Игги Поп едет в город торчать. Stooges получили приглашение. К тому времени мы набрали такую популярность в Нью-Йорке и вокруг, что нас позвали в клуб "У Онгано" на четыре концерта подряд. Хозяева - братья Арни и Ник, милейшие джентльмены. Наверное, единственный небольшой клуб, где можно было играть - сейчас он закрыт.
Вы уже, должно быть, поняли, что я тогда был чистый Topcat из мультика. Ужасно ленивый, все бы валялся на мусорке и дрых. Четыре вечера подряд? Подряд? "Ну, я не знаю:". Мы тогда играли 45-минутный сет. Наконец я принял предложение и приехал в Нью-Йорк. Пару дней репетировали. Мы никогда не играли больше двух вечеров подряд, и, конечно, не больше одного сета за вечер.
В отеле Челси я встретил некоего Билли, у которого было много кокаина - хорошего кокса. А мы ведь были, знаете, ребята небогатые. Так что перед первым концертом заявляюсь я во всей красе в "Электра Рекордс", в их шикарный новый офис в здании Gulf & Western, оформленный в стиле "космический век". Иду к президенту - Джеку Хольцману, он отсылает меня к главному менеджеру Биллу Харви. Говорю: "Билл, дело такое. Четыре концерта подряд - вы же понимаете, это жертва с моей стороны". Втолковываю ему, что не хотел бы подвергать свое тело непривычным перегрузкам, и дабы продержаться: "Простите, что прошу вас об этом, но вам придется выдать мне 400 долларов на четверть унции кокаина".
Они, конечно, охуели. Он ушам своим не поверил: "Да вы что, да за кого вы нас принимаете: Мы не выдаем: Это невозможно!".
Я прыгаю по комнате. Тут вопросов нет: мы должны получить деньги, и все. Я даже не говорю "иначе мы не будем играть". И он сдался. Выдал бабки, я подписал бумагу - типа аванс за что-то там. Понятно, да? То есть смешно.
Сколько же я вынюхал за эти четыре вечера. Сколько я вынюхал. Посмотрите фотки с тех концертов, тощий - не то слово.
А концерты были забавные, сцены как таковой не было, мы стояли прямо на полу. Майлз Дэвис заходил. Остался: понравилось. Там на потолке были какие-то трубы, и на третий вечер я решил повиснуть на трубе, как обезьяна, головой вниз. Я же не знал, что это часть противопожарной распылительной системы. Я висел на ногах и раскачивался вниз головой, и мало-помалу труба стала поддаваться. И вся система развалилась, а я грохнулся на пол.
Все болталось в воздухе, как какие-то странные осадки - удивительное зрелище - пластик посыпался, пыль. Наверное, встало им в копеечку.
Когда такая фигня случается, всегда хорошо иметь наготове такого парня, как Дэнни Филдс. В те времена Дэнни был моим ментором, человеком, который меня "открыл". Он действительно все это любил. Они были в ярости, ущерб серьезный, но Дэнни с ними как-то добазарился, и все рассосалось. Они улыбались и говорили: "Здорово вы сегодня играли, только, пожалуйста, завтра не надо лазить на трубы, ладно?".
Четвертый вечер был совсем безумный, я же никогда не играл четыре концерта подряд, я уже был на грани. Я всегда считал: хорошенького понемножку, я любил людей в малых дозах - промелькнуть, а не рассказывать всю историю своей жизни. Мне всегда нравился беглый взгляд, а долгий контакт с публикой - это уже лишнее.
