ПЕЧАТЬ НА ЗАПАДЕ

Граждане всего мира с глубоким почтением и особенной любовью относятся к одной великой державе: ее владения – весь мир, ее подданные – все человечество, ее властелины – рыцари духа, ее державное знамя – братство народов, ее оружие – свободное слово, оружие, выкованное из духа нового времени, ее история – это история величайших побед «над неправдой лукавой» и над мраком ненавистным. Название этой великой державы – печать. Сила печати огромна. Один из величайших деспотов прошлого века, ненавидевший печать и боровшийся с ней, принужден был сознаться, что четыре враждебных газеты могут нанести более чувствительный урон, чем 100000 солдат в открытом бою – так говорил Наполеон I, а ведь этот человек знал толк в военном деле и одержал немало побед на своем веку. Наполеон говорил о четырех враждебных газетах; печать – это тысячи таких газет, тысячи журналов, миллионы книг. Какой Наполеон осмелится сразиться с такой армией? В одном только Париже издавалось в 1897 г. 2327 газет и журналов. В Германии в 1902 г. число изданий периодических, т.е. выходящих ежедневно, еженедельно, ежемесячно, правильно повторяясь через определенные промежутки, было 8668 только на немецком языке. На одни газеты (3337) в Германии подписывалось свыше 12192780 человек, т.е. почти четвертая часть всего населения страны. В Австрии за 1899 г. разошлось по всей стране 225 миллионов номеров различных газет. В Японии выходило на японском языке в 1886 г. периодических изданий 2000^[455][1]. У нас России газет и журналов выходит – 1350. В Америке издаются газеты и журналы на 25 языках. Даже американские негры издают своих газет 139 и подписываются на эти газеты свыше 200000.

В Америке в 1880 г. газет и журналов выходило 11314, а в 1900 г. уже 21272. Всякое поселение в этой стране, в котором не менее 500 жителей, имеет свою газету, а более мелкие поселки свой местный листок. На каждого жителя Нового Света, без различия пола и возраста, включая и грудных младенцев, в 1900 г. приходилось более чем по одному экземпляру периодического издания... Большая часть американского населения читает и журналы.

Какое дальнобойное и скорострельное орудие самой новейшей и усовершенствованной системы сможет угнаться за двойной, ротационной системы, машиной английской газеты «Таймс», машиной, которая выбрасывает из своего жерла за один час 30000 номеров этой газеты, отпечатанной, разрезанной, сложенной и готовой распространиться в отдаленнейших уголках земного шара?

560 лет тому назад в городе Майнце «искатель света» Иоганн Гут-тенберг изобрел печатный станок и положил начало «великой державе», имя которой – печать. Из кельи монаха и кабинета ученого мысль разлилась по всему миру, и каждое «из света и пламени сотканное слово» становилось апостолом истины, добра и красоты и шло научить «вси языцы». Оно раскрывало глаза понемногу забитому люду... Оно стучалось в сердца равнодушных и будило спящих, оно, звеня и сверкая, вмешивалось в борьбу классов, в борьбу господ и рабов и возвещало, что в старом обществе, в недрах его, уже зародился новый и лучший строй, оно клеймило отживший старый порядок, оно выдвигало на место разложившихся идей, покрытых плесенью, понятия, новые взгляды, новые мысли, служившие будущему. Печать не порождала новый порядок, но она возвещала его рождение, она развивала сознание угнетенного нового класса, заинтересованного в разрушении старого порядка и торжестве новых форм, и, тем самым, ускоряла и облегчала муки родов.

Когда церковь из защитницы бедных и темных стала их притеснительницей, угнетенные восстали, началась реформация, и печать помогла разрушить царство духовенства, кровавый фанатизм изуверов. Она провозгласила свободу совести, торжество науки и жизни над мраком подземелья и над кострами палачей. Фанатизм духовенства дополнил, а затем заменил деспотизм королей-помещиков, королей-крепостных.

Человек, крепкий земле, становился рабом своего господина, становился вещью, задыхался под гнетом повинностей и тяжелых притеснений. Началась французская революция, бесправные восстали против угнетателей, угнетенные и обиженные против всемогущих господ, и снова печать стала вестницей освобождения, она грудью стала против старого порядка на защиту третьего сословия крестьян, купцов и ремесленников, лишенных прав и обращенных в ничто... Она провозгласила равенство, братство и свободу... и все враги свободы всегда боролись с печатью.