно библейскому предпи­санию, он не предназначен в пищу, а целиком отдается в жертву: «Скажи сынам Израилевым: никакого тука ни из вола, ни из овцы, ни из козла не ешьте. Тук из мертвого и тук из растерзанного зверем можно употреблять на всякое дело; а есть не ешьте его; Ибо, кто будет есть тук из скота, который приносится в жертву Гос­поду, истребится душа та из народа своего» (Лев.7,23-25)

В приношении тука содержится важное указание. Чтобы «совершить жертву примирений», т.е. примириться с Богом, с самим собой и с ближ­ними, следует расстаться с самой косной, не способной к развитию частью своего существа — крайним себялюбием. Растопленный в пламени алтаря — огне жертвенной любви, тук перестает быть массой мертвых клеток: он сливается с пламенем и возносится ввысь»[28].

Жертва мирная приносилась из всех родов жертвенных чет­вероногих животных мужского пола или женского, имела празд­ничный характер и сопровождалась пиром, устроенным из жерт­венного животного по сожжении тука и почек и по отделении груди и плеча в пользу жрецов. Мирная жертва приносилась или в благодарение Богу, или в умилостивление Его при прошениях.

 

«В главе 7 описывается разделение мирных жертв <шэламйм> на три разновидности: <тода> — «[жертва] благодарности», <нёдер> - «[жертва] по обету» и <нэдава> — «[жертва] по усердию» (Лев.7,11-12 и 16).

Первая из них — символ благодарственной молитвы: «Итак, будем через него непрестанно приносить Богу жертву хвалы, то есть плод уст, прославляющих имя Его» (Евр.13,15)

Благодарность Богу за Его благодеяния надлежит воздавать как можно скорее, не откладывая. Поэтому «мясо мирной жертвы благодарности должно съесть в день приноше­ния ее, не должно оставлять от него до утра» (Лев.7,15)

А вторая и третья разновидности мирных жертв — жертва по обету и жертва по усердию — могут быть вкушаемы в течение более длительного срока: «Если же кто приносит жертву по обету или от усердия, то жертву его должно есть в день приношения, и на другой день оставшееся от нее есть можно, А оставшееся от жертвенного мяса к третьему дню должно сжечь на огне» (Лев.7,16-17)

Дело в том, что как исполнение обета, так и усердное служение нуждаются в подходящей обстановке, в ожидании которой их можно ненадолго отложить (с тем, однако, чтобы осуществить при первом же удобном случае)»[29].

Кто же ест мирную жертву в нечистоте, или ест жир, который приносится в жертву Господу, «истребляется из народа своего» (Лев.7,20-25).

«Заканчивается раздел о (мирных) жертвах предписанием отдавать священникам правое плечо («плечо возношения») и «грудь потрясания» мирной жертвы. Эти части животного намекают на то состояние духа, в котором находится сам священник: сердце его «потрясено» близостью Всевышнего («грудь потрясания»), а руки молитвенно воздеты к небесам («плечо возношения», см. 1Тим.2,8)»[30]

«Жертва за грех искупает только те проступки, которые совершены «по ошибке», «по неведению» (ср. Числ.15,27). В оригинале в обоих слу­чаях присутствует слово <шэгага> — «заблуждение», «оплошность»; родственный глагол <шага> означает «блуждать», «уклоняться», «соблазняться», «увлекаться», но также и «приходить в воодушевление», «испытывать восторг». Известно, что существуют эмоциональные состоя­ния, приравниваемые к неведению или забытью (они возникают как ре­зультат сильных переживаний и в юридическом обиходе именуются состояниями аффекта). Под <шэгага> подразумеваются не только пре­грешения, в буквальном смысле совершенные по ошибке (т.е. из-за не­знания или неправильного понимания соответствующей заповеди, из-за невнимательности, вообще не по вине данного человека и т.п.), но и те грехи, в которые человек впал по слабости (не найдя сил противостать со­блазну; вследствие заблуждения чувства или мысли; наконец, поддавшись ложному «воодушевлению» из-за опьянения физического или духовного).

Таким грехам Писание резко противопоставляет иной вид беззаконий. Имеются в виду грехи, совершенные с осознанным намерением престу­пить заповеди, воспротивиться воле Божьей. Такие грехи приравнивают­ся к осквернению имени Божьего. Они не искупаются жертвой за грех, но караются смертью: осмелившийся сознательно поносить Основу бы­тия, Источник собственного существования — Господа духов (см. Числ.16,22),— недостоин жизни: «И очистит священник душу, сделавшую по ошибке грех пред Гос­подом, и очищена будет, и прощено будет ей. Один Закон да будет для вас, как для природного жителя из сынов Израилевых, так и для пришельца, живущего у вас, если кто сделает что по ошибке. Если же кто из туземцев или из пришельцев сделает что дерзкою рукою, то он хулит Господа — истребится душа та из народа своего» (Числ.15,28-30)…

Грех намеренного убийства (также) искупается не жертвой, а только смертью убийцы. Другие примеры грехов подобного рода — это прелюбодеяние (т.е. взаимно-добровольное соитие с чужой женой), принесение детей в жертву языческому божеству Молоху, заня­тия черной магией (Лев.20,1-27 и др.)…

В зависимости от поло­жения согрешившего приносятся и животные различной ценности.

