Внутригрупповая роль санкций

Приняв во внимание сказанное, теперь обратимся к фактам. Человек, говорят, общественное животное. Это положение, несомненно, верно в том смысле, что вне группы история нам не дает человека. Абсолютно изолированного человека, живущего вне общения с другими людьми, мы не знаем... Нам всегда даны группы, а не отдельные люди, живущие раздельно друг от друга.

Какую бы, однако, социальную группу мы ни взяли — будет ли то клан, или тотем, или фратрия, или род, или семья, или государство, или церковь — все эти группы, как надындивидуальные единства, представ­ляют "замиренную среду", с определенной организацией, с определенным фиксированным шаблоном поведения, с определенным уставом долж­ного, запрещенного и рекомендованного взаимодействия ее членов. Ни в какой постоянной группе нет беспрерывной внутригрупповой войны всех против всех, а, напротив, нормальным состоянием ее является консенсус взаимного поведения ее членов.

Внутригрупповой конфликт есть лишь явление исключительное иот­носительно редкое. В те моменты, когда этот конфликт принимает широкие размеры, когда он охватывает большинство членов этой груп­пы, в те моменты игруппа, как некоторое единство, перестает суще­ствовать ираспадается на ряд групп. Но мы знаем, что подобное распадение могло быть лишь спорадическим. Если бы оно было посто­янным явлением, то исторический процесс постепенного расширения "замиренных социальных кругов" был бы немыслим, аравным образом малопонятным тогда было бы, почему человечество, находившееся в не­прерывной взаимной борьбе, не исчезло...

Как бы то ни было, но свидетельство фактов дает нам группы в виде замиренных кругов. В каждой группе имеется определенный порядок взаимоотношений, требующихся от каждого члена, и определенное рас-

ние прав и обязанностей каждого соучастника группы. Этот _преД^еле _{0 Г}рупповой шаблон поведения, проявляющийся в постоянсг- оФ^иЦиа_шений, _и составляет то, что называется ее "организацией";,ве °1^н°_представляет как бы "костяк" или "скелет" группы, на котором е выводятся другие, более детальные узоры поведения^[78]. Во всех даль^ подобный "костяк" или организация даны. грУ¹!? возьмем первобытное тотемическое общество, то мы увидим,оведение и акты мужского пола подчинены шаблону, отличному от ^ЧТ°6лона поведения (или взаимоотношения) женского пола. Мужчины олняют одни функции, женщины — другие. Далее, как мужчины, так ^вЫПенЩИНЫ разделяются на ряд возрастных групп. Функции, "права ^{И Ж}бязанности" каждой возрастной группы отличны друг от друга и, ^И основных чертах, вполне определенно зафиксированы. Как половые,^В к и политические функции пользования добычей и т. д. точно так же ^Тмеют определенные шаблоны или обнаруживают устойчивую форму,оторая и осуществляется постоянно при соответственных условиях. ^К В основных своих чертах способы взаимоотношений определенно зафиксированы и неуклонно выполняются. Каждый член тотема выполняет те функции, которые ему "предназначены": мужчина-ребенок, не перешед­ший во вторую возрастную группу, не может выполнять функций,свойственных второй возрастной группе; если бы он это почему-либо попытался сделать в результате вызвал бы реакцию со стороны остальных, которая заставила бы его подчиниться "обычаю" дедов и отцов.

Мужчина не может вступать в брачные отношения с женщиной своей половины. Шаблон брачных взаимоотношений таков, что он позволяет ему вступать в половые сношения только с женщиной (соответствующей возрастной группы) другой половины.

Подобным же образом тот или иной шаблон дан налицо и во в остальных видах взаимодействия первобытной группы. Таким образ^* ряд процессов и форм поведения заранее зафиксирован в том или ино*' виде и выполняется большинством членов. **

Разбойничья банда с ее атаманом, есаулами и остальными членам функции которых строго распределены и зафиксированы; род с "д[79]' мачином" или "патриархом" во главе и с различными категориям остальных сородичей; древнее кастовое общество с рядом общественны* каст, из которых функции каждых обнаруживают тот же шаблон рабовладельческое общество с известными трафаретами взаимоотно­шений господ и рабов и т. д. — все эти и бесчисленные другие общества дают нам ряд шаблонов, которые и составляют организацию или "конституцию" (писаную или неписаную — безразлично) этих социальных агрегатов.

Что же касается таких обществ, как новейшие государства, научные технические, спортивные, церковные и т. д. общества, то "конституция государств", "уставы" обществ, "символ веры" и вероучение церкви — вот внешние показатели шаблонных взаимодействий, имеющихся в данных социальных агрегатах... Как и в любом первобытном обще­стве, и здесь налицо даны шаблоны ряда процессов общения, которые заранее "предопределяют" формы ряда взаимоотношений и неуклонно выполняются большинством членов.

Констатировав это фактическое положение, теперь мы должны спросить себя: как возможна подобная замиренность? Как возможно подобное мирное постоянство отношений? В силу чего нет здесь по­стоянных конфликтов и войны, если "не всех против всех", то одной части группы с другой?

Постановка этих вопросов имеет свой смысл иоснование. В самом деле, раз нет постоянной борьбы, раз нормальное состояние группы есть мирное состояние, то это наводит нас на предположение, что "должные" нормы поведения здесь всеми понимаются одинаково. Это предположение само собой напрашивается потому, что, в силу сказанного выше, если бы был конфликт убеждений, то должен был бы быть налицо конфликт поведений, то есть взаимная внутригрупповая борьба. Аотсюда, казалось бы, само собой следует: раз нет борьбы, следовательно, есть консенсус моральных норм поведения. В силу этого и исключается всякая борьба, всякий конфликт ивозможна устойчивая, мирная организация группы.

Это умозаключение кажется с первого взгляда вероятным и прав­доподобным. Но... при более детальном изучении дела правдоподоб­ ность его становится подозрительной. Она подозрительна потому пре­жде всего, что представляет вывод от следствия к причине, что, как известно, делать не особенно рекомендуется. А во-вторых, даже Д°" пустив, что это умозаключение правдоподобно, непонятным становится сам факт возможности этого консенсуса в понимании должного взаим­ного поведения.

В самом деле, как возможен был бы этот консенсус?

Паже допустив, что он дан уже в группе, малопонятным становится охранение и поддержание в течение ряда десятилетий. еГ° Очевидно, это было бы возможно при двух случаях. Во-первых, при твии изменений во внутригрупповой жизни. Тогда было бы понят- оТсУчто раз одинаковость моральных убеждений членов группы дана й° • но бесконфликтное поведение, то этот "мир" не может нарушиться И силу того, что жизнь группы не изменяется, не эволюционирует, \ "стоит на месте".

Второе условие, при котором раз данная бесконфликтность могла Я существовать и в дальнейшем, заключалось бы в допущении од­новременного и сходного изменения моральных шаблонов поведения Н всех членов группы. Моральные убеждения могли бы измениться, но социальный консенсус убеждения и поведения всех членов группы мог бы существовать в силу того, что убеждения, а соответственно и поведение изменялись бы одновременно и в одном направленииу всехчленов группы.