Предлагаемые решения

Как и следовало ожидать, многие наблюдательные авторы замечали эту дилем­му науки и уникальности. Наиболее очевидное ее решение, конечно, заключается в декларации того, что всеобщность принадлежит науке, а индивидуальность — искус­ству. В сущности, это положение гласит: давайте признаем ограничения науки. По самой своей природе она не может отдать должное индивиду; сделать это могут толь­ко драма, поэзия, жизнеописания. Наука беспощадна в исключении особенного. Сле­довательно, наука (в лучшем случае) — это просто «доступ к мудрости»10. Такое ре­шение привлекательно для многих ученых и, вероятно, для всех гуманистов.

Это, однако, совет отчаяния. Психология — молодая дисциплина и в идеале должна бы стремиться к овладению и абстрактными, и конкретными явлениями. Преждевременно ограничивать ее исключительно номотетическим способом мыш­ления. Нам следовало бы сохранить индивидуальность внутри науки.

Такова была точка зрения Сэмюэля Бэйли, который столетие назад критико­вал психологию за то, что она обращает внимание почти исключительно на «общее для человечества» и имеет дело с индивидуальным характером «только случайно и мимолетно, слишком кратко для такого важного предмета»11.

Другое решение состоит в провозглашении двух отдельных психологии, одна из которых стоит на номотетической позиции, а другая — на идиографической. Вто­рой психологии, конечно, пришлось бы работать рука об руку с историей, жизне­описаниями, литературой и, возможно, стать неотличимой от них. Многие немец­кие авторы одобрительно склоняются к этой точке зрения, относя номотетическую психологию к естественным наукам {Naturwissenschaften), а идиографическую — к ду­ховно-культурным наукам (Geisteswissenschaften). Первая — это психология «элемен­тов», вторая — психология «структур». Первая использует метод анализа и причин­ное объяснение, вторая применяет метод «понимания» (Verstehen). «Мы объясняем природу (с помощью анализа и закона), — говорят они, — но мы понимаем людей» (в их структурированной индивидуальности)12.

10 Murray H. A. et al. Explorations in Personality. N. Y.: Oxford, 1938. P. 716; см. также: Allport G. W. Personality a problem for science or for art? Personality and social encounter. Boston: Beacon, 1960. Ch. 1.

11 Bailey S. Letters on the philosophy of the human mind. London: Longmans, Green, 1855-1958. Vol. II. P. 265.

12 Об этой точке зрения см.: Spranger E. Types of men / Transl. by P. Pigors. Halle: Niemeyer, 1928. По существу, такой же точки зрения придерживается Бергсон. Он резко противопоставляет метод

анализа, посредством которого мы принимаем окончательно определенные элементарные взаимоотношения и пренебрегаем потоком и непрерывностью жизни, методу «интуиции», который позволяет нам связать родственные аспекты человека в смысле их непрерывного развития (см.: Bergson H. Introduction to metaphysic. N. Y.: Putnam, 1912).