«Священник помазанный», т.е. первосвященник, несущий ответствен­ность за духовную жизнь народа, своим грехом может осквернить все обще­ство. Поэтому он должен в качестве жертвы принести тельца (Лев.4,3) — точно так же, как и все общество в целом, если по ошибке отступит от заповеди (ст.13-14). Таким образом, грех духовного руководителя по своему значению приравнивается к прегрешению всего народа. За грех же <насй> (в Синодальном переводе — «начальник»), т.е. главы колена или иного знатного лица, приносится козел (ст.22-23). Наконец, за грех простого человека («одного из народа») — коза (ст.27-28)» или овца, два голубя или десятая часть ефы муки.

При этом кающийся исповедо­вал свой грех при жертве (Лев.5,6 см. Числ.5,5-8). «Мы видим, что чем выше статус согрешившего, тем более «дорогое» животное приносится. Буквальный смысл этого ясен: начальствующие обычно богаче других, и им легче принести более ценную жертву. Но не станем забывать, что животное указывает на плотскую природу, располагающую нас к греху, и что часто духовной и душевной одаренности сопутствует и физическая («животная») мощь, благодаря чему достигается равновесие между высшим и низшим началами в самом человеке. Поэтому для того чтобы смирить и одолеть свою животную сущность, разным людям при­водится приносить в жертву разных «животных»...

«А кожу тельца и все мясо его с головою и с ногами его, и внутрен­ности его и нечистоты его, Всего тельца пусть вынесет за стан на чистое место, где высыпается пепел, и сожжет его огнем на дровах; где высыпается пепел, там пусть сожжен будет» (Лев.4,11-12)

Тушу тельца должен сжечь тот священник, который возносил жертву (хотя, согласно более поздней практике, этим занимались особые служи­тели). Какой же психологический смысл имеет данное указание? Вполне очевидно, что далеко не каждая составляющая внутреннего мира «пад­шего» человека может быть «вознесена на жертвеннике», т.е. преобразована и одухотворена силой Божественной любви. Есть и нечто такое, что не поддается преобразованию, а должно быть «вынесено за стан», т.е. отделено, отстранено от нашего внутреннего мира, а затем и полностью уничтожено — «сожжено вне стана»»[31].

Жертва о преступлении или повинности приносилась из барашка и была видоизменением жертвы за грех. «Если кто согрешит тем, что слышал голос проклятия и был свиде­телем, или видел, или знал, но не объявил, то он понесет на себе грех. Или если прикоснется к чему-нибудь нечистому, или к трупу зверя нечистого, или к трупу скота нечистого, или к трупу гада нечистого, но не знал того, то он нечист и виновен» (Лев.5,1-2)

Здесь соседствуют (и даже чуть ли не отождествляются) такие грехи, между которыми, казалось бы, нет даже точек соприкосновения: в самом деле, что общего можно найти между отказом от свидетельства и прикосновением к трупу животного?!

Но дело в том, что, согласно Писанию, всякая неправда оскверняет человека; осквернение же, в свою очередь, имеет причиной соприкосно-иение с чем-либо мертвым или омертвелым. Так, источниками физической нечистоты служат труп (человека или животного — Лев.5,2; Числ.19,16); истечения из тела человека, связанные с зарождением жизни, но не выполнившие своего предназначения (т.е. также «омертвелые» —Лев.22,4; 15,2); а также болезни, вызывающие частичное «омертвение» тела, — разновидности проказы (Лев.13,45-46). Поэтому осквернение внутреннее (в данном случае — посредством лжи или сокрытия правды) сопоставляется с нечистотой внешней. Не зря о грешниках говорится как о «мертвых» (Кол.2,13).

Чем же очиститься человеку после «соприкосновения» со своей пад­шей, «омертвелой», животной сущностью?

В отличие от жертвы за грех, именуемой <хатат> — «очисти­тельная», в указанных случаях приносится <ашам> — «жертва повинности». Эта жертва предписана еще в ряде случаев: при забвении и невыполнении данной клятвы (Лев.5,4); при ошибочном присвоении чего-либо, посвященного Господу (ст.15); при нарушении заповедей по неведению (ст.17); после прямого или опосредованного обмана ближнего (Лев.6,2-3); наконец, после ложной клятвы (ст.5).

Принесение жертвы «ашам» должно предваряться не только испо­ведью в содеянном (Лев.5,5), но и возмещением ущерба, нанесенного святыне или ближнему…

Интересно, что грех против ближнего называется… «преступле­нием пред Господом», как если бы этот грех касался святыни Божьей. И в случае вины против посвященного Богу, и в случае греха против ближнего надлежит «приложить к тому [т.е. к незаконно присвоенному] пятую долю»...

Итак, ближний рассматривается как «святыня Господня», а грех против него — как грех против Бога»[32].







Дата добавления: 2014-11-12; просмотров: 386. Нарушение авторских прав; Мы поможем в написании вашей работы!

Studopedia.info - Студопедия - 2014-2022 год . (0.09 сек.) русская версия | украинская версия








Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